Работает с великим русским тренером Мишиным, подсмотрела фишку у ученицы Тутберидзе. Чемпионка Эстонии Гойдина
16-летняя чемпионка Эстонии Элина Гойдина за время своей карьеры немало сотрудничала с российскими тренерами. Фигуристка занималась с Сергеем Розановым, а сейчас работает онлайн с легендарным Алексеем Мишиным.
Корреспондент Sport24 Константин Лесик пообщался с одиночницей на юниорском Гран-при в Батуми. Мы обсудили работу с Мишиным и Розановым, изучение тройного акселя, а также большую и неожиданную реформу эстонского фигурного катания, которое негативно сказалось на спортсменке.
«Сил не хватило… Я обычно первая в разминке никогда не катаю, силы не рассчитала, потому что все-таки уже было три старта, и я каталась с точно таким же контентом в середине августа. Тогда с легкостью прокатала. Не знаю, что случилось. Прям реально тяжело что-то ехалось», — начинает Элина о своем выступлении в Батуми. Фигуристка заняла на турнире 12-е место.
— Расскажи о постановке произвольной программы, над которой ты работала с Сергеем Комоловым.
— Я с ним ставила прошлую короткую программу. Это было наше первое сотрудничество, и мне очень понравилось, нравится его подход к постановкам, что он с таким интересом ставит, шаги такие классные. Нельзя сказать, что у всех его программ есть свой стиль, всегда все по-разному. Потому что у некоторых смотришь и понимаешь: вот это, условно, поставил Бенуа Ришо. А тут все программы кардинально отличаются. И поэтому я решила поставить у него еще одну программу.
Постановка по фильму «Дракула», поэтому тут надо было работать с деталями. И он тоже очень внимательно к этому отнесся, сам смотрел фильм, хотя это была моя идея. Хороший тандем сложился. Мне было интересно ставить, и он, видно, тоже был заинтересован в постановке. Сам клеил музыку.
— Короткая у тебя от Бенуа Ришо. В чем особенность работы с ним?
— В первый раз было достаточно волнительно: вдруг мне что-то не понравится, будет неудобно. Бенуа перфекционист — все до мелочей должно быть так, как он показывает. Но мне очень понравилось это, как мы дорабатывали каждое движение.
На самом деле программа получилась очень интересная, новый стиль для меня, более женственный. Скажу честно, в начале Бенуа не хотел ставить под эту музыку (Dios es un Stalker by Rosalia), но я его уговорила. В итоге через день постановки он сам подпевал этой композиции. Результат работы понравился нам обоим.
— Ты работаешь с Алексеем Мишиным. Как проходит ваше сотрудничество?
— Дистанционно. Летом и иногда среди сезона встречаемся на сборах. Если Алексей Николаевич находится где-то в Европе, я присоединяюсь. Вообще я постоянно тренируюсь в Таллине самостоятельно. Но с Алексеем Николаевичем созваниваемся, всегда на связи.
— По видеосвязи?
— Да. Также я могу записать прыжок, могу еще что-то заснять, отправить ему, и он мне свой комментарий дает, поправки. Например: сделай такое упражнение, поработай над этим, потом скинь еще раз. В плане гаджетов, технологий Алексей Николаевич — очень современный человек. «Кружки» в телеграме для него не проблема.
— В чем его сильные стороны?
— Он хорошо ставит технику. У него такое множество разных упражнений. И все эти упражнения направлены на разные мышцы, умения. Мне кажется, у него есть упражнения просто на все! Технику разбирает по мелочам, по молекулам. Поэтому мне и нравится с ним работать.
— С Сергеем Розановым больше не сотрудничаешь?
— Нет. Еще после чемпионата мира 2025, можно сказать, закончила сотрудничество. Потом мы пытались еще летом того же года на сборы приезжать, думали, что, может, получится как-то наладить отношения. Но поняли, что нет смысла дальше продолжать, и решили, что все.
— Не подходят его методы работы?
— Ну, отчасти да. И плюс в последнее время он особо и не хотел заниматься со мной. Поэтому тот год в итоге больше половины времени я тренировалась в Таллине самостоятельно. Плюс еще одна очень важная причина — то, что мы тренировались в отдаленном от цивилизации месте. Туда достаточно сложно добраться, и там были (во всяком случае, для меня) очень плохие для тренировок условия. Очень холодный каток, место находится в горах. Если на улице -5 или -10, что очень часто, там невозможно находиться. Надо много слоев одежды надевать, прыгать неудобно из-за этого и т. д.
— Говорили, что Розанов бывает жестким.
— Да, такое и вправду бывало. Со мной было именно эмоциональное давление.
— Ты учишь тройной аксель. Как дела с этим прыжком?
— Я даже его вставляла в программу в апреле, прыжок был стабильный, но потом начала расти. Раньше я могла десять раз за тренировку зайти, восемь выехать, еще и в каскаде 3–3.
А потом начала расти, появились проблемы с коленями, у меня была сильная раскоординация. Все движения как будто очень медленные. Хотя мне казалось, что я все в полную силу делаю, а крутка была ужасно медленная. Я даже не могла двойной аксель докрутить. Просто ушло все. Мы начали это собирать. Подготовка была очень долгой, очень сложной. Я только в августе более-менее собрала прыжки. Но тройной начал восстанавливаться, уже хорошие попытки. Надеюсь, что наработаю. Хочу в скором времени вставить в программу, чтобы уже процесс шел. Я еще прохожу пубертат.
— Чей тройной аксель тебе нравится?
— Очень люблю аксель Эмбер Гленн. Сохраняла видео, пыталась заход перенять, но на самом деле я взяла заход как у Вики Стрельцовой (российская фигуристка, ученица Этери Тутберидзе). Смотрела разные видео и понимала, что все это не мое. И однажды в соцсети увидела, как Вика прыгает и решила попробовать. Очень подошло! Уже две года так прыгаю.
Конечно, я всегда смотрю на аксель Ильи Малинина. Я понимаю, что он мальчик, техника все равно такая не будет. Но он настолько хорошо бедром себя поднимает, что всегда пытаюсь это повторить. Очень нравится, как он прыгает.
— Есть ли у тебя кумиры? На кого равняешься, кем вдохновляешься в фигурном катании?
— Прямо чтобы вдохновляться — нет. Просто есть фигуристки, у которых мне нравится скольжение, у кого-то мне нравятся прыжки и т. д.
Если мы говорим про психологию, отношение к спорту, то, конечно, назову Александру Трусову! У нее такой характер. Она идет в эти четверные прыжки, несмотря на то, получается на тренировке или не получается. Все равно идет на этот риск. Еще до перерыва постоянно шла в тройной аксель, хотя этот прыжок у нее не был стабильным. Все равно пыталась.
Также очень нравится Каори Сакамото. Такая мощь в ней есть. И тоже через несколько Олимпиад прошла. Тоже мне очень нравится.
— Недавно в Эстонии случилась реформа в фигурном катании, которая не позволяет тебе участвовать в чемпионате страны, хотя ранее ты там выигрывала золото и серебро. Что случилось?
— Всегда были правила, все время, которое я тренируюсь: что, если у тебя есть какой-то технический балл — он там очень маленький, — ты можешь идти выступать на взрослом чемпионате Эстонии. Только родителям надо подписать специальную бумагу — и вперед. В свои 11–12 лет я уже каталась на этом турнире, это был отличный опыт, что ты в таком юном возрасте можешь длинную программу с дополнительной дорожкой откатать.
В прошлом сезоне они все поменяли. Не летом, а просто посреди сезона, за месяц до старта, хотя я готовилась. Теперь там можно выступать с 17 лет, как на турнирах ISU.
А тут они даже не в межсезонье, не еще когда-то, просто посреди сезона, за месяц до старта, все правила поменяли. Мы-то готовились, дорожку добавили, музыку нарезали. Это же надо менять хореографию! В общем, накатывать это нужны огромные силы. В итоге появилась новость, и я впала в ступор: «А как так? Почему?» У меня до сих пор нет ответа.
— А если предположить?
— Я не знаю, может, решили правила поменять, чтобы не составляла конкуренцию, чтобы дать возможность взрослым спортсменам более высокие места занимать. В этом сезоне я все еще не могу заявиться на чемпионат Эстонии, только в следующем.
— Ты общаешься с Ниной Петрыкиной (эстонской фигуристкой, двукратной чемпионкой Европы)?
— Раньше общалась хорошо, потом я сменила каток, у нас в Таллине их два. И после этого уже особо не общаемся.
