Футбол
17 апреля 2019, Среда, 15:16

«Назвали китайцем и кричали, что убьют». Пак рассказал, как его избивала компания Кокорина и Мамаева

РИА Новости

Сегодня, 17 апреля, в Пресненском суде Москвы проходит очередное заседание по делу нападающего «Зенита» Александра Кокорина и полузащитника «Краснодара» Павла Мамаева, которые с октября 2018 года находятся под стражей в СИЗО «Бутырка». В настоящее время проходит допрос главы департамента Минпромторга Дениса Пака, пострадавшего от компании Кокорина и Мамаева в «Кофемании».

— Около 8:55 я приехал на рабочую встречу с коллегами в кафе. Во встрече должен был принимать участие Гайсин. Мне предоставили стол на троих. Напротив увидел шумную компанию из 10 человек. Она в утреннее время по внешним признакам находилась в состоянии опьянения, распивала алкоголь и вела себя очень шумно, нарушала общие нормы поведения и проявляла неуважение к обществу.

Кафе было полное, там были и мужчины, и женщины. Одна даже была в положении. Одна из девушек села на колени к человеку, А. Кокорину, они начали целоваться. Это выглядело неприятно. Были и другие посетители. Это место было видно и с других точек. Рядом также находился неизвестный мне посетитель.

В таких обстоятельствах, когда компания ведет себя вызывающе, я понял, что мы не сможем работать. Попросил пересадить меня за другой стол, но из-за загрузки кафе это не было осуществлено. Я открыл ноутбук и решил поработать в ожидании коллег с документами. Через какое-то время я услышал выкрики Gangnam Style, на которые не обращал внимания, поскольку не предполагал, что это обращено ко мне. Затем услышал фразу про ноутбук и понял, что, возможно, компания обращается ко мне. Я азиатской внешности, а песня комического корейского певца. Выкрики были в издевательском тоне. Решил, что моя внешность их не устраивает.

— Кто-то сидел еще в ноутбуке?
— Не помню.

— Кто именно произнес фразу?
— Не знаю, я пытался абстрагироваться. Фразы были произнесены мужскими голосами. Я спросил, ко мне ли обращения. Действиями они подтвердили, что да. В корректной форме сделал замечание, так как они ведут себя по-хамски. Ко мне подошли двое. Кирилл начал нецензурно выражаться. Александр взял стул у столика рядом и, целясь в голову, пока я сидел, и желая нанести максимальный вред (Кокорин цокает в этот момент) нанес удар в область головы. Я подставил руку, поэтому удар пришелся как по руке, так и по голове. Кирилл начал наносить удары. Это нападение, избиение длилось несколько минут. Подошли посетители и сотрудники кафе, постарались утихомирить. Действия сопровождались нецензурными выражениями. Меня назвали китайцем и говорили, что я должен ехать в свой Китай и делать там замечания. Это было крайне неприятно. Я прекрасно понимал, что передо мной несколько молодых и спортивных ребят. Я один, их пять, они настроены агрессивно.

— Вы в тот момент испытывали угрозу?
— Конечно. Я видел и понимал, что Александр целится в голову, тем самым он высказывает желание нанести вред моей жизни. Я оценивал угрозу как реальную. Кто-то из компании выкрикивал, что мы тебя убьем. Кричали, что мне повезло, что мы вообще остались живы.

— Сказали, что вы вызывали агрессию в их адрес. Она от вас исходила?
— Нет. Абсолютно.

— Вы оскорбления употребляли?
— Нет.

— А замечания?
— Сказал, что ведут себя как хамло. Через несколько минут подошел Гайсин.

— В тот момент, когда Кокорины наносили удары, что делали остальные?
— Александру было весело. Он веселился и смеялся. Его эта ситуация забавляла. В целом, вся компания была в приподнятом настроении. Как подошел Гайсин, он пытался оттеснить людей, которые на меня напали. Я заметил, что один из подсудимых — Мамаев — нанес удары (количество не могу назвать, но не менее одного) ему в лицо. Он не проявлял агрессии, просто пытался успокоить. Протасовицкий схватил его за шею и провел удушающий прием (показывает объятия). Все выражались нецензурно, были настроены агрессивно.

— Вчера мы смотрели видео. В момент, когда пришел Гайсин, Александр вам удары наносил?
— Насколько я помню, да. Что я могу отметить, когда компания покидала заведение, Кирилл повернулся ко мне и опять сказал нецензурно про китайца. Никакой градус агрессии с их стороны на протяжении инцидента снижен не был. Звучало в СМИ, что было примирение, но его не было. Наверное, в этом случае компания не вела бы себя так агрессивно, уходя. Мы понимали, что сила на их стороне и они готовы снова ей воспользоваться. Я попросил сотрудников кафе вызвать полицию. Через некоторое время они прибыли и предложили проследовать в Пресненское ОВД, где я написал заявление о нападении. После этого я обратился за медицинской помощью в клинику, где мне поставили диагноз: закрытая ЧМТ и сотрясение, а так же скол и повреждение передних зубов.

— Если суд признает подсудимых виновными, вы можете высказаться о наказании. На чем будете настаивать?
— Оставлю решение на усмотрение суда.

— Будете подавать иск?
— Понимаю, что есть право, но пока не собираюсь обращаться с соответствующим иском.

— Вы сказали, что в отношении вас звучали оскорбления. Чем именно вас оскорбляли?
— Я об этом уже говорил. Были высказывания в отношении моей национальности. Это происходило в издевательском тоне. Через некоторое время сопровождалось нецензурной бранью.

— Китаец — это оскорбление?
— Если это сопровождается нецензурной бранью, то, думаю, да.

Шестой день слушаний по делу Кокорина и Мамаева. Допрашивают потерпевшего Пака. LIVE!