В Америке легенду российского хоккея довели до бешенства: во всем был виноват канадский хулиган Сисарелли
Большая часть карьеры Николая Хабибулина прошла в НХЛ. Один из сильнейших голкиперов в истории отечественного хоккея провел в лучшей лиге мира 20 лет. За это время уроженец Свердловска поиграл за 5 клубов — «Виннипег», «Финикс», «Чикаго», «Эдмонтон» и «Тампу». В составе последней команды он выиграл первый и, как оказалось, единственный Кубок Стэнли в карьере в 2004 году. За годы выступлений за океаном у Николая менялись партнеры, системы игры и многое другое. Но неизменным оставалось одно — ему всегда противостояли лучшие хоккеисты мира.
Логично, что наибольшие трудности рекордсмен по матчам в НХЛ среди российских вратарей должен был испытывать в противостояниях с ведущими игроками соперника. Но в случае с Хабибулиным все было ровно наоборот. Он привык справляться с лучшими хоккеистами планеты и успешно считывать их действия на площадке. А вот с обычными «работягами», которые постоянно толкались на пятачке и доставляли дискомфорт, ему было очень неприятно играть. Поэтому самым трудным соперником он считал не условного Павла Дацюка, а силовика из четвертого звена «Детройта».
«Кто сильнее всего раздражал? В «Детройте» был Дино Сисарелли. Праворукий, грязноватый игрок, небольшого роста. Прижимаешь шайбу — получишь по ловушке. Понятно, что и моя клюшка не оставалась на месте. В «Детройте» был Томас Холмстрем. Против Сисарелли я поиграл всего пару сезонов, а против Холмстрема — почти всю карьеру. Вот этот человек меня все время выводил. Я и с разворота бил ему клюшкой по лодыжке. Дошло до того, что при счете 1:5 не в нашу пользу за несколько минут до конца я ему дал клюшкой по конькам. Меня пришлось заменить, потому что я уже начал орать на судей. Да, иногда его удаляли ни за что — за одну только репутацию. Но в то же время он что-то делал противозаконное, и судьи не видели, потому что не могут же человека удалять постоянно за все», — считал обладатель Кубка Стэнли.
Перед каждым матчем Хабибулин встречался с тренером вратарей и анализировал лидеров соперника, параллельно просматривая записи матчей. Как рассказывал сам Николай, перед встречей с «Сан-Хосе» он обращал внимание на Джо Торнтона и Патрика Марло. У первого голевых передач было в разы больше, чем голов. Из этого обладатель Кубка Стэнли делал вывод, что при выходе «2 в 1» легендарный бородач скорее будет отдавать пас, чем бросать. У второго ассистов и заброшенных шайб чаще всего было поровну, поэтому в его исполнении могло произойти что угодно — и пас, и бросок. В каждой команде НХЛ были гении, способные доставить много хлопот российскому голкиперу.
«Были ли у меня так называемые mind games с Павлом Дацюком? Нет, я никогда не пытался играть в эти mind games. С моей точки зрения, вратарь не может первым делать движение. Когда я играл в «Чикаго», против Паши было шесть игр в сезоне и еще одна-две — предсезонные. Не всегда мы были в составах, но, тем не менее, ты даже со скамейки смотришь, что человек делает. И сам все равно запоминаешь, что он может сделать, какую ситуацию он может создать. Я предпочитал реагировать на какие-то его движения. Понятно, что все равно он доставил мне кучу неприятностей. Даже не могу сказать, успешно я играл против него или нет. Знаю, что он мне позабивал нормально (улыбается)», — вспоминал Николай.
