logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo
Ярослав
Степанов

«Нганну писал: «Ты был одним из немногих, кто не жаловался». Этот дагестанец бился с самыми опасными тяжами планеты

Парню всего 25, но он уже зажигает в UFC.
MMA / БоксUFC
24 ноября 2021, Среда, 21:15
Getty Images

Насрудин Имавов — человек с интересной судьбой. До 10 лет он жил в Дагестане, а потом вместе с семьей перебрался во Францию. Тут можно послушать, как он прошел путь от школьника, который любой спор заканчивал дракой, до бойца UFC.

Имавов тренируется в парижском зале MMA Factory, который за кратчайшие сроки воспитал двух сильнейших тяжеловесов планеты — Фрэнсиса Нганну (чемпион UFC) и Сирила Гана (временный чемпион UFC). С каждым из них Насрудин, который между боями весит 90-91 кг, работал в статусе одного из основных спарринг-партнеров. Ближайшие полтора месяца он будет помогать Гану отобрать пояс у Нганну, несколько лет назад на конфликтной ноте покинувшего MMA Factory.

В этом интервью обсуждаем с Имавовым его резкий скачок в среднем дивизионе UFC, вспоминаем тяжелые спарринги с Нганну и узнаем, почему две недели назад Фрэнсис даже не посмотрел в сторону людей, которые в свое время вывели его на элитный уровень в ММА.

— Прошло две недели после твоего боя против Эдмена Шахбазяна. Чем занимался все это время?
— Вернулся в Париж и два-три дня тут побыл. У меня были небольшие царапины из-за тычка в глаз, так что я решил чуть подождать, пока они пройдут. А потом поехал в Марсель — увидеть маму, папу и всех родных. Сейчас обратно в Париж вернулся и несколько дней как начал тренировки. Помогаю своему спарринг-партнеру и брату Ахмеду Саламову, который будет драться в Ares FC 11 декабря. Приедет и еще один человек, буду им двоим помогать в подготовке к 11 декабря.

— Ты победил Шахбазяна и поднялся на 12-ю строчку рейтинга. Можно сказать, что эта победа стала главной в карьере?
— В UFC каждый бой важен, и я всегда выхожу, как в последний раз. Но, конечно, ворваться в рейтинги — это важно. Очень хотел победить досрочно и показать, что уровень у меня нормальный, могу соревноваться с топ-бойцами. Получилось — выиграл во втором раунде.

— UFC не очень сводит бойцов из рейтинга с теми, кого находится за его пределами. Удивился, когда тебе в соперники дали Шахбазяна, когда ты находился не в топ-15?
— Да, конечно. Но больше я удивился, когда мне предложили Йена Хейниша (третий бой Имавова в UFC — прим.). Я тогда вообще был далеко в рейтингах — даже в топ-30, по-моему, не входил. И мне предложили Хейниша, а он был 17-м в рейтинге. Это сильно удивило и мотивировало. Помню тот момент: у меня была сломана рука, а мне предложили такой бой, и он должен был пройти через три месяца. Это был хороший шанс, так что я должен был тренироваться. Многие не знают, что я за три недели сделал снимок руки, и она была совсем не в порядке: за три месяца вообще не зажила, потому что все это время я продолжал тренироваться, бил ей иногда рефлекторно, и из-за вибраций кость не срасталась. В бою рука была сломана, я дрался, а у меня пластина в руке стояла. До сих пор эта железка на месте. Через три месяца буду снимать. Такой шанс не хотелось упускать, и мы приняли бой, не задумываясь. А потом, когда предложили Шахбазяна, я уже не удивился.

mmajunkie.usatoday.com

— В бою с Шахбазяном ты предпринял три плотных попытки удушающего. Удивился, как ему удавалось постоянно выбираться?
— Если я беру гильотину, никогда не давлю на сто процентов. Потому что можно слишком быстро забиться и устать. Но все равно держал его плотно, процентов на 70. Если честно, удивился, когда он вышел с моей гильотины: обычно это работает на спаррингах. Но в бою — возможно, из-за пота — не удержал. Ну и сам он всем телом крутился. Приходилось чуть отжимать и делать так, чтобы не перекрутиться с ним и не оказаться снизу. Немного удивился, но знал, что Шахбазян будет идти до конца, ведь он шел на двух поражениях. А тут — бой против человека не из рейтинга. Ему надо было идти до конца.

— Интересный момент про гильотину. Ты всегда жмешь ее не на максимум или начинаешь давить на полную постепенно, когда понимаешь, что прием проходит?
— Да-да. Зажимаю потихоньку. Хорошенько беру и постепенно начинаю давить, давить и давить. А если сразу взял захват и начал со всей силы сжимать — это неправильно. Можно очень быстро забиться и потерять много энергии. Даже бойцы с большим опытом допускают такие ошибки. Но мы с тренером работаем иначе. Можете обратить внимание: когда я был внизу с Хейнишом, то вообще не прилагал сил. Использовал весь свой вес и отдыхал. Изучали его с тренером и решили в бою позволять ему вставать специально, чтобы он уставал.

— Какой у тебя любимый прием в грепплинге?
— Удушающий через руку. Удушение «Брабо». Хорошо у меня проходит. Попробую сделать в следующем бою.

На UFC 268, где ты победил Шахбазяна, за кулисами случился один обсуждаемый момент: твой бывший спарринг-партнер Фрэнсис Нганну молча прошел мимо тебя, Сирила Гана и своего первого тренера Фернанда Лопеса. Что ты почувствовал в тот момент?
— Мы вообще не ожидали там увидеть. Для нас это был сюрприз. В UFC очень хорошо сработали: мы вообще не заметили, что нас снимают — ни я, ни Фрэнсис, ни Сирил, ни Лопес. Он прошел, я увидел его и подумал, что он поздоровается. Но он просто шел и смотрел прямо, и я тогда все понял. У него небольшой конфликт с Фернандом Лопесом, его бывшим тренером. А Сирил Ган — его будущий соперник. Из-за этого он и решил так среагировать: прямо прошел. Кто-то реагирует так, а другой, может, махнул бы головой…

— На видео видно, как Сирил недоумевающе смотрит на Лопеса, а тот отвечает: «Я же тебе говорил». У тебя, кажется, тоже было растерянное лицо. Ожидал, что с тобой-то он должен поздороваться?
— Да-да, он даже не так давно писал мне в Facebook, после моей второй победы в UFC. Это был большой текст, что-то вроде: «Поздравляю, чемпион. Всегда знал, что ты будешь в UFC. Ты всегда был одним из немногих, кто не жаловался после спаррингов со мной». По поводу последнего — он довольно жестко бил и иногда себя не контролировал. Потому некоторые бойцы, как он говорит, жаловались. Но когда я с ним становился в пары, я не жаловался, шел до конца. Жаловаться — это не по-нашему. Он это ценил. Так что да, я думал, со мной он поздоровается. С другой стороны, если бы он подошел и поздоровался только со мной, было бы еще хуже, наверное. А Сирил действительно удивился. Сказал: «Почему он не поздоровался?» и смотрит на Лопеса. А тот: «Я же предупреждал». Смешно получилось, но это хорошо для боя. Все обсуждают.

— Лопесу этот момент понравился?
— Да, он этого и ожидал. Как говорил, так и случилось. В целом, с улыбкой отнесся.

— В одном из интервью Лопес, в первую очередь, удивлялся, что Нганну не поздоровался с тобой, поскольку ты, со слов Фернанда, был главным спарринг-партнером Фрэнсиса. А сколько вы провели спаррингов?
— Не сосчитать. Очень много. Я был одним из главных его спарринг-партнеров, да. Хоть и весил порядка 91-92 кг. Меня ставили, потому что я быстрый и со мной хорошо на технику работать. У Фрэнсиса были и другие спарринг-партнеры, но только мной он мог поработать даже в субботу и в воскресенье. Бывало, я хотел отдохнуть в выходные после недели спаррингов, а Лопес пишет: «Если не трудно, приходи, поработай с Фрэнсисом». Было хорошо, и для меня это тоже опыт. Никогда не отказывался от такой возможности.

— Ты сам отметил разницу в весе, плюс мы знаем, насколько сильный удар у Нганну. Работа с ним не доставляла лишнего ущерба?
— Такого не было. Иногда случалось, что голова болит. Но, в целомm много я не пропускал, хорошо защищался, поднимал руки. Да и он кувалды обычно не запускал. Иногда мог не рассчитать, и Фернанд его просил: «Эй, потише-потише». Правда, когда уже пропустишь, это «потише-потише» и ни к чему… Но все нормально.

— А сейчас ты много работаешь с Сирилом Ганом?
— Да. Например, перед его боем с Дос Сантосом я был его главным спарринг-партнером. Когда я готовился к бою с Шахбазяном, уже Сирил мне помогал больше всех. Сейчас он будет готовиться к Фрэнсису Нганну, и я снова буду одним из главных спарринг-партнеров. Поскольку я крутился с Фрэнсисом, то буду стараться имитировать его технику и следовать геймплану, который поставил Лопес.

— Ты работал и с Нганну, и с Ганом. Кого видишь фаворитом в их бою?
— Конечно, Сирила. Да, Фрэнсис может попасть. Но в бою пять раундов, и ты не можешь рассчитывать только на один удар. Сколько длинных боев Ган провел за последнее время? Фрэнсис, вроде бы, с 2019 года провел в клетке суммарно шесть минут. Сирил — час с чем-то за тот же срок. Это большую роль играет, Ган будет увереннее чувствовать себя в клетке за счет опыта. По Сирилу очень сложно попасть, он все хорошо видит. Даже когда по нему попадаешь, он делает быстрое движение головой, чтобы снизить силу пропущенного удара. Он очень быстрый, передвигается, как легковес. Думаю, в первом раунде Сирил будет много перемещаться. Фрэнсису будет сложно его поймать. И чем дольше будет идти бой, тем сильнее Нганну будет уставать. А Ган будет поднимать темп. Думаю, в третьем-четвертом раунде он может выиграть досрочно. Если нет, то заберет бой по очкам.

— Ты относишься к залу MMA Factory, как к родному дому. Учитывая последние события, связанные с Нганну, можно сказать, что в этом поединке будет много личного как для тебя, так и для всего зала?
— Нет. Личного там нет, и они оба не воспринимают это как что-то личное. Хотя этот момент, когда Нганну прошел мимо, наверняка мотивирует Гана к хорошей войне. А вообще он добряк и близко к сердцу такие моменты не принимает. Что касается Лопеса, то он бизнесмен, поэтому все понимает.

— Про Нганну теперь много пишут, типа: «неблагодарный» и все такое. У тебя похожие эмоции?
— Нет, конечно. Люди много пишут, но они не знают, что случилось. Кто прав, а кто — нет. Конечно, я на стороне Лопеса, но про этот конфликт не многое знаю. Они обсуждали это только между собой.

— Лопес нередко отмечал в своих интервью, что Нганну порой проявлял себя довольно жадным в финансовом плане — отказался платить взнос за тренировки в зале, однажды очень неоднозначно отреагировал на просьбу оплатить парковку. А ты замечал у Фрэнсиса такие качества?
— Нет, ничего такого не было. Но мы с ним и не так близко общались, чтобы пойти куда-то чай или кофе попить. Только тренировались. Не как с Сирилом — с ним отношения гораздо ближе. С Нганну тоже были хорошие, но только на тренировках. Хотя было видно, что у Фрэнсиса характер чуть тяжеловатый. Но у каждого есть свои особенности и ошибки. У него — вот такой характер. А по поводу историй Лопеса про деньги: да, я слышал, что Нганну не особо любит тратить деньги.

— Тебе всего 25 лет. Ты, по сути, представитель нового поколения бойцов. Бойцы ММА, которым 30 лет, могут говорить, мол, мы смотрели бои Федора Емельяненко, Жоржа Сен-Пьера, Би Джей Пенна и черпали у них какие-то техники. А на кого смотрел ты?
Раньше смотрел бои Макгрегора. Мне нравится, как он дерется в стойке. И вообще, он нравится мне как боец. А как человек — это уже другое… Особенно сейчас, когда он слишком далеко зашел. Еще Джона Джонса много боев смотрел, нравится, как он работает в стойке. Всегда любил смотреть хороших ударников, потому что сам из бокса и старался от людей что-то взять. Потом, когда освоил партер, Хабиба много смотрел. Изучал, как он давит на своих соперников, выбирает позиции.

— Из вашего зала за короткий период вышло два сильнейших тяжа планеты. Ты сейчас на подходе в категории до 84 кг. В чем фишка MMA Factory и Фернанда Лопеса?
Думаю, это работа в команде. Тренер по физподготовке, Фернанд Лопес, тренер по боксу, тренер по борьбе — они всегда вместе, всегда на связи, переписываются. Например, тренер по физподготовке всегда знает, что у меня, скажем, в этот день после обеда будет спарринг. И он адаптируется, ставит тренировки так, чтобы я не был уставшим и хорошо поработал. Фернанд Лопес — также очень умный тренер. Классно составляет геймплан, видит ошибки соперника и далеко смотрит.

— Во Франции долгое время ММА были под запретом. Обычно такие вещи мешают развиваться спорту. Как ваш зал жил в то время?
Было очень тяжело. Моментами сложно было платить за зал, а это стоит дорого. Лопес признавался, что это были сложные моменты, но потихоньку он выкарабкался. Многие думают, это просто, но в ММА из Франции пробиться очень тяжело. Мы дрались за пределами страны, а когда тебя вызывают куда-то — это, как правило, для того, чтобы побить: предлагают бои за неделю, за две. На замену выйти. Случалось, я два года не дрался. Где-то с 2019-го все пошло-поехало, сделал пять-шесть боев, и тогда дела наладились.

— Сейчас ты 12-й в рейтинге среднего дивизиона. Чемпион категории — Исраэль Адесанья. Понимаешь ли ты, что прямо сейчас можешь составить ему конкуренцию или понимаешь, что до его уровня нужно поработать?
— Раньше мне задавали этот вопрос, и я не хотел отвечать, потому что был далеко от рейтингов. А сейчас я 12-й… Думаю, можно поговорить про Адесанью. Ну, если бы предложили такой бой сейчас, то это было бы пять раундов. А я ни разу в таком формате не дрался. Может помешать недостаток опыта. Но мы с тренером думаем, что все потихоньку придет. Уже начинаем находить ключи против Адесаньи. Уверен, придет время, и я покажу все, на что способен. Он не сможет быть чемпионом вечно. Его время придет, и надеюсь, что человеком, который заберет этот пояс, буду я.

— В топе среднего веса самые опасные люди в плане борьбы — Деррек Брансон и Марвин Веттори. Чувствуешь, что смог бы защититься от их тейкдаунов?
— Конечно. Надеюсь, что следующий бой у меня будет с кем-то из них. Может, Деррек Брансон. Если его соперник травмируется, я бы мог выйти на замену. Уверен, что у меня нет проблем с борьбой. Но иногда захожу в комментарии и вижу, как мне советуют борьбу подтянуть. Но я так не думаю. Конечно, подтягиваю ее каждый день, но сказать, что у меня с этим элементом проблемы, я не могу. В зале работаю с борцами высокого уровня. Надеюсь, мне дадут какого-то борца. Например, Херманссон хорошо борется. С ним можно было бы закрыть эту тему раз и навсегда, показав, что с борьбой все нормально. Я из Дагестана — борьба у нас в крови.

— Есть понимание, когда может быть следующий бой?
— Сейчас в любое время могут предложить, так что я держу себя в форме, тренируюсь. Проверял вес — 89 кг. Я всегда в форме. Правда, меня в UFC отстранили из-за пропущенного тычка в глаз. В первом раунде Шахбазян прямо три пальца туда засунул. Была небольшая сечка под глазом, крови немного. Но из-за этого меня отстранили на три месяца. Думаю, как раз через два-три месяца было бы здорово вернуться.

— Где ты видишь себя в идеале через год?
— Топ-5. Думаю, что буду в пятерке — может, третьим или вторым. Буду близко к поясу.

Подписывайся на наш ютуб-канал про ММА, чтобы ничего пропустить!

Понравился материал?
0
0
0
0
0
0