Ярослав
Степанов

«С Хабибом дали по рукам». Расул Мирзаев — о конфликте с Нурмагомедовым, трэштоке и добре

Через два дня Мирзаев дерется в Москве.

Бокс и ММА
7 ноября 2018, Среда, 23:20
РИА Новости

Расул Мирзаев не дрался два года, перешел из Fight Nights Global в ACB и должен дебютировать в новой для себя организации 10 ноября на турнире в Москве.

За пять дней до боя Мирзаев рассказывает корреспонденту Sport24 Ярославу Степанову, в какой весовой категории он планирует выступать, оценивает трэшток российский бойцов, рассказывает, чем закончилась их история с Хабибом Нурмагомедовым и вспоминает, что когда-то давно Fight Nights пробовали организовать ему бой с Конором Макгрегором.

— Еще месяц назад вы говорили, что легко уложитесь в лимит 66 кг. Именно по этой причине мы можем сидеть с вами за 5 дней до боя и записывать это интервью?
— Да, вес уходит легко. У меня уже позавчера оставалось всего 5,5 кг. Я понимаю, что технически не уступлю, но уступлю в габаритах сопернику в полулегком дивизионе. Не хочу в дальнейшем рисковать. Буду пробоваться в категории до 61 кг после. Допустим, по самбо я без проблем делаю 62 кг. Думаю, и в ММА смогу уложиться в 61,7 кг.

— Если мы обратимся к официальному рейтингу легчайшего дивизиона, то там следующий расклад: чемпион — Рустам Керимов, первый номер — Магомед Магомедов, далее идет Олег Борисов. Первые два — ваши земляки, Олег — друг. Означает ли это то, что с ними подраться не получится?
— Действительно, у меня нет желания драться со своими. Тем более, в ростере ACB много хороших бойцов из других стран. Олег, конечно, точно отпадает. Но, думаю, время покажет. Сейчас не хочется говорить громких слов. Начнем, а там будет видно.

— Вы подписали контракт с ACB восемь месяцев назад, но пока не провели ни одного боя. Это напрягает?
— Нет. Я хотел выступить на майском турнире в «Олимпийском», но из-за травмы не вышло. Рад, что выступлю на самом зачетном турнире 2018-го. Все идет так, как и должно идти. Впереди паровоза бежать не стоит.

— Летом у промоушена начались определенные проблемы, отменился ряд турниров. Вы переживали из-за этого?
— Без проблем ничего не бывает. Когда я находился в Fight Nights, знал, какие там существовали проблемы. Без этого никак. Нужно просто подождать, и трудности закончатся. Рано или поздно. Не переживал, потому что общался с другими бойцами и слышал, что все нормально. Просто небольшая неувязка.

— Когда вы узнали, что Арман Оспанов вынужден сняться с боя?
— Где-то за месяц до поединка. Хочу пожелать ему здоровья и дальнейших успехов. Он хороший боец. Если нам суждено встретиться, то это произойдет. В нашем виде спорта от травм никто не застрахован. Когда мне об этом сообщили, я внутри пожелал ему всего наилучшего и просто ждал, что поменяют оппонента.

— В России постепенно учатся раскручивать бои. Последние примеры: Нагибин — Караханян и Исмаилов — Минеев. У вас с Оспановым есть определенная история взаимоотношений. Как думаете, случилось бы что-то подобное между вами?
— Не думаю. Мы адекватные люди. А тогдашняя история была интересна, в первую очередь, промоушену, который сообщил о поединке, но не поставил меня в известность. Я не люблю кусаться. Это же спорт. А трешток, который последнее время активно используют, — это проявление неуважения к сопернику. Мы занимаемся спортом и должны показывать публике, что друг к другу относимся с уважением. Могут быть какие-то личные моменты до боя, но на людях в это все играть не хочется. Мне есть чем заниматься. Семья, люди, которые мне пишут и ждут возвращения в клетку. Хочу, чтобы спорт шел параллельно с добром, а не с трештокингом.

— Ваше отношение к ситуации между Караханяном и Нагибиным?
— Мы все понимаем, что Нагибин неудачно пошутил — и понеслось. Караханяна я не знаю. Знаю только, что у нас еще давно должен был состояться бой в Bellator. Думаю, Георгий не специально так сделал, в общем.

— Давайте вернемся к событиям мая. Ходит много различных слухов относительно причин вашей травмы. Расскажите, как все было.
— У меня была гематома паховой связки. Врачи сказали, лучше не рисковать. Даже когда я просто пропускал проход в ноги, падал от боли и ничего не мог сделать. Решил, что лучше сняться. А все остальные разговоры — это просто разговоры. Я знаю, как все было. Знают мои тренера, знают мои спарринг-партнеры.

— Еще тогда, в одном из своих постов в инстаграме, вы затронули тему конфликта с Хабибом.
— Просто два мужика встретились, пообщались, дали по рукам и разошлись. А прочие домыслы пошли из-за публики, которой нужен хайп, которой нужно создавать негативную атмосферу между бойцами. В чем суть конфликта? Были претензии у обеих сторон. Мы просто поговорили, дали по рукам и условились, что больше не будем комментировать друг друга.

— Летом в Москву прилетали Конор Макгрегор и Артем Лобов. Они еще записывали вам видео обращение. Получилось встретиться?
— Нет. Мне просто пришло в вотс ап сообщение, я увидел и выставил. Ничего такого. Просто было приятно. Мы с Артемом общаемся, находимся в нормальных отношениях.

— Обсуждали с Лобовым события, произошедшие на турнире UFC 229?
— Нет, стараюсь это не обсуждать. Меня там не было, мои чувства не затрагивали. У каждого своя правда. Меня же это не касается, я занимаюсь своей жизнью, не люблю в чужом огороде лазить.

— В 2016-м году в одном из интервью вы говорили о возможности вашего боя против Конора. Это было реально осуществить?
— Была возможность. Fight Nights ему сделали предложение, понимая, что у него имелись определенные проблемы с UFC. Но ничего личного у меня к этому человеку нет. Кто тогда не хотел подраться с Конором? Все хотели. Почему бы не попытаться. Еще тогда разговор был о бое с Лобовым. Переговоры шли не один раз. В итоге мы подружились. Насколько я понял, UFC его не отпустили.

— После того, как вы стали общаться с Лобовым и другими людьми из окружения Макгрегора, ваше отношение к Конору поменялось?
— На самом деле, считаю, мы все обязаны Конору. Благодаря нему наш вид спорта узнали, бойцы начали зарабатывать нормальные деньги. Он вывел индустрию на новый уровень. Теперь бойцы могут строить жизнь, зарабатывая хорошие деньги. Он взорвал все, а все подхватывают и раскачивают.

Но если честно, когда ты зарабатываешь большие деньги, у тебя появляются и большие проблемы. Ты должен понимать, что есть сумма, которая тебе по жизни поможет. Я вот не бегу за миллионами. А если люди раскачивают всякие темы, я не вижу в этом сильного интереса. В плане того, чтобы заработать деньги, поливая человека грязью. Со временем понял, что этого не стоит делать, потому что человеческое уважение важнее. Мы должны показывать, что спорт — это дорога добра. Мне просто хочется выходить драться, показывать хороший бой, а после жать сопернику руку.

— А в 2016-м вы стали автором фразы «Накажу Конора за слова».
— Это молодость. Сейчас чуть повзрослел.

— Формат трештокинга, который использовали Минеев и Исмаилов, это более приемлемо, чем-то, что делают Караханян и Нагибин? Имею в виду, менее жестко?
— Как понять «жестко»?

— Ну, Георгий говорит очень громкие слова. И звучат они жестко.
— На самом деле, он серьезно взорвал всех своим трештоком. Но звучит жестко, согласен. Думаю, они покажут хороший бой. Я хотел бы, чтобы они выяснили отношения в клетке, после боя пожали руки и дали понять, что это спорт. Ничего личного тут быть не должно. В этом мире мало добра. Нужно стараться показывать его публике. Я смотрю на это сейчас так. Со своим опытом и жизненными моментами.

— И давайте вернемся к Минееву и Исмаилову.
— У них вопрос не закрыт. В спортивном плане. На самом деле, Мага кусался, но не сильно. Он больше по юморной части начинал эту тему и не позволял себе ничего плохого, обзывая человека трусом и так далее. Но вернусь к тому, что нужно показывать добро. Мы живем в стране, в которой и так хватает ненависти друг к другу. Тем более, один славянин, другой — дагестанец. И Минеев готовился в Дагестане, между ними должно быть более уважительное отношение. Мы не Америка, мы — Россия. У нас большая часть населения делится на христиан и мусульман. Когда человек говорит, что он мусульманин, он должен приносить добро в эту жизнь, а не показывать, что ислам — злая религия. Она добрая. А у нас еще и спорт, который всегда отличался тем, что спортсмены друг друга уважают.

— Но ведь нужно как-то продавать бои.
— Можно просто показывать хорошие бои, и публике это будет интересно. А то, что вы сейчас заведете друг друга, польете грязью… Что люди подумают? Начнутся столкновения между фанатами, в инстаграме все друг друга съедят. Это приводит к ненависти.

— И тем не менее, вы же отдаете должное Конору за то, что он раскачал ММА.
— Он раскачал в своем менталитете. У них отношение другое к словам. Мы этого не понимаем. Я вот с детства на все это иначе смотрел. Кавказец, кавказец… Это тот, кто должен нести добро. Знаю, что многие, когда я такое говорю, будут факты из моей жизни обращать против меня, потому что были моменты, за которые обо мне думают, будто я отморозок. Но я живу своей жизнью сейчас, ни к кому не лезу. Иду к цели, добиваюсь чего-то, ни у кого ничего не отбираю. Потому что со временем понимаешь, что необходимо быть добрым человеком и приносить добро в эту жизнь. У нас не умеют все это раскачивать. Да еще и христианин против мусульманина. И к чему это приведет? Это демонстрация ненависти и жестокости.

— Не обязательно же об этом думать, как о противостоянии религий. Есть просто два человека, которые скоро подерутся. Не имеет значения ни их нация, ни цвет кожи, ни вероисповедание.
— Но не все это понимают. Каждый воспринимает по-своему. По-своему в голове крутит и по-своему преподносит. Я не вижу смысла в нашей стране это устраивать, потому что не поймут. Публика, которая все это видит, что она думает? Что это нормально? У нас другой менталитет. Мы иначе воспитаны. Спорт — это больше добро, чем зло, трешток и тому подобное.