logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13

«Меня спровоцировало животное из органов». Емельяненко — про тюрьму, дебош в Кисловодске и будущее

Откровенное интервью Александра.

Бокс и ММА
9 октября 2019, Среда, 23:55
РИА Новости

29 ноября в Москве пройдет один из самых странных боев в истории российского единоборства. Боец ММА Александр Емельяненко будет драться с тяжеловесом Михаилом Кокляевым.

В очередном выпуске программы ХукВам Алексей Махно и Роман Мазуров говорят с Емельяненко о недавнем конфликте спортсменов с применением кепки, слушают откровения Александра о скандале в Кисловодске и спрашивают об отношении к критике со стороны Магомеда Исмаилова.

— Вашим фирменным приветствием уже давно считается «Здрасьте, здрасьте, люди добрые». Откуда это пошло?
— От меня. Злых и плохих людей не бывает. Есть те, которых ты не понимаешь в виду своих жизненных принципов, устоев и прочего. Человек же с кем-то общается. И для кого-то он хороший человек. Не надо всех подстраивать под себя под правильного.

— Сергей Довлатов как-то сказал: «Ад и рай — внутри нас». Согласны?
— Конечно, нет. Это неправильно. Если такие, как Довлатов, начнут священные писания переиначивать, то и жить будут все, как Довлатов. По своим законам и устоям. Все давно уже написано и дано людям. Ничего не нужно выдумывать.

— 29 ноября вы будете драться с тяжелоатлетом Михаилом Кокляевым по правилам бокса. Главный вопрос — зачем вам это нужно?
— Во-первых, физическую силу нужно куда-то вкладывать. Недостаточно просто в зал ходить, чтобы раздуться. Мол, ты такой сильный, тебя должны бояться. Все увидят, что большие граждане — слабые. Но я не призываю их гонять по улице и бить. Пусть займутся нормальным видом спорта. Просто раздуться — мало. И я его не вызывал же. Сначала случилась перепалка в интернете. Миша сказал, типа он такой всемогущий, а я на ринге херней занимаюсь. Я сказал, что если он такой смелый, то пусть выходит на ринг. Опубликовал его согласие, а дальше Кокляеву уже деваться некуда. Так закрутилось. Бой готов.

— Тем не менее, для вас же очевидно, как закончится этот бой?
— Конечно. Я и вам говорю — можете гонять качков по улице.

— Ваша последняя очная встреча закончилась конфликтом, который многие приняли за постановку.
— В смысле? Все видели, как сидел Михаил и нервничал, думая, как напасть на меня. Ему не хватило ни опыта, ни интеллекта. В итоге он вскочил, а кепка прилетела обратно. Есть же даже фото его лица вблизи. Разве можно постановочно рассечь бровь? Это просто Миша получил кепкой в глаз.

— Многие еще отмечают, что вы ведете довольно аккуратный трешток. Чего, например, не было в адрес Сергея Харитонова.
— А я с Харитоновым никакого общения не вел. Он всегда же говорил что-то. Куда ни прибежит, везде кричит, какой я плохой. Его аж прет. Я на него особо не нападал никогда. Просто сейчас передаю ему привет (показывает большой палец).

— Мы спрашивали тот же вопрос у Кокляева, и он полагает, что вы не делаете в его адрес резких высказываний, потому что вас объединяет вера.
— Нет. Просто я знаю рамки и границы, которые нельзя переходить. Как со мной люди общаются, так я и отвечаю. Те люди, которые льют грязь — ограничены. Я их же могу той же грязью перебить.

— Насколько важна для вас была финансовая составляющая в этом бою, когда вы подписывали контракт?
— Настолько же, насколько она важна для всех людей, ходящих двумя ногами по этой земле. Я — спортсмен. Это моя работа. И работаю я, вроде бы, замечательно. Много денег уходит на благотворительность, на самообразование. Я не набиваю себе чулок, чтобы кубышка была наполнена деньгами. Живу на съемной квартире, езжу на машине, которую подарил Рамзан Ахматович.

— А в чем самообразовываетесь?
— В институте учусь. Недавно поступил на курсы предпринимателей. Век живи — век учись. Нельзя же жить со школьными знаниями. Я интересуюсь окружающим миром, читаю книжки. Обо всем. Пускай я не буду специалистом в какой-то области, но буду понимать в общем, что делает тот или иной человек.

— Деньги, которые вы получите за бой с Кокляевым, можно сравнить с теми, которые вы получали за поединки в «Ахмате» и RCC?
— Давай так отвечу на этот вопрос. Я выступаю за идею. Не в деньгах дело. Посмотрите на то, какой ажиотаж вокруг боя. Сколько людей, глядя на меня, пойдут в зал и начнут заниматься спортом. Мне приятно читать, когда подписчики пишут, что благодаря мне они бросили пить, курить и начали заниматься спортом. Понимаю, что не зря это делаю.

— Последний раз вы дрались более года назад. Чем все это время занимались, и как зарабатывали на жизнь?
— Готовился к бою с Кокляевым. Весь год. Да отдыхал я. В том году подрался шесть раз, и организм перегрузился. Не так некоторые вещи делал. За это время наладил все. И жизнь личную, и жизнь спортивную, и жизнь, которая приносит деньги. Это все потихоньку нужно было выстроить. Невозможно же одним днем все решить. Здесь что-то сделал, там что-то начал наверстывать. За год я собрался мыслями физически, собрался по делам и все выстроил. Сейчас все прекрасно.

— В 2019-м вы должны были подраться в RCC, но не срослось. Расстроились?
— Я был очень сильно удивлен. Мне позвонил помощник менеджера за две недели до боя. И говорит: «Александр, а давайте мы будем платить вам не столько, а столько». Я не понял. Говорю, как так? Во-первых, такие вопросы по телефону не решаются. Во-вторых, у нас же контракт. Он говорит, что это просто бумажка, что я могу выкинуть ее. Я аж присел. Говорит: «Александр, понимаете, у RCC есть проблемы, туда-сюда…» Я пошел на тренировку. Через два дня они мне перезванивают и говорят, что лига RCC решила разорвать контракт. Я этот контракт взял и выкинул.

— Может, на них повлиял тот инцидент в Кисловодске?
— Как он мог повлиять?

— Имиджево.
— Да у меня вся жизнь, как в Кисловодске. Лепят, лепят. А что там произошло?

— Расскажите нам.
— Мы с другом приехали встречать его маму, которая прилетела в Кисловодск. Припарковались, задними колесами встав за линию разметки на парковочное место. Я остался в машине и уснул на пассажирском сидении. Проснулся от того, что кто-то стучит в окно. Смотрю, стоит гражданин в форме и бьет по стеклу. Я спрашиваю: «Ты что делаешь?» Он что-то пробубнил и отошел. Потом прибегает опять. Я спокоен. Отпил вина пару раз. Он видит машину с 95-м регионом. Золотой «Мерседес». Понимает, что в Грозном распитие спиртного запрещено. Он подумал, что я чеченец и тут занимаюсь такими вещами. И начинает матом орать. Я говорю: «Закрой рот, ты что разорался?» И он начинает еще сильнее нагнетать. В этот момент его дергает за рукав товарищ. А тот говорит, мол, я тебя сейчас оштрафую, права заберу. Я открываю окно и говорю: «Ты как разговариваешь, животное? Хочешь, чтобы я с тобой так общался? Ну давай, мерзость ты поганая».

Люди видят, что идет перепалка, начинают останавливаться и достают телефоны. Его друг говорит: «Ты что, дурак? Это же Емельяненко». У него стало такое идиотское выражение лица. Как у поросеночка. Подсел на ногах, как дурачок. И он регистратор включает. Говорит: «Дайте, пожалуйста, документы». Я говорю: «Зачем ты регистратор включил, животное? Общайся, как до этого общался». Он начал свою жопу спасать, любезно разговаривать. Я говорю: «Крыса, я понимаю, почему ты себя так ведешь». А почему я с ним продолжал так общаться? Потому что, если бы в машине сидел не я, а кто-то неизвестный, он бы так и говорил, как в самом начале.

Он созвал все отделение. Стоит толпа людей и провоцирует. Далее подбегает к машине какое-то животное бородатое и начинает меня и мою семью грязными словами крыть. Говорю: «Слушай, тварь, тебе не убежать». Он выбегает за сотрудников, крыса помойная. Когда собралась толпа, я сел за руль и проехал 200 метров за угол, чтобы продолжить разговор. Там на место приехало начальство, приехали адекватные сотрудники. Хотел бы я от них скрыться — никто бы меня не догнал на их «Ладах». А люди из начальства сразу поняли, что их поросенок не на того прыгнул. Но так как толпа собралась, видео попало в социальные сети, им нужно было как-то среагировать. А задержание? Да я там даже не сопротивлялся. Та же крыса из толпы крикнула: «Принимайте его, давайте, налетели!» И начал подталкивать всех.

— Не жалеете о том, что решили сесть за руль? Без этого, возможно, все бы обошлось.
— Ни о чем не жалею. Просто меня спровоцировало это животное из органов. Когда мы общались с его коллегами, оказалось, что этот гражданин — самый мерзкий из их отделения. На него несколько уголовных дел пытались завести. То он на проститутку какую-то напасть хотел, потом у какого-то трупа деньги вытащил. На него куча дел, но у него в Ставрополе какой-то родственник сидит чиновником. И его не могут пнуть. Что бы ни сделал -– все прощают. А представили ситуацию так, как выгодно СМИ.

— А почему вы сразу об этом не рассказали?
— А почему я должен оправдываться? Прошло время, все утихло. Вы задали вопрос — я рассказал. До этого, если и спрашивали, им нужна была какая-то сенсация. Что-то узнать, вырвать из контекста и выпустить. Главное — правильный заголовок под статьей написать. Я знаю, как работают СМИ. Недавно вот звонит мне девушка-корреспондент. Я четко отвечаю на все вопросы. Поблагодарила меня в конце за интервью, а выпустила его в таком ужасном виде. Все перепутала. Я понимаю, что она далека от спорта. Все смешала, переиначила, что-то за свое выдала. Из-за непонимания того, о чем я говорю. Часто сталкиваюсь с такой проблемой, когда подходит корреспондент, совершенно не готовый. Не владеющий информацией. Смотришь — тупая девушка стоит. Да по ее лицу это видно. Стоит, задает вопросы: а как вы готовились, а что скажете о сопернике, а в какой вы форме, а сколько весите. Зачем подходила? Нужно же подходить подготовленным. Одни и те же вопросы. Ты — корреспондент. Так и развивайся в своей области, чтобы быть интересным и для зрителя, и для человека, у которого ты что-то спрашиваешь.

— Были ситуации в вашей жизни, о которых вы потом жалели?
— Ни о каких ситуациях в своей жизни я не жалею. Живу и радуюсь жизни. То, что было со мной в прессе, того не было. Я даже сидел не за то, в чем меня обвиняли. Не знаю, как скоро, но расскажу об этом. Даже людям, которые в этом непосредственно замешаны, я не могу рассказать правду. Потому что она сумасшедшая. Была толпа граждан, которым было выгодно, чтобы так произошло.

— На 2019-й у вас запланирован один бой. Не самый типичный для вас. Будет ли что-то еще?
— Возможно. Недавно я разговаривал по скайпу с принцем Бахрейна. Они хотели, чтобы я выступил у них на турнире 15 ноября. Но организаторы боя с Кокляевым попросили меня воздержаться. Поэтому я не стал рассматривать предложение, так как у нас есть устные договоренности, что я не подведу ни в чем. А так, мог бы и там выступить. У них нет жестких условий контракта. Подрался бы там, а потом бы приехал и побил Кокляева.

— 27 сентября вы были гостем на турнире ACA в Москве. Можно ли предположить, что вы выступите в будущем там?
— Можете предположить, что угодно. Если мне предлагают бой, то нет никаких проблем. Я обязательствами контрактными ни с кем не связан. Могу выступать, где угодно. Пусть предлагают. Даже RCC. Мы могли бы возобновить сотрудничество.

А вообще, я придумал свою версию по смешанным единоборствам. Рассматривается, чтобы ее включили в андеркард нашего боя с Кокляевым. В чем она заключается: первый раунд — только ударная техника. Руки, ноги, колени, локти. Второй раунд — борьба. В партере разрешено находиться только 30 секунд. Третий раунд — ММА. Чтобы была динамика и зрелищность. Чтобы боец мог показать все свои стороны. Боец же должен быть разносторонним, а не только проходить в ноги и создавать видимость боя. Потеряли зрелищность ММА из-за возни в партере. Все пришли смотреть на разносторонних ребят, а они ничего не умеют, кроме как в ноги проходить.

— Получается, ваша версия очень удобна ударникам, но не очень — борцам.
— Ты ошибаешься. Борцы пусть учатся бить, ударники — бороться. Если он вышел, отработал первый раунд, а со второго слился, все поймут, что он ссыкун. На ринг таких не будут выводить. Пример. Федя (Емельяненко) — борец. Всю жизнь занимался самбо. Но Федя выиграл бой у Крокопа в стойке. Они не возились в партере вообще. А то взяли и испортили смешанные единоборства своей борьбой. Это ММА, а не вольная борьба, где есть только проход в ноги. Вот я и разделил ММА на те части, из которых этот спорт состоит.

— Но есть же и борцы, которые красиво проявляют себя в ММА. Например, Хабиб. Который проводит бои в доминирующем стиле, переводит, добивает.
— Вот Хабиб переведет и задушит во втором раунде. А в первом пусть покажет, как он умеет работать в стойке, какие у него ударные качества.

— Кстати, недавно ваш вид единоборств раскритиковал Магомед Исмаилов. Помимо прочего, он подчеркнул, что, если бы между вами прошел бой, то он бы смог вас победить. Видели?
— Да он пошутил. Вы что, смеетесь? Вы видели его бой с Фроловым? Видели, как он дрался? Хорош. Ему еще тренироваться и тренироваться. Как вы не понимаете, что люди делают это для хайпа. А сколько они готовы заплатить за то, что я его побью? Он слабый боец. Он понимает, что проиграет. Но если ACA готовы финансово организовать такой бой — хорошо.

— Вам не понравился бой Исмаилов — Фролов?
Я ничего не увидел, что бы могло меня удивить. Серийной работы нет, работали раскрыто, динамики не было. Сдохли оба в первом раунде. А дальше уже шла работа, чтобы дожить до третьего раунда. У них и вес еще нормальный (до 84 кг). Если попадают в накладках, люди падать должны, а не доживать до конца боя. Крепкие головы? Да тебе так кажется. Бить не умеют пацаны.

— В своих прошлых интервью вы часто отмечали, что тренируетесь самостоятельно, без какого-либо тренера?
— Так и есть.

— А Олег Меньшиков?
— К Олегу Владимировичу я хожу в зал бокса, но он понимает, что я состоявшийся спортсмен. И не лезет в мой тренировочный процесс.

— Мичков и Воронов?
— Они меня вообще никогда не тренировали. Мы с Федей сами работали. Как-то они с нами поехали на бои, потому что у нас не было секундантов. Федя предложил, мол, давай Михалыча и Василича возьмем. Я был не против. Кем нужно — укомплектовывай. Мичков и Воронов — засекатели времени и махатели полотенцем. Они просто давали общую программу и засекали время. Ко мне ни Мичков, ни Воронов не лезли никогда. Работал я по общей картине. Никого они не учили. Более того, однажды мы с Федей проводили с ними очень жесткий разговор по кое-какой теме, предупреждая, что если подобное повторится, то это будет последний раз, когда они куда-либо с нами поехали. Поняли и исправились. А вообще, кого они воспитали?

— Сидельников, братья Немковы, Токов.
— Ну не знаю.

— И все-таки. Кто из тренеров по ходу вашей карьеры дал вам больше остальных?
— Олег Меньшиков — лучший тренер по боксу. Но, повторюсь, он никогда не лез в мой процесс.

— Мурад Бичуев — главный тренер клуба «Ахмат».
— Когда я был в «Ахмате», у меня тренировки проходили отдельно от всех. Я делал другую работу. Потому что делал больше, чем все остальные. Если шли спарринги, я участвовал. А так, работал по своей системе. Когда все тренировались один раз в день, я тренировался два раза. Когда все отдыхали, я делал по две тренировки, опять же. У меня был ключ от зала, поэтому я там почти всегда находился один. Делал во много раз больше, чем давали другим спортсменам. Мурад все понимал. А чему он меня научит? У меня в боксе результаты выше, в борьбе выше, в физике выше. В боях опыт другой. Что могут подсказать люди, которые не знают, что подсказать?

— Но с Тони Джонсоном у вас получился очень тяжелый бой.
— С Тони я был другой. Я заряжался, чтобы уронить его. А у нас в ММА как? Когда попадаешь, или отправляешь в нокдаун, очки не считаются. А любой перекат в партер — очко. Считаю, у нас был равный бой. А так, все видели, как он бегал и толстой задницей в сетку вжимался.

— Кстати, а вы смотрели бой Джонсона с действующим чемпионом ACA Евгением Гончаровым?
— Нет, но мне сказали, что бой был ужасный. Гончаров спасался от него, бегал постоянно.

— Евгений же бросал вам вызов.
— Да, давно еще. Но кто такой Гончаров? Это смешно. Пусть подерется где-нибудь. Мы пересекались с ним на тренировках в «Ахмате». Он туда со своим другом приехал. Каждый делал свою работу. Недели две или три мы с ним прожили, но я так и не знал, кто такой Гончаров. Он не подходил ко мне. Бесило, как он свои губки постоянно надувал и делал селфи. Как девочки, знаете. И что не фото, так всегда губы утиные. Женственный парень. Думает, чем красивее он губки на фото сложит, тем лучше получится. Ты мужчина. Иди головой ударься об стену, пусть пару шрамов на лице появится. Просидел он так две недели, губки поскладывал и уехал. Потом вернулся. Но я с ним так и не поработал ни разу. Один раз его в зале видел. Остальное время, не поймешь где. Ходил вокруг да около. От спаррингов со мной бегал. Лишь бы не… Хочется матом сказать. Лишь бы не огрести от Емельяненко. Зато вызывают на бой. То Исмаилов, то Гончаров. Аплодирую вам стоя, круто. Но все хотят не подраться с Емельяненко, а выхватить от него. «Я бросил вызов Емельяненко, я крутой мужик». Хорошие вы парни, но только дать вам нечего.

— И последнее. Возвращаясь к теме вашего боя с Кокляевым. Михаил говорит, что одна из его задач — помирить вас с братом. Как вы относитесь к такой цели?
— Глупости. Сюда вообще лезть не надо. У меня нет никакого конфликта с братом Федором. Я набрал ему год назад. Мы поговорили по телефону. Я у него спросил, есть ли у него ко мне какие-то вопросы. Он ответил: «Нет, все нормально, я не обижаюсь. А ты что, обижаешься?» Я сказал, что нет. Федор сказал, что нам надо увидеться и поговорить. Я попросил его, как он будет свободен, пусть наберет. Я на него не обижаюсь, и он на меня тоже. Но Федя не перезвонил в виду того, что сильно занят. А я и не тревожу.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене