Ярослав
Степанов

«Лучше быть человеком, иногда бухающим, чем конченным». Большое интервью бойца ММА Василевского

Есть про Шлеменко, алкоголь, деньги и самую дебильную российскую тенденцию.

Бокс и ММА
13 мая 2019, Понедельник, 10:25
РИА Новости

27 апреля Вячеслав Василевский проиграл Магомеду Исмаилову на турнире ACA в Москве. 7 июня Вячеслав дерется снова, но с другим человеком и в другой организации.

В интервью корреспонденту Sport24 Ярославу Степанову Василевский рассказывает, какую квартиру в Нижнем Новгороде можно купить на деньги, которые он потратил на подготовку к Исмаилову, почему публичный человек может отвечать грубо людям в социальных сетях, и случится ли когда-нибудь так, что Василевский и Шлеменко будут тренироваться вместе.

— Если вернуться сейчас в декабрь 2017-го и вспомнить период после вашего боя с Дураевым, то казалось, что вы близки к завершению карьеры. Поражение от Исмаилова вы восприняли гораздо более спокойно и уже через месяц готовитесь драться снова. Чем отличаются эти две неудачи?
— Тогда у меня был эмоциональный спад. И не только перед боем с Дураевым. Это поражение стало апогеем всего накопившегося. Финальной точкой, после которой мне не хотелось продолжать. А сейчас я себя хорошо чувствовал, был хорошо готов и особо не расстроился. Не скрою, первые пару часов находился в растерянности, но потом пришел в норму. Я просто не понимаю, почему так произошло. Был мотивирован и настроен, но так случилось. Не списываю это на случайность, но заморачиваться не нужно. У меня сейчас есть технические погрешности, над которыми необходимо поработать. Возможно, они сыграли решающую роль. Если разобрать бой, станет понятно, что я неправильно действовал в стойке. Но, повторюсь, переживаний особенных не испытываю, в голове ничего не поменялось. Наоборот, хочется поскорее выскочить и закрыть поражение.

— Правильно ли я понимаю, что именно первые пару часов растерянности подтолкнули вас к тому, чтобы очень грубо отвечать некоторым людям в инстаграме на негативные комментарии?
— Не растерянность, а недоумение. Просто для меня такой исход стал неприятным сюрпризом. А комментарии… Ночью не хотелось спать, выложил пост и отвечал на комментарии. Кто-то заслуживал таких жестких и нехороших ответов, потому что некоторые пишут ерунду. С недалекими людьми так и надо разговаривать. Знаешь, есть очень четкое выражение: лучше быть нормальным человеком, ругающимся матом, чем тихой и воспитанной мразью. Зачем мне обманывать кого-то? Если считаю, что человек неправ, то скажу об этом. Больше всего раздражает, когда всякие тупицы, которые не имеют никакого отношения к спорту, начинают чему-то учить. У меня 40 профессиональных и штук 500 любительских боев. Учить меня из-за каких-то нескольких поражений глупо. И не им это делать. Я нормально отношусь к тому, когда человек хочет что-то посоветовать. Вот, допустим, пишут: «Вячеслав, мы думаем, лучше не готовиться в Америке». Или: «Вам бы тренера постоянного найти». Я это все принимаю и благодарю людей. А когда пишут типа: «Да ты лох, ты никакой»… Что это за пугало огородное? Зачем он такие вещи мне пишет?

— Меня интересует этот вопрос в контексте ваших политических амбиций. Когда появится что-то более конкретное в данном направлении, люди могут резонно спросить: «Какой из Василевского политик, если он в инстаграме всех посылает?»
— Кстати, если брать политический момент, то 41 или 42 человека из команды правительства Нижегородской области, во главе с губернатором, приезжали за меня болеть. То есть все правительство области видело мое фиаско. А так, кем бы я ни стал, буду вести себя так, как веду. Если это будет кому-то не угождать, то я политиком не буду. Я всегда говорю то, что считаю нужным. Не в плане оскорблений, конечно. Просто у меня есть своя точка зрения, свое видение, и я все прямо говорю. Если это будет как-то мешать моей политической деятельности, значит, нам не по пути с этой деятельностью.

— Вы дрались в Москве, но на подготовку улетели за 9 тысяч километров от города, сменив часовой пояс и потратив гораздо больше моральных и финансовых ресурсов, чем могли бы, не отправившись в США. Можете сейчас сказать, что довольны таким решением?
— Да, финансовых ресурсов много ушло… Да нет, я был доволен, спарринговал с сильными ребятами, прошел отличную подготовку в крутом зале. Мне все понравилось. Единственное, чего не хватило, так это индивидуальной работы. Я ходил там в общие группы, работал над техникой, делал то, что мне давали. Тренера же меня не знали досконально, чтобы понимать сильные стороны. Сейчас же я уделяю внимание не общим моментам, типа спарринговать и бороться до усрачки, а стараюсь исправить технические недоработки и физически грамотно подойти, чтобы четко понимать в бою, что нужно делать.
А вообще, знаешь. Вот, доволен, не доволен. По приезде в Америку, я вел различные вебинары. И одной из тем была психология успеха. Я много рассказывал ребятам про спорт. Они спрашивали: «Я проиграл. Что мне делать?» А я отвечал, что не нужно расстраиваться. Это просто у нас в стране есть дебильная тенденция, когда проигравшего начинают гнобить и списывать со счетов. Яркий пример — Федор Емельяненко. Когда он проигрывает, у всей страны начинается траур. Это бред. Человек — профессионал. Он выходит драться. Это спорт и бизнес, не более. Он же не защищает родину от врага или что-то вроде того. Я это всем объясняю. У меня такая политика: я проиграл, значит, сделал плохо свою работу. Что теперь, обосраться?

— Во сколько вам обошлись сборы в Майами?
— Поездка вышла в полтора миллиона рублей. Вместе с машиной, шмотками, арендами и прочим. Денег много ушло. В США круто, но очень дорого. У меня же еще двое детей, супруга. Мы 2-3 раза в неделю ходили в магазин за продуктами. Уходило по 300 баксов где-то. Считай, 20 косарей отдавали чисто за продукты. Еще мы взяли большую «Тойоту». Не помню марку. Она жрала у меня почти на 50 баксов в день бензина. Мне же до зала нужно было добираться 50 км в одну сторону, 50 км — в другую. Еще мы скатались в «Диснейленд». Там только за вход 50 косарей получилось. За всех. В два самых крутых парка. Тренировки в American Top Team — 300 баксов в неделю. А мы там пробыли полтора месяца. Короче, когда платишь баксами, вроде ничего такого. Потом переводишь все в рубли и понимаешь, что все стоит конских денег.

— То есть можно сказать, что полтора месяца сборов в США стоят почти столько же, сколько однушка в Нижнем Новгороде?
— Практически. Где-нибудь на Автозаводе. Чтобы ты понимал, это самый неблагополучный район, где, наверное, одни из самых дешевых квартир.

— Вы проиграли бой и провели в клетке две с половиной минуты. Получилось ли этим отбить сборы в полтора миллиона рублей?
— Благо, у меня есть товарищи… Не могу назвать их спонсорами. Это и наш губернатор Глеб Никитин, и еще некоторые состоятельные люди Нижнего Новгорода, которые мне помогают на протяжении карьеры. Хотя, конечно, и гонорар покрыл бы. Еще бы и на чай осталось. Даже без бонуса за победу.

— Большая часть бойцов старается как на время подготовки, так и на время боя отстраняться от своей семьи. У вас обратная ситуация. В частности, ваша супруга была с вами как на самом бою, так и сопровождала всю подготовку. Как это помогает?
— Мне просто комфортно так. Ты приезжаешь на бой, заселяешься в номер, проводишь как-то время, живешь обычной жизнью. Это же не значит, что ты приехал и надо теперь повеситься, ведь вот-вот бой. Приехали и живем, как жили. У меня был опыт, когда готовился и ездил без семьи. Не очень понравилось. Мне нравится, когда они со мной. Сочи, Москва, Майами — не имеет значения. Все рядом, но все занимаются своими делами. Сейчас, например, с нами еще теща прилетела. У меня создаются условия для тренировочного процесса, а они живут своей жизнью. Все по кайфу.

— Кто находился в вашем углу во время боя против Маги?
— Ваня Пенько, боец из Нижнего Новгорода, чемпион мира по тайскому боксу. Мы с ним готовились, тренировались, кроссы бегали, качались и спарринговали. Я его больше 10 лет знаю. Еще с тех пор, как сам переехал в Нижний. Он мне помогал, находился в углу. Витя Данишевский был.

— Менеджер?
— Да. Но он не просто менеджер. Он один из тех менеджеров, которые реально в теме. И он знает меня. Знает, что получается, что не получается. Всегда дает дельные советы, потому что хорошо видит картину боя. Еще он ведет меня по времени раунда.

— И был еще третий человек. С флагом.
— Это мой друг и друг нашего губернатора. Представитель нижегородской политической элиты. Мы с ним давно общаемся, даже спарринговали как-то. И он, так скажем, фанатеет от боев. Хотел очень выйти в углу, почувствовать атмосферу. Пусть не очень долго, но почувствовал.

— У вас есть четкое понимание, что каждый из них троих вам бы смог подсказать что-то действительно существенное в перерывах между раундами, если бы они были?
— В принципе, да. Витя мне и так говорил, что не надо идти вперед, бросаться, не надо сближаться. Я слышал его советы, и они были правильные, но почему-то не получалось перестроиться. А так, я же говорю, у меня нет постоянного тренера, но я в поисках. Были те, с кем нравилось работать, но я не чувствовал прогресса. Идеального тренера пока не нашел. Я много тренировался в Сибири, там был Василий Смыков, который и сделал из меня бойца. Но я в Сибири уже давно не был. Но, наверное, есть и плюс, когда ты в поиске. Не застаиваешься. Только в поиске можно прогрессировать. Но где-то ты и проигрываешь из-за этого. Но проигрывать можно и с одним и тем же тренером. Таких примеров масса. Нет четкого образца, как должно быть. Я постоянно ищу и ловлю от этого кураж.

— Помимо отсутствия тренера вы обозначили еще одну проблему. Весовая категория. Верно ли я понимаю, что 7 июня подеретесь уже в рамках полусреднего веса (до 77 кг)?
— Я же говорю, что всегда что-то ищу, что-то меняю. Вес будет действительно меньше, но промежуточный, а не полусредний. Подеремся в весе до 80 кг. Мой будущий соперник всегда выступал в 77 кг, но договорились на 80. Хотя я бы мог и в 77 подраться. Но он согласился, а я не стал настаивать. Все равно надо посмотреть, как будут уходить килограммы. Интересно, как я себя буду чувствовать в новой категории и как смогу совладать с соперником, который всегда дрался в полусреднем весе. Может, там скорость повыше, может, он выносливее. Но в то же время менее габаритен и физически силен. Мне интересно посмотреть. Когда предложили бой на 7 июня, я сразу попросил искать соперника на 77 кг.

— Некоторые бойцы проводят тестовые сгонки, чтобы посмотреть, как будет реагировать организм. Вы будете практиковать что-то подобное?
— Нет. Ну, смотри, допустим, я 84 кг сделал, даже не делая вес. Три раза в сауну зашел просто. А накануне вечером ел чизкейк и пил кофе. С утра проснулся с лишними двумя кг. Три раза зашел в сауну и перегонял еще граммов 500. Много лишнего, организм не подсушен. Не думаю, что согнать до 80 кг будет проблемно. Сейчас я вешу порядка 88-89 кг.

— Вы говорите о необходимости найти постоянного тренера. Не думали, что эта проблема могла бы решиться, если бы вы, возможно, стали частью какой-нибудь команды? «Архангел Михаил», «Рать», «Индастриалс» или что-то в этом духе.
— Предложения разные поступали, но мне надо понимать, что я от этого хочу получить. Будут ли там со мной работать так, как я хочу. У меня же есть свои критерии какие-то. Со мной не очень тяжело, но я не могу работать, если чувствую, что не прогрессирую, и мы занимаемся ерундой. У меня нет желания залететь в какую-нибудь команду, лишь бы залезть.

— Раз уж речь зашла о командах. Есть капитан одной очень известной в России команды, с которым у вас было два боя и который после вашего поединка с Исмаиловым довольно критично прошелся по вам, отметив, что не имеет в виду ничего плохого. Я говорю про Александра Шлеменко. Как восприняли его слова?
— Я видел это интервью. В принципе, он имеет право на свою точку зрения, и у него свое восприятие тренировочного процесса, карьеры. Он тренируется в Омске, у него есть команда, ему это нравится. Я делаю иначе, но и он проигрывал несколько боев, и со мной такое случалось. Говорю к тому, что не существует четкого рецепта, как должно быть. Я же записывал в своем инстаграме видео по мотивам слов Александра. Он вроде как желает мне добра, но как будто и злорадствует. Мне не очень понравилось, что он сказал, мол, я исчерпал себя как боец. Он же тоже проигрывал, но у меня и в мыслях не было сказать, что он больше не сможет вернуться. Хоть он и старше меня года на 3-4. В этом плане у меня еще есть возрастной запас.

— В одном из последних интервью Александр говорил, что был бы не против потренироваться вместе с вами, если бы вы поменяли свое отношение, например, к алкоголю. Вам бы могло быть это интересно?
— А как я отношусь к алкоголю?

— Видимо, нейтрально.
— У меня просто нет таких резких табу, как у Саши. Помнишь фразу про то, что лучше быть нормальным человеком, ругающимся матом, чем воспитанной мразью? Так и тут. Лучше быть нормальным человеком, иногда бухающим, чем конченным. Я сейчас не про Сашу говорю, а в целом. Много же людей, которые не пьют и не курят, но при этом являются ублюдками. Нехорошими людьми, которые несут только плохие эмоции и негатив окружающим людям. Мое отношение к алкоголю такое: если выбирать между бухать или не бухать, то надо выбирать «не бухать». Если у людей нет чувства меры и это может стать проблемой, лучше не пить. Но если человек может выпить бокал вина вечером, а после этого продолжать заниматься обычной деятельностью, не терять себя никак, то почему бы и нет.

— В общем, по этому показателю вы проходите в «Шторм»?
— По ходу.

— А теперь вернемся к первой части вопроса. Вам бы это могло быть интересно?
— А почему нет? Если не сборы, то просто потренироваться. Конечно, я не могу сказать, что сейчас все бросаю и вылетаю из Сочи в Омск первым же рейсом. Но не исключаю, что когда-нибудь мы потренируемся с Александром. У меня к нему нет негативных эмоций. И те бои, которые между нами были, мне пошли на пользу. Надеюсь, ему тоже.

— Очень популярный вопрос в вашем инстаграме. Следующий бой вы проводите в М-1. Это значит, что с ACA все закончилось?
— Нет. А вообще, насколько я знаю, там не совсем М-1. Речь о двух организациях, одна из которых М-1. Вообще, если честно, когда я подписывал контракт, даже не знал, что там М-1 замешан. В ACA мне разрешили подраться, так как с ними у нас еще остался по контракту один бой, который я должен провести в сентябре–октябре. Логично, что они мне не могут организовать немедленно еще поединок, так как я только что дрался. А мне это нужно, ведь я столько готовился, но ничего не показал. Хочется выплеснуть то, что не смог выплеснуть с Магой.

— Когда вы подписывали контракт, то не знали, что одним из организаторов выступает М-1. Получается, в ACA тоже не в курсе?
— Уже в курсе, наверное. Мне без разницы. Моя задача — подраться. Надеюсь, это не станет причиной какой-то вражды между ними.

— Не может случиться так, что кто-то из ACA позвонит вам или в М-1 и скажет, что запрещает проводить бой?
— Если бы такая вероятность была, то случилось бы это раньше, думаю.

— Правда, что изначально вы должны были драться с чемпионом М-1 в среднем весе Бруно Сильвой?
— Да, такое предложение поступило, но с тем условием, что я выиграю Магу. С Бруно, конечно, было бы интереснее. Единственное, теперь он не попадает в мою весовую категорию.

— Получается, у вас был шанс стать чемпионом М-1, будучи бойцом ACA?
— Да, как-то странно могло выйти. Видишь, сама судьба отвела от этого. Мага сделал так, чтобы никакого конфликта не произошло, и даже обсуждать бой с Сильвой не пришлось.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене