logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo
Максим
Самарцев

«В России посмотришь на человека, он скажет: «Че зыришь?». А здесь улыбнутся». Сухарев — наш легионер в Австрии

В детстве он играл в одной пятерке с Дмитрием Куликовым.
Хоккей
23 ноября 2021, Вторник, 08:00
Из личного архива Павла Сухарева

Павел Сухарев начал заниматься хоккеем в родном Липецке, но в возрасте 13 лет переехал в Австрию. На протяжении последних 20 лет он играет в местных лигах, а с недавнего времени совмещает любимое дело с другой работой. Sport24 поговорил с Павлом о хоккее в Липецке, переезде и жизни в Австрии, местном уровне хоккея, а также австрийской культуре и природе.

— Расскажите, где и при каких обстоятельствах вы начали заниматься хоккеем?

— Я начал играть в хоккей в Липецке. Сделал выбор в пользу этого вида спорта по одной простой причине: мой папа — хоккейный тренер, а мама — тренер по фигурному катанию. Старший брат тоже занимался хоккеем. Так что вариантов, по большому счету, у меня не было.

— Отец с вами как-то занимался дополнительно, давал какие-то советы?

— Он никогда не лез в тренировочный процесс команды, за которую я выступал. А так да, всегда подсказывал мне, заставлял делать дополнительные упражнения дома — приседания и прочее.

— Тот факт, что ваша мама — тренер по фигурному катанию, помог вам?

— Да. Точно не помню, но первый год я занимался у нее. Потом, когда уже набрали группу хоккеистов 1988 года рождения, в которой все ребята были старше меня на год, я начал заниматься хоккеем. А еще через год я перешел в свою возрастную группу.

— А где вы играли до отъезда в Австрию?

— В Австрию я уехал довольно рано — в возрасте 13 лет. Произошло это из-за семейных обстоятельств. Мама уехала туда работать тренером по фигурному катанию, отец в тот момент возглавлял клуб ВХЛ «Липецк», а брат уже профессионально занимался — он был либо в команде у отца, либо в молодежке. И так получалось, что я много времени проводил один, поскольку отец с братом часто уезжали на затяжные выезды. В определенный момент родители решили перевезти меня к маме, в Австрию.

Там я продолжил заниматься в хоккейной школе Инсбрука. Прошел все молодежные команды и несколько лет поиграл в первой команде.

К слову, еще до отъезда в Австрию я играл в одной команде с Димой Куликовым, который сейчас выступает за «Миннесоту». Мы играли с ним в одной пятерке, выросли вместе. Так что стараюсь за ним регулярно следить. К сожалению, мы с ним не общаемся, иногда только можем случайно пересечься в Липецке, но это было уже очень давно. Он как раз уехал в Москву, а я через год отправился в Австрию.

Из личного архива Павла Сухарева

— А как долго отец работал в «Липецке»?

— Несколько лет. Потом он ушел на 2 года в «Тамбов», и вот уже 8-й сезон работает помощником главного тренера в «Ростове». Они сначала были в ВХЛ-Б, а теперь выступают в ВХЛ-А.

В 1995, 1996 и 1997 годах он с детской командой «Липецка» три раза подряд выигрывал чемпионат России по 1981 году. Также с «Ростовом» отец трижды становился чемпионом ВХЛ-Б.

Интересно, что он тренировал еще совсем юного Мозякина на турнире регионов. Они представляли регион «Центр».

— Рассказывал ли он вам об опыте работы с молодым Мозякиным? В чем был его секрет?

— Нет, такого не было. Обычно он давал мне какие-то советы тогда, когда мы смотрели Суперлигу по телевизору. Показывал мне на примере того же Александра Семина, который тогда еще был совсем молодым, но уже считался звездой. Говорил мне обращать внимание на катание, нацеленность на ворота. Пытался внушить нам с братом все эти моменты.

— А ваш брат долго играл на высоком уровне?

— Он в возрасте 28 лет закончил карьеру. Но играл преимущественно в ВХЛ — «Липецке», «Тамбове», «Рязани».

— Распространенное мнение в хоккее — если хоккеист играет в команде отца, то его сразу считают блатным, даже если он лучший. Ваш брат сталкивался с таким отношением, когда играл у отца?

— Разумеется, такие разговоры всегда были. Это логично. Но он неоднократно становился лучшим бомбардиром своей команды, старался делать все, чтобы доказать, что он играет не по блату. Естественно, если он не тянул уровень, то пробовал себя в других клубах, искал какие-то другие варианты.

Он всегда пробивался в состав на общих основаниях. А те, кто знают нашего отца, понимают, что ему доставалось даже больше остальных. Все дома отдыхали, а он там выслушивал все свои ошибки.

— Тот факт, что вы с мамой переехали в Австрию, а отец с братом остались в России, как-то повлиял на ваши взаимоотношения?

— Нет, мы также продолжали общаться. Летом на пару месяцев я всегда приезжал в Россию. Тренировался со всеми, с кем только было можно. Отец постоянно отправлял меня в спортивный лагерь — и с 1987, и с 1988, и с 1989 годами. В общем, кто ехал в лагерь — с теми меня отец и отправлял (смеется).

В возрасте 16 лет я провел 2 месяца предсезонки во второй команде, которую тогда возглавлял мой отец. Я уже подходил по возрасту, и по возможностям, так что он старался меня подтягивать на обычные тренировки. Это был большой плюс и для меня, и для него — так он старался проводить со мной больше времени.

После тех двух месяцев сборов, если честно, я хотел закончить с хоккеем (смеется). Было очень тяжело. В отличие от Австрии, там были двухразовые тренировки, и залы после льда. Естественно, я не хотел в действительности бросать хоккей, просто очень устал от тех нагрузок. Было сложно. Но эта предсезонка очень помогла мне потом в сезоне. По приезде в Австрию я попал в молодежную команду в возрасте 16 лет, и имел постоянную игровую практику. Всем ребятам было по 18-19 лет, но я смог составить им конкуренцию и завоевал место в составе. Это стало возможно во многом благодаря моей физической подготовке.

Из личного архива Павла Сухарева

— Вы переехали в Австрию в возрасте 13 лет. Получается, что после переезда вы еще и пошли в местную школу? Тяжело было?

— Да, как сейчас помню — я переехал 15 ноября 2002 года. Первую неделю я не ходил в школу, чтобы за это время хоть чуть-чуть привыкнуть к новой реальности, адаптироваться. При этом я уже начал ходить на хоккейные тренировки.

Когда началась школа, было очень тяжело. Немецкий язык я учил только в российской школе, и эти знания не очень помогли. В Австрии очень сильный диалект, и во многих моментах он отличается от чистого немецкого, которому нас обучали в России. Так что первое время я ничего не говорил, просто сидел и слушал.

По вечерам дома мама заставляла меня ежедневно учить по 20 слов, чтобы увеличить словарный запас. Со временем я начал разговаривать.

Интересный момент: когда я только приехал, меня из-за незнания немецкого языка перевели на 2 класса назад. Таким образом, учителя дали мне фору в 2 года, чтобы я выучил язык и мог нормально учиться.

В такие моменты хоккей мне помогал. Его язык довольно простой, поэтому во время тренировок мне было проще изъясняться с ребятами, чем в школе.

— Сколько понадобилось времени, чтобы выучить язык?

— Спустя полгода после переезда я начал разговаривать, не стесняясь ошибок, а через год мог общаться так, что люди понимали меня на 90%. В детстве языки учатся намного легче.

— Каково это — переехать из России в Австрию?

— Были смешанные чувства. С одной стороны, очень интересно переехать в новую страну, но с другой, есть масса сложностей — новый язык, отсутствие друзей. Единственный человек, с которым ты можешь нормально поговорить — это твоя мама. И это очень тяжело. Все это закалило мой характер. У меня не было времени заниматься ерундой: не зная ни город, ни язык, особо не придумаешь развлечений.

Еще из того, что сразу бросилось в глаза — город убран, на улицах вообще нет мусора. Люди не такие агрессивные, как в России. Все приветливые. Ты можешь приехать в какую-нибудь австрийскую деревушку, и все люди будут с тобой здороваться, хотя вы даже не знакомы. Нет никакой агрессии. В России, если ты посмотришь на кого-то, тебе скажут: «Че ты зыришь?». А здесь люди тебе улыбнутся в ответ и пойдут дальше. На тот момент меня это очень удивило.

Что касается местной природы. я первый раз в жизни увидел горы. Да, я был на Урале, в Магнитогорске, но те горы не идут ни в какое сравнение с горами в Австрии. Они намного выше, и от одного их вида буквально перехватывало дыхание.

Из личного архива Павла Сухарева

— Вы играете в Австрии уже 16 лет. Еще не забыли русский язык?

— Нет. Моя девушка — русская. Кстати, она из хоккейного города — из Челябинска. Плюс ко всему, моя мама все еще живет здесь. Ну и я общаюсь с отцом и двумя братьями, которые живут в России. У отца новая семья, но я все равно поддерживаю с ним контакт, мы регулярно созваниваемся. Частенько смотрю игры его «Ростова».

Да, сам замечаю, что слова постепенно забываются. Но я все еще могу нормально строить диалог.

— Вы упомянули об австрийских горах. Когда-нибудь взбирались на них?

— Да, конечно. Ходить в горы — это хобби каждого австрийца. Кто-то просто ходит в горы для получения физической нагрузки, другие катаются на горных лыжах. Каждый раз, поднимаясь наверх, ты видишь один и тот же вид, но он захватывает так, будто это происходит в первый раз. А еще в горах очень тихо. И многие ходят в горы именно за красивыми видами и тишиной.

— Раз вы так любите горы, не возникало ли желания взобраться на Эверест или осуществить что-то подобное?

— Нет, это не про меня. Я не сумасшедший фанат этого дела. Да, иногда мы ходим с друзьями или девушкой в горы, но не более. Все-таки я не вырос на этом. Коренных австрийцев с детства берут с собой в горы, потом они вырастают, и начинают ходить туда сами. У них с детства особые отношения с горами. А я вырос в Липецке. Так что чуть по-другому к этому отношусь.

Из личного архива Павла Сухарева

— Расскажите о хоккее в Австрии. Он популярен?

— Хоккей в Австрии точно популярен не так, как в России, Германии или Швейцарии. Люди смотрят, болеют за сборную или свои команды, но такого ажиотажа, который можно увидеть у хоккейных наций, нет. Даже если посмотреть на стадионы главных команд Австрии — самые большие вмещают 7-8 тысяч, а обычные — не больше 4 тысяч. И то, такие арены забиваются под завязку только на матчах плей-офф.

Посещаемость сильно зависит от результатов. Когда команда играет неплохо, народ ходит. Как только 3-4 игры подряд проиграешь — трибуны пустые, все тебя критикуют, никто не хочет идти на хоккей. И так во всех городах. Даже в Тироле, где я сейчас живу. Хотя он считается очень спортивным регионом: здесь много горнолыжных курортов, а также тут проходили 2 Олимпиады и Универсиада.

— В какой хоккей там играют?

— В канадском стиле. По одной простой причине: подавляющее большинство иностранных игроков и тренеров едут из Северной Америки. Чехи, финны, шведы и русские либо играют в своих чемпионатах, либо едут в Германию. Там платят больше денег. Так что в Австрии с малых лет детям прививают канадский хоккей.

— Сейчас вы выступаете за «Ваттенс» из третьей австрийской лиги. Какой там уровень?

— Полупрофессиональный. Все игроки имеют основную работу, и параллельно играют в хоккей. Те, кто заканчивают профессиональную карьеру, обычно идут именно в эту лигу. Во-первых, здесь можно заниматься любимым хобби, и при этом получать пусть и небольшие, но деньги. Плюс ко всему, обычно ты играешь со своими друзьями. В общем, это «пивная» лига, в которой тебе платят немного денег. При этом уровень не самый низкий, потому что многие игроки поиграли в профессиональных лигах.

— Вы сказали, что все игроки имеют основную работу. А где работаете вы?

— В Swarovski. Я занимаюсь транспортом, счетами, таможенными документами, различными проектами, которые запускает наша компания.

— А как вы устроились туда? Чисто случайно, или специально обучались где-то, чтобы работать именно в этом месте?

— Случайно. Сначала я пошел в эту компанию разнорабочим, но двигался шаг за шагом, и в итоге работаю сейчас на этой должности. Не хотелось стоять у конвейера всю свою жизнь. Мне очень нравится, я доволен. Да, бывает скучно, а бывает наоборот, слишком много работы. Но так везде.

— Зарплаты хватает на то, чтобы нормально жить в Австрии?

— Да, конечно.

— Есть ли какие-то особенности у тренировочного процесса в клубах Австрии?

— Он отличается количеством тренировок. У каждого из нас есть семья и основная работа, на которой мы проводим по 8-9 часов в день. Если еще и тренировки будут каждый день, то на семью вообще не останется времени. Так что тренировки реже — 3-4 раза в неделю, в зависимости от количества сыгранных матчей на неделе. Если 2 игры, то 3 тренировки, если 1 игра, то 4. Но все это индивидуально, зависит от тренера и клуба.

Здесь нет такого, как в профессиональных командах, где до или после льда игроки еще идут в зал ОФП и дополнительно занимаются там. Тренируемся мы обычно в 8 вечера, поэтому идти в зал после тренировочного занятия — уже поздно, а до льда — ребята не успевают из-за работы. Клуб никого не может заставить тренироваться дополнительно, потому что мы все-таки играем не за те деньги, чтобы вообще не видеть семью и сконцентрироваться только на хоккее.

Из личного архива Павла Сухарева

— Следят ли в Австрии за КХЛ или НХЛ?

— За НХЛ — да. Но только хоккейное коммьюнити. За КХЛ следят меньше. Если уж за местной лигой смотрят не слишком пристально, то за другими тем более. Но НХЛ — это исключение. Там играют лучшие хоккеисты мира.

— Почему в сезоне-2009/10 вы перешли из «Инсбрука» в «Ваттенс»?

— За сезон до этого «Инсбрук» еще играл в первой австрийской лиге, и на протяжении последних десяти лет они были явными аутсайдерами, постоянно занимали последние места в чемпионате. И в какой-то момент главный спонсор просто перестал выделять деньги в прежнем объеме. Команда перешла во вторую лигу. Из-за недостатка финансов клубу нужны были молодые и дешевые игроки, и одним из них был я. У нас был главный тренер — финн, который годом ранее работал помощником. Руководство поставило ему задачу — выиграть чемпионат, чтобы вернуть зрителей на трибуны. По замыслу высшего руководства, если команда будет играть результативно, да еще и своими воспитанниками, то народ будет постоянно ходить на матчи.

Зрители вернулись, но все молодые игроки сидели на лавке. Тренерский штаб принял решение играть в три пятерки, а мы не получили ни шанса. Когда закончился сезон, тренер вызвал меня и еще двух ребят, и предложил нам остаться в команде, но за свой счет. Денег нам уже не предлагали. Сказали, что если мы будем хорошо тренироваться и заслужим место в составе, то, возможно, будут платить какие-то деньги. Тогда еще молодежная команда играла по третьей лиге, и мы должны были играть в том числе и за них. Получалась такая картина: утром тренировки с первой командой, на которых мы должны были завоевывать место в составе, а вечером тренировки или матчи молодежной команды. И тут логичный вопрос — а когда мне деньги зарабатывать? На что жить? Так что я сразу отказался.

Главный тренер не оставил нам выбора, поэтому мы ушли в полупрофессиональную лигу, нашли основную работу, и теперь имеем два источника дохода.

— Любите ли вы путешествовать?

— Да, люблю. Побывал уже во многих странах. До Италии или Германии можно доехать на автомобиле всего за 40 минут. В такой ситуации хочешь или не хочешь, а будешь путешествовать. Чаще всего я езжу в Мюнхен, до него можно добраться за полтора часа на машине. Был в Португалии, Греции, Турции, Монте-Карло, Словакии, Швейцарии и Чехии.

Иногда с ребятами из команды собираемся и едем куда-нибудь отдохнуть. По какому-то поводу или без.

— Где вам больше всего понравилось?

— В Тироле — там, где я сейчас живу — мне очень нравится. Но каждое место по-своему красиво. Поэтому люди и путешествуют. В каждом городе можно найти что-то интересное. То, что по душе. Поэтому сложно выделить какое-то одно место.

Этим летом мы с девушкой ездили на берег Лигурии (Северо-запад Италии, — прим. Sport24), нам там очень понравилось. Красивое море, симпатичные деревушки. Мало туристов, потому что обычно они едут на другое побережье — Адрию, а мы отправились на Средиземное море. Это уже было во времена пандемии, в том числе и из-за этого было меньше туристов, чем обычно. Мы были в восторге. В каждом ресторане к нам относились как к богам. Этот отдых запомнился сильнее всего.

Из личного архива Павла Сухарева

— Опишите австрийцев? Какие они?

— Если сравнить их с немцами, которые называют себя суперпунктуальными, то можно сказать, что австрийцы относятся к этому попроще и могут опоздать. Но они обязательно за это извинятся. На самом деле, мне тяжело так их описать. Потому что я уже так долго живу здесь, и я вырос на местной культуре, на местной манере поведения. Для меня их поведение настолько привычно, что я уже не могу подметить каких-то особенностей.

Мне с ними комфортно. Но моя девушка не очень любит австрийцев, ей с немцами комфортнее. Тут все это субъективно — такие вещи зависят от человека, от его склада характера.

— Арнольд Шварцнеггер родился в деревне Таль. Вы бывали там?

— Нет, я не бывал. Люди знают, что он австриец, но этот факт больше интересен для туристов. Они приезжают, смотрят на тот дом, где родился Арнольд. Кажется, там даже его родственники еще до сих пор живут. Но мне это не слишком интересно.

— Есть ли среди жителей Австрии культ спорта? Согласно всем опросам и социологическим исследованиям в этой стране наименьший процент населения страдает от ожирения.

— Тут с какой стороны посмотреть. В Вене, например, очень развита культура — музеи, театры. И люди там увлекаются не только спортом, но и этими вещами. В городах с меньшим населением не столь развиты такие культурные места, поэтому там люди больше внимания уделяют спорту.

Но можно отметить, что в целом во всей Австрии люди ходят в горы, регулярно тренируются. И большинство поддерживает здоровый образ жизни.

В то же время, если взять австрийскую кухню, то она очень жирная. Шницель, картофель фри — это все одни из самых популярных блюд в Австрии. Также сказывается близость Италии, с ее пастами и калорийной пищей. Австрийцы очень любят покушать, поэтому приходится больше двигаться, чтобы не получить лишние килограммы.

— Австрия считается страной с достаточно высоким уровнем жизни. В чем это проявляется? Много ли там бездомных?

— Это социальная система. Даже если ты потерял работу, то государство тебя не бросит. Тебе окажут необходимую помощь. Да, тебя не будут заваливать деньгами, но первые 6 месяцев после потери работы тебе платят 70% от твоей прошлой зарплаты. Это считается пособием по безработице. Здесь очень много социальных служб, которые раздают одежду малоимущим людям или кормят их. Бездомные есть, но их совсем немного.

Потеря работы — это неприятно, но ты все равно знаешь, что тебя никто не бросит и через месяц тебе придут деньги от государства, на которые ты сможешь прожить.

Из личного архива Павла Сухарева

— Правда ли, что в Австрии очень низкая безработица? И благодаря каким механизмам это обеспечивается?

— Все дело в том, что спустя 6 месяцев после потери работы процент выплат от государства уменьшается. Так людей стимулируют искать работу. Да и сами австрийцы — не ленивые люди. Они хотят работать и не желают сидеть на шее у государства. Возможно, они так воспитаны с самого детства. Понимают, что нужно зарабатывать деньги.

— Австрию часто сравнивают с Китаем и Японией в том плане, что местные жители чрезвычайно трудолюбивы и задерживаются на работе допоздна. Это так?

— Я могу говорить только о своих коллегах. Такие люди есть, но я бы не сказал, что их очень много. Мне кажется, что в России это распространено гораздо больше. Например, мой сводный брат уже 6 лет не был в отпуске, потому что боится потерять работу.

К тому же, в Австрии есть предписания по максимально допустимому времени работы. На рабочем месте запрещено проводить более 12 часов в сутки. Государство проверяет, кто по сколько часов работает, так что даже если по истечении этих 12 часов у тебя все еще осталась невыполненная работа, то тебя буквально вынуждают сделать паузу.

Здесь все сделано для того, чтобы люди могли не только работать, но и наслаждаться свободным временем. Поэтому в воскресенье все магазины здесь закрыты. В этот день люди не могут купить продукты или одежду. Это делается специально для того, чтобы по воскресеньям люди проводили время с семьями, а не работали.

— Часто встречаете соотечественников?

— Тироль — это популярное туристическое место, поэтому очень часто встречаю здесь русских туристов. Многие приезжают зимой, чтобы покататься на лыжах.

У Swarovski есть музей, и это второе по посещаемости туристическое место в Австрии. Первое место занимает замок Шенбрунн в Вене. Люди, которые приезжают сюда покататься на лыжах, как правило, посещают и наш музей. Так что русских туристов всегда можно найти. Особенно в зимнее время.

— Как к русским относятся в Австрии?

— Мне кажется, что к русским в целом хорошее отношение. Хотя поначалу нас побаиваются: люди думают, что мы агрессивные, недружелюбные, опасные. Но те, кто узнают русских поближе, быстро меняют свое мнение.

— В 2018 году Владимир Путин посетил свадьбу главы МИД Австрии Карин Кнайсль, и даже станцевал с ней на том празднике. В России это событие широко освещалось, а говорили ли о нем в Австрии?

— Да, в Австрии еще за пару дней до приезда Путина отовсюду говорили о его визите. Это было большим событием.

Из личного архива Павла Сухарева

— Как люди в Австрии относятся к российской власти?

— Сложный вопрос, на который нет однозначного ответа. Многим жителям Австрии нравится политика нашего государства в отношении Америки. Другим наоборот, что-то не нравится. Но я ни разу не встречал людей, которые были бы агрессивно настроены в отношении российской власти. Скорее даже наоборот, многие люди переживают за нашу страну. Они беспокоятся из-за санкций, которые ввели против России, потому что большое количество австрийских компаний хотели бы работать с нашей страной. Это огромный рынок, который закрыли прямо перед их носом.

У меня сложилось такое ощущение, что австрийцы скорее позитивно относятся к России, чем негативно.

— Не думали над получением австрийского гражданства?

— Думал, но мне нужно подождать до 36 лет. Потому что призыв в армию здесь осуществляется до 35 лет, и если я получу гражданство, то буду вынужден на полгода уйти служить. А кто тогда будет за меня работать и оплачивать все счета? Так что пока нет смысла об этом думать.

— Когда вы последний раз были в России?

— Обычно я приезжаю в Россию раз в год, примерно в мае. У отца в это время уже заканчивается хоккейный сезон. Мы вместе проводим около 10 дней. Хотелось бы больше, но отпуск, к сожалению, ограничен по времени.

— Когда закончите с хоккеем, в какой стране хотели бы жить?

— Я бы с удовольствием остался в Австрии. У меня здесь налажена жизнь, все лучшие друзья, мама, девушка, стабильная работа. На данный момент я хотел бы остаться в Австрии, но кто знает, что будет в будущем.

Предыдущие выпуски проекта «Русская Европа»:

«У многих иностранцев есть стереотип, что русские немного опасные». Медведев — наш легионер в хоккейной Исландии

«Узнают, что я из России, и начинают повторять: «Путин, Путин». Его уважают». Кулешов — наш легионер в Венгрии

«Немцы подкалывают про водку, дикий холод и медведей. Говорю, что это неправда». Аланов — наш легионер в Германии

«Русских здесь заставляют улыбаться. Но мы привыкли, что это запрещено». Макаров — наш легионер во Франции

Овечкин, Панарин, Василевский! Кто из наших зажег сегодня? Рассказываем ЗДЕСЬ

Понравился материал?
0
0
0
0
0
0