Посмотрела веселый хоррор «Обсессия»: хит проката, доказывающий, что любовь зла
В российском прокате — хоррор «Обсессия», постепенно становящийся большим хитом. Фильм ужасов сочетает страшное со смешным и рассказывает о любовной одержимости, попутно препарируя токсичные отношения. Кинообозревательница Анастасия Цой рассказывает об одном из самых успешных хорроров года.
«Обсессия» (фильм, 2026)
- Жанр: ужасы
- Режиссер: Карри Баркер
- Актеры: Майкл Джонстон, Инде Наварретт и другие
- Возраст: 18+
- Рейтинг IMDb: 8,2
В последнее время создатели хорроров все чаще находят вдохновение в страхах, связанных с отношениями и браком: например, в сериале «У меня очень плохое предчувствие», спродюсированном братьями Даффер, это страх выбрать «не того» человека, а в боди-хорроре «Одно целое» — слиться с партнером в длительных отношениях.
«Обсессия» продолжает этот тренд. По сюжету Беар, работающий в музыкальном магазине, влюблен в свою коллегу и подругу Никки. Стеснительный парень никак не может прямо сказать о своих чувствах, а девушка, судя по всему, держит его во френдзоне. Однажды, зайдя в эзотерический магазинчик, герой покупает забавную игрушку — волшебную палочку, которая якобы может исполнить одно желание. Он, ни на что не рассчитывая, загадывает, чтобы Никки любила его больше всего на свете. И вдруг желание исполняется: девушка влюбляется в главного героя, но постепенно становится все более и более одержима им. Ее поведение все больше пугает, но отменить желание оказывается не так просто.
Возрождение жанра ужасов, начавшееся с хорроров A24 и фильмов Ари Астера, Роберта Эггерса, Тая Уэста и других, привело к тому, что кинематографисты отказались от поверхностных пугалок и сделали выбор в пользу глубоких психологических метафор, ярких хоррор-образов, создающих жуткую эстетику, и скорее внутреннего дискомфорта, чем страха, от увиденного.
С помощью формы хоррора Баркер размышляет не столько о токсичных отношениях, в которых один из партнеров становится одержим другим, сколько о мужском желании обладать женщиной, вне зависимости от ее собственной воли. Токсичные отношения с лавбомбингом, газлайтингом и другими -ингами — лишь способ привязать к себе человека так же крепко, как это делает заклятие. Никки теряет собственную личность, субъектность, становясь исключительно объектом желания.
По ходу действия складывается ощущение, что Беар плохо знает девушку, в которую влюблен, что на самом деле ему нравится только образ, придуманный им самим, а не реальный человек. Например, он, в отличие от своего друга, не в курсе, что Никки не общается с отцом, а разговоры молодых людей до исполнения желания выглядят неестественно и натянуто.
Если продолжать распутывать метафору, то мимика Никки — часто с застывшей улыбкой — или специальный пугающий макияж, завирусившийся в соцсетях, символизируют маску, которую жертва абьюза вынуждена носить, чтобы не злить агрессора. Пугающее поведение главной героини можно считать как женские «истерики», которые появляются в том числе из-за постоянного притеснения, лишения свободы и в целом патриархальной системы. Запертость Никки в теле, которое больше ее не слушается, — метафора того, как ощущают себя жертвы насилия. Вырваться из подобных отношений бывает очень сложно.
Интересно, что Беар, который якобы очень сильно любит Никки, на протяжении всего фильма заботится не о ней, а только о себе: так, понимая, что происходит, он все равно просит не отменить желание, а только изменить его. Самыми страшными моментами становятся проявления настоящей Никки: например, когда она говорит с парнем ночью. При этом даже тогда Беар не пытается ни поговорить с испуганной, отчаявшейся девушкой, ни попросить у нее прощения. Он просто уходит.
Попыткой искупления для героя становится только финальное решение, однако и оно не способно загладить вину: он все равно сломал жизнь человеку, которого якобы любил.
Кроме того, в фильме можно увидеть критику фальши, которую транслируют соцсети: Беар до последнего делает вид, что у них с Никки идеальные отношения, хотя за закрытыми (и залепленными скотчем) дверями живет настоящий ужас.
Сюжет — это то, что связывает «Обсессию» с постхоррорами 10-х годов. Однако жанр не остановился на достигнутом, а продолжил эволюционировать: теперь появились режиссеры-зумеры, которые снимают постхорроры нового поколения. Многие из них пришли из соцсетей. Например, Дэнни и Майкл Филиппу начинали с роликов на YouTube, а в 2022 году под крылом A24 сняли полнометражный фильм ужасов «Два, три, демон, приди!». Или Крис Стакманн, также ставший известным как кинообзорщик на YouTube, а в 2024 году выпустивший дебютный фильм «Шелби Оукс. Город-призрак». Бюджет фильма собрали благодаря краудфандингу, а затем хоррор продали компании Neon.
В эту же группу можно отнести канадского режиссера Кайла Эдварда Болла («Скинамаринк») и Кейна Парсонса, чей дебют «Закулисье реальности» выйдет в российский прокат 4 июня. Режиссер «Обсессии» Карри Баркер — еще одно имя в этом списке. Он начинал с создания короткометражных комедий и хорроров на YouTube, пока один из продюсеров не предложил ему снять полнометражный фильм — так появилась «Обсессия».
В этой картине можно найти все черты нового поколения постхорроров. В ней режиссер отказывается от медлительности фильмов ужасов Ари Астера или Роберта Эггерса: поколению зумеров нужно, чтобы действие развивалось стремительно, а картинки быстро переключались, как будто листаешь ленту TikTok.
В то же время Баркер отвергает смертельную серьезность и даже депрессивность, с которой снимали в 10-х годах: «Обсессия» сочетает в себе и хоррор, и черную комедию. Это также работает на то, чтобы настроение зрителей постоянно переключалось: веселье, кринж, печаль, ужас и т. д.
Режиссер не боится трюизмов: сама завязка с волшебной палочкой и моралью «бойтесь своих желаний», вдохновленная, по словам автора, эпизодом сериала «Симпсоны», выглядит пошло. К тому же Баркер не гнушается время от времени использовать довольно стандартные скримеры, иногда к тому же вдохновленные другими фильмами: так, сцена, в которой Никки из угла комнаты наблюдает за спящим Беаром, — оммаж японскому фильму «Пульс» 2001 года.
Баркер и другие режиссеры нового поколения уходят от артхаусности, элитарности и высоколобой интеллектуальности, а возвращают хоррору его первобытную энергию. Все это приводит к тому, что «Обсессия» становится хитом: при бюджете менее миллиона долларов картина в первую неделю возглавила прокат в США, став самым дешевым фильмом, добившимся этого, после «Паранормального явления», вышедшего в 2009 году. Предполагается, что фильм соберет около 100 млн долларов.
Сейчас хоррор активно вирусится и обсуждается в социальных сетях, исполнительница главной роли Инде Наварретт («13 причин почему») вслед за Мией Гот и Камилой Марроне становится одной из главных хоррор-герл современного кинематографа, а Карри Баркер готовится к съемкам своего следующего фильма, а также к переосмыслению «Техасской резни бензопилой» от A24. Лучшую историю успеха сложно представить.
