logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo
Александр Муйжнек
18 мая 2022, Среда, 16:25

«Думал, стану лучшим в «Спартаке» и буду стоить миллионы». Был не нужен Каррере, а сегодня — в финале Лиги Европы

Монолог Фэшна Сакалы о России.
Поделиться
Комментарии
Александр Мысякин, Sport24 / Getty Images

«Рейнджерс» сегодня сыграет с «Айнтрахтом» в финале Лиги Европы. В отличной форме к матчу подходит нападающий Фэшн Сакала: 2+2 в последних четырех турах чемпионата Шотландии, в том числе гол «Селтику». Сакалу помнят болельщики «Спартака»: Леонид Федун тогда массово завозил молодых африканцев для второй команды в надежде на перепродажу. Проект схлопнулся, а сильную карьеру сделал один Сакала: Фэшн много забивал за бельгийский Остенде и прошлым летом получил звонок от Стивена Джеррарда из Глазго. Сакала — резервный форвард «Рейнджерс», при этом за сезон он все равно отличился девятью голами, а в октябре оформил хет-трик.

Getty Images

Александр Муйжнек разговаривал с Сакалой во время его карьеры в Бельгии, вскоре после того, как Фэшн помог «Остенде» не вылететь. Получился искренний монолог о безуспешных попытках вырваться из «Спартака-2» наверх — самое время его опубликовать.

Хотел быть для «Спартака» как Дрогба для «Челси». Называет Гунько своим отцом в России: тренер защищал его после промахов

В «Спартаке» у меня была одна и только одна цель: играть за первую команду. Только об этом и думал. Теперь уже кажется, что просто зря потратил время. Использовать меня основным форвардом было еще рано — но хотя бы какие-то минуты предоставить можно было.

Два года за «Спартак-2» — никто мне этого времени уже не вернет. Я был там лучшим бомбардиром, но так ни разу и не вышел на поле в основе. Только пару раз сидел на скамейке. В то время как другая молодежь привлекалась.

Сейчас за «Спартак» играет Бакаев, с которым мы были вместе во второй команде. А бывало даже, выходил я, а он оставался в запасе. Так вот в основе Бакаеву в основе шанс дали — но не мне. То же самое могу сказать про правого защитника (имеется в виду Николай Рассказов. — Sport24). Почему мне не предоставили — единственное, чего я до сих пор не понял. Не знаю, что в клубе имели против меня.

spartak.com

Считаю, заслужил тогда хоть минимальную возможность. Ни одной не было. Невероятно! Причем я думал, что принесу клубу еще больше пользы на уровне выше — спрогрессирую, стану сильнее — и в конечном счете клуб выгодно меня продаст. Стану лучшим игроком «Спартака», буду стоить миллионы и миллионы. Президент явно надеялся на это — и я думал, что нужен ему.

Сам я так и рассуждал: доведут молодого африканца до основы, сделают большой бизнес. Или вот у них легенда из Африки, приносит клубу славу. Я думал об успехе Дрогба в «Челси» и думал, что могу повторить, и что от меня хотели того же.

К сожалению, получилось иначе. Сколько бы я ни забивал, был не нужен главной команде.

Я говорил, что тренер «Спартака-2» Гунько обращался со мной как с сыном — и Дмитрий до сих пор мне как отец. Я продолжил общение с ним и после своего отъезда из России. С первого дня Гунько показывал, что нуждался во мне, что готов учить меня, делать лучше. Бывало, я промахивался, и партнеры были недовольны: «Как можно так мазать?» А Гунько меня защищал: «Если Фэшн упустил один момент, плохим игроком это его не делает». А лично мне говорил, что в следующий раз я забью. Удивительно, когда тобой так дорожат.

spartak.com

Дмитрий Гунько в «Спартаке-2»

Я общался о своей ситуации с Гунько: «Почему меня не берут выше? Я один из лучших у вас, даю результат». Тренер повторял одно: «Я согласен, очень тебя ценю. Продолжай усердно работать. В клубе за тобой наблюдают». Но все продолжилось, как и шло. Меня просто задвинули. Казалось бы, логично: преуспеваешь в «Спартаке-2» — попадаешь в «Спартак», и наоборот, ненужных первой команде отправляли к нам. Я, получается, был не бесполезен в «двойке», но завис.

Это было бы нормально на первый год в системе клуба. А я провел три — и все в ожидании.

Игра в минус 20, русский мат

И все-таки я провел хороший отрезок в России. Худшей штукой для меня стала погода. Адаптироваться к ней оказалось слишком тяжело. В Африке, знаешь ли, жарко. А я попал сразу же в холодные, очень холодные края. Я тогда был совсем молодым, это казалось безумным приключением.

Мой самый морозный день в России — минус 20. И да, это был игровой день: 2017 год, против «Енисея» в Красноярске. Мы ждали, какое примут решение — может, матч отменят? А он состоялся, и сказать «нет» никто не мог. Жесть, я даже мяча не чувствовал. Пальцы рук, ног промерзли насквозь, но провел на поле весь матч. В итоге «Спартак-2» проиграл. Как мне сказали, это был самый холодный год в истории страны.

Еще первые две недели не понимал язык — все вокруг говорили по-русски, а переводчика в команде не было. Стало лучше, когда клуб нанял преподавателя. Нас, африканцев, было трое, вместе ходили по магазинам, использовали переводчик. Учить русский было трудно, но когда я втянулся, получал удовольствие. «Привет» и «как дела» не ограничилось: освоил и русский мат. Им выражаться на поле проще всего — партнеры мне как друзья, не обижаются, а мат воспринимали быстро. Когда я промахивался, слышал про себя жесткие слова — вот и стал говорить так же.

Getty Images

Другие легионеры, Самбу и Нимели, тоже пытались доказать свое право играть за «Спартак». Оба играли во всех матчах за «Спартак-2», Нимели уж точно. Многие игроки из «Спартака-2» на виду в Премьер-лиге — а Сильвануса никогда не использовали. Почему? У меня нет ответа.

Знаешь, когда я вырвался в Европу из Африки, старался изо всех сил, чтобы доказать свое право играть на высоком уровне. Если ты попал в «Спартак», не имеешь права расслабиться, успокоиться тем, что получаешь больше, чем у себя в стране. Не закрепишься здесь — вернешься домой, и все пропало.

И в том числе поэтому хотя бы небольшого шанса, но заслуживаешь. И когда чувствуешь, что можешь дать клубу больше, но скован, это нездорово.

Фэшна любили фанатов «Спартака» и впечатляли Пантелеев с Бакаевым

Мне запомнились болельщики «Спартака»: даже против «Црвены Звезды» они хотели от нас победы, а во встречах чемпионата тем более. Очень требовательные. Благодаря им я чувствовал: «Спартак» — лучшая команда России.

Помню, как я приехал с юношеского чемпионата мира — 2017, где мы со сборной Замбии уступили в четвертьфинале Италии. Сколько сообщений от болельщиков «Спартака»! Они говорили слова восхищения, радовались каждому моему голу, ждали меня в основе. Любили меня, скандировали мое имя. Никакого расизма не встретил. Самбу и Нимели как-то рассказывали мне, что слышали его проявления на одной из игр, но я — никогда.

Getty Images

Три лучших игрока «Спартака-2» при мне? Первым назову себя, имею на это основания. Еще мне очень нравилось играть с Пантелеевым (сейчас в тульском «Арсенале». — Sport24). Любой его пас приходил ко мне, Владислав будто знал, куда я побегу. Ну и выделю Бакаева — с ним у нас тоже была налажена связь. Не удивлен, что он стал новой десяткой «Спартака» после Промеса.

Другой нападающий «Спартака» Денис Давыдов подавал надежды и играл талантливо. Чуть больше дисциплины — и добился бы тех же высот, что и тот русский в «Монако».

Нравился мне и вратарь Максименко. Он даже не был долго в «Спартаке-2», в отличие от меня — больше в молодежке. Но усердно работал, доказал свою состоятельность, вышел однажды в основе «Спартака» — и укрепился в основе. Другие игроки не были достойны доверия?

Ни разу не поговорил с Каррерой — боялся: «Массимо был богом «Спартака»

Вскоре после перехода Каррера выпустил меня в товарищеском матче против «Црвены Звезды». Я думал: это мой шанс, теперь-то Каррера поверил в меня. Почему — не знаю. Он не знал, что я был лучшим во второй команде?

Думал: ладно, игра с «Црвеной Звездой» — только товарищеская, не такая и важная, нужно проявить себе еще во второй команде. Предъявлял к себе больше требований, чтобы тренер [Каррера] уж точно меня заметил. А ничего не менялось.

spartak.com

Поговорить с Каррерой один на один, спросить о его отношении ко мне возможности не было. Боялся: Массимо тогда был таким богом «Спартака», а я — как ребенок. Хотя весь штаб Гунько говорил мне, что я достоин места в основе. Опять-таки, не идти же им в Каррере и не просить за меня — этого не ждал. Работал с усердием.

Летом 2018-го после индивидуальной тренировки я получил звонок от агента. Спросил: «Как дела?» Я пожаловался ему на свое положение и сказал, что провести так же еще один сезон будет уже чересчур: «Я показал себя, заслужил большего. Дайте мне хоть одну-две игры — пусть я даже и провалюсь, но хотя бы попробую. Но этого не случится, и я так больше не хочу».

Подписывайтесь на телеграм-канал автора