Яркий разбор Олимпиады от Ягудина: что нужно Петросян, Гуменник мог брать золото, почему провалился Малинин
Алексей Ягудин бывал на Олимпиадах в разных ролях: и как один из главных неудачников (Нагано-1998), и как триумфатор (Солт-Лейк-2002), и как комментатор (Пекин-2022). В Милан же наш легендарный фигурист приехал по билету. Как признался Ягудин, он впервые смотрит Игры просто как зритель. Но корреспондент Sport24 Константин Лесик все равно поговорил с Алексеем: разобрали и судейство Гуменника, и прокат Петросян, и провал Малинина, и даже процитировали Плющенко.
— Алексей, иностранцы на трибунах вас узнавали?
— Да, немало. Но я отношусь к этому спокойно. Я уже динозавр. Кто смотрел Олимпиаду в 2002-м? Мои ровесники, которые ко мне сегодня и подходили.
— Какие у вас впечатления от короткой программы девушек?
— У меня их пять, начну по порядку (загибает пальцы. — Sport24)! Это первый раз, когда я смотрю фигурное катание по билету! Не как комментатор, не как тренер, не как собиратель игрушек, а просто по билету — как зритель, не делая ничего, просто наблюдая за фигурным катанием. Это первое впечатление.
Второе. Компактные европейские арены сильно отличаются от североамериканских. В США, Канаде трибуны огромные — это создает дополнительное давление. В Милане стадион уютный, компактный. На мой взгляд, нерва чуть меньше, чем было у меня в Солт-Лейк-Сити. В Северной Америке зрители громче.
Третье. Оказалось, я сидел рядом с девушкой, которая, когда я был маленьким и приезжал в Италию на сборы с Алексеем Николаевичем Мишиным, была фигуристкой и тренировалась вместе с нами.
Четвертое. Встреча с французском фигуристом Флораном Амодио. Он подошел ко мне в перерыве, мы сфотографировались. Вспомнили, как вместе соревновались, выступали. Дружим до сих пор.
Пятое. Само фигурное катание. Разочарование — это срыв тройного риттбергера у Эмбер Гленн. Начала с шикарного тройного акселя, а потом…
Очень восторженный отклик у меня вызвал прокат лидера, японки Ами Накаи. Она выдала огненный прокат, сделала тройной аксель!
Аделия Петросян в короткой программе сделала 99,9 процента от возможного максимума. Конечно, можно спросить, где тройной аксель? Но фигуристка и ее тренеры сделали, что запланировали. Они уверенным, чистым, добротным прокатом построили платформу для произвольной программы.
Можно много раз повторять фразу, что короткой нельзя выиграть, но можно проиграть. Но сегодня она идеально подходит. Гленн оказалась за десяткой, шансы выбраться минимальны. Аделия на пятой позиции — это сильнейшая группа, вторая оценка складываться будет уже по-другому, уже можно атаковать лидеров.
Но, на мой взгляд, без ультра-си это сделать будет практически невозможно.
— Ей нужен один четверной тулуп или два?
— Два. Конечно, мы, как зрители в теплых курточках, можем говорить все что угодно, а ей надо выходить и прыгать. Но, на мой взгляд, нужно два. Хотя, вспоминая мужской турнир, может случиться всякое… Но без хотя бы одного квада очень сложно будет бороться.
— Что думаете по поводу выступления Петра Гуменника и судейства?
— Я не люблю сослагательное наклонение, но давайте разберем. Если бы не было отстранения, все бы шло по старинке, Петя соревновался вместе со всеми целый сезон — с таким прокатом короткой и произвольной это была бы однозначная медаль. На мой взгляд, возможно, даже золото. Это Олимпиада.
Прикольно разбирать это. Он же в короткой [прыгнул каскад] 4-2, а не 4-3, а в произвольной не 3-3 в конце, а 3-2. И этих трех баллов ему не хватило. Если бы что-то из этого сделал, мог бы стать третьим. Может быть и не был, но Петя как-то вселил уверенность. Я говорил в прошлом году, что не особо верю: «В лучшем случае в шестерку, в десятку попасть. Это правда очень тяжело». В этом году я говорил, что с каждым турниром у меня появляется все больше уверенности в Пете. Не из-за каких-то дополнительных симпатий — нет. Я уважительно отношусь к каждому спортсмену. Но ты прям видишь, что он сильно поменялся, ему можно довериться.
Опять же говорю: можно было попробовать сделать 4-3, но риск прицепить второй прыжок мог не оправдаться. Все могут ругаться и сетовать, что ему поставили недокруты, но просто в России закрывают на это глаза. Ну, так прыгает он. Когда на свежака и в лучшей форме — чистые докруты, когда что-то не так — много недокрутов. Лезть в работу судей я не собираюсь. Только это для нас не «вау» и мы первый раз такое увидели — нет.
— Еще один вопрос про судейство. Компоненты у Ильи Малинина выше, чем у Петра Гуменника.
— Это абсолютная чушь и несправедливость. Как могут люди, которые падают, получать компоненты выше человека, который катается чисто. Вот это позор! Это было некрасиво.
— Что случилось с Ильей Малининым, на ваш взгляд?
— Прекрасную фразу сказал Женя Плющенко: «На Олимпиаде нет людей, которые не умеют кататься. Здесь сливки общества фигуристов. Выигрывает голова, тактика и нервы». Он и сам говорил, что приехал в Солт-Лейк-Сити фаворитом и пере… Ну вот пере… А потом уже с определенным опытом выигрывал Олимпиаду.
Это раз. Второе. Очень крутая фраза, что этим кошмарным прокатом Илья Малинин вернул себе возможность быть нормальным и обычным человеком. Проблема ли в том, что он катал короткую и произвольную программы и в командном турнире, и в одиночном… Парню не 28-30 лет, он молодой. Могло сработать. На мой взгляд, слишком много было вокруг этого персонажа всего: Снуп Догг, сальто, желтые шнурки, 14 турниров без поражений. Ему нужно было, как сказал Женя, закрыться одеялом, спокойно пережидать этот шум и выходить на лед.
Считаю, хорошо, что это был полный провал. Парень не закончил турнир вторым или третьим. Когда ты идешь на золото, а оказываешься с серебром или бронзой, это травма. И на очень долгое время. Когда вот так — это опухоль, очищение. Ты ее вырезал и начинаешь практически с нуля. А этот парень будет выигрывать дальше.
— Про закрытость. Аделия Петросян рассказала, что не живет в олимпийской деревне. Правильно ли она решила?
— Хуже не будет. От этого только плюсы. Я прочитал, что голландская конькобежка (Ютта Лердам. — Sport24) прилетела в Италию на частном самолете. Это никого не должно волновать. Это их личное дело. Есть своя площадка, своя арена, где ты доказываешь, что ты не только способен, но и доучился до определенных уровней и медалей. Где ты живешь — никого не волнует. Каждый делает так, как ему комфортнее.
— Что ей можно пожелать?
— На мой взгляд, короткая программа дает дополнительное спокойствие Аделии. Если бы она в данный момент стала лидером, второй или третьей, на произвольную программу было бы выходить чуть сложнее. А так, в роли догоняющего всегда легче, имея в запасе элементы ультра-си.
Что ей посоветовать? Советовать вообще никому и никогда ничего не стоит. Желаю ей быть как в короткой программе, где она была собой и сделала то, что умеет. Никто не просит выходить и пробовать какой-то четверной лутц или еще что-то. Она все это делала, и не раз. Но мы знаем, что такое стабильность. Алексей Николаевич Мишин говорил: «Это не и 10 из 10, а один раз и в нужный момент». 19 февраля будет ее час. Очень хочется, чтобы как в короткой — с высоко поднятой головой, показывая всем, что твое место не 10-е, не 12-е после короткой, не первый или второй стартовый номер среди тридцати участников. Наши места там — в последней разминке, и борьба только за золото.
