Устрашал низшие лиги СССР, проявлял мужество и героизм, пережил операцию без наркоза! История про Гвоздкова
«Лучше выставь плечо, прими удар. Но никогда не отбрасывайся. Такое воспитание. Исмагилова помнишь, челябинца? Технарь, дриблер. В Самаре я с ним играл, на тренировке заспорили. Говорит: «С трех попыток трижды тебя пройду разными финтами». Мне смешно: «Давай, пробуй». Ни разу! Я с малолетства понял, старше стал — других учил, и когда тренировал тоже: «Не верь финтам». Пусть нападающий тебе чего хочет рисует, головой, руками показывает, клюшкой вертит, да хоть коленками. Тело! Следи за телом. Вот оно, столбик, никуда его не спрячешь, не денешь. Бей! В тело бей. Вот и все. У Лубы я этому научился. Рос на его игре, смотрел, следил всегда с восхищением, перенимал, впитывал. Лубнина считаю эталоном защитника», — говорил бывший защитник Андрей Гвоздков.
Оборонец провел всю карьеру в низшем дивизионе отечественного хоккея. Андрей выступал за кирово-чепецкую «Олимпию», ижевскую «Ижсталь», чебаркульскую «Звезду» и другие клубы, которым оставалось только мечтать о подъеме на вершину. Как уже было сказано выше, Гвоздков был ярким представителем защитника силового плана. Он использовал любую возможность сыграть в тело. И несмотря на крепкую комплекцию и достаточно богатырское телосложение, Андрей не избежал серьезных травм. С таким стилем игры это попросту невозможно. Однажды Гвоздков получил такое жуткое повреждение, что неприятно даже представлять. А что испытывали те, кто наблюдал подобное своими глазами… жуть!
«Однажды нос своротили, Петрович — доктор — собрал мне его по кусочкам. «Кристалл», кажется, принимали; хочу нападающего на синей встретить, он шлагбаум берет двумя руками и — на скорости — бам мне в голову. Носа нет, ушел прямо внутрь. Я в шоке, под руки до лавки довезли. Петрович без всякого наркоза, анестезии щипцами какими-то достал из глубин, вправил, подшил, подштопал. «Ты как?» — спрашивает. — «В порядке. Отличная работа, док!» С Саратовом постоянно все игры в кость. Там всегда такие злые командочки, подраться любили, с детства помню. В хоккей-то мы их обыгрывали, но они то судей своих подтянут, то еще какой фокус», — рассказывал защитник.
В современном хоккее стало гораздо меньше борьбы и силовых приемов, чем раньше. Гвоздков неоднократно признавался, что в подобной игре не смог бы проявить свои лучшие качества. И в целом ему не слишком нравятся мировые хоккейные тенденции. Да, игра становится зрелищнее за счет появления огромного количества техничных хоккеистов, которым раньше не удавалось проявить себя. Но вместе с этим постепенно уходит бойцовская составляющая хоккея, без которой, по мнению Андрея, самый популярный зимний вид спорта уже совсем не тот.
«Я и сейчас еще могу на лед выйти, хочу даже. В Ночную лигу пришел записываться: «А мы, — говорят, — мастеров спорта не принимаем, запрещено Регламентом». Присел на трибунку, посмотрел пару игр, подивился. У них теперь силовая борьба запрещена. Пожалуй, в такой балетный хоккей играть не смог бы. У меня в крови, в мозг впиталось: «Не пустить соперника, закопать на синей». Как двинешь в корпус — сердце радуется», — говорил Гвоздков.
