logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«В Торонто дико скупали туалетную бумагу». Куракова о панике в Канаде, онлайн-занятиях с Орсером и Медведевой

Двукратная чемпионка Польши вернулась в Россию из-за эпидемии.

Фигурное катание
22 апреля 2020, Среда, 16:35
РИА Новости

Двукратная чемпионка Польши Екатерина Куракова вместе с Евгенией Медведевой и Юдзуру Ханю тренируется в Торонто у Брайана Орсера. Начавшуюся эпидемию коронавируса фигуристка встертила в Канаде, где вместе с мамой провела первые недели карантина.

В интервью корреспонденту Sport24 Константину Лесику Катя рассказала о возвращении в Россию, панике канадцев и онлайн-тренировках в «крикет-клабе».

— Катя, где ты сейчас?
— 30-го марта прилетела в Россию. Карантин, когда ты две недели должен быть дома, я уже отсидела. Нахожусь на даче в Подмосковье, тут гораздо больше пространства. У меня есть возможность бегать, заниматься. Три раза в неделю я занимаюсь сама, три раза в неделю у меня занятия с Брайаном и нашим тренером по вращениям Пэйдж. Также у меня появилось больше времени для учебы, подготовки к ЕГЭ и саморазвития. Вяжу, собираю мозаику, рисую, читаю. Карантин, я думаю, в каком-то смысле идет мне на пользу, но, естественно, я очень скучаю по фигурному катанию, хочется поменять кроссовки на коньки и покататься.

— Как поддерживаешь сейчас форму?
— Очень много прыгаю вне льда. В прошлом году не каталась пять недель: две из них была на море, одну неделю у меня были экзамены и еще две недели были сборы безо льда. Знаю, что если чувствую прыжки на полу, то на льду у меня проблем не будет. Тогда я вышла и в первый же день сделала все тройные и каскады три-три, хотя пять недель не стояла на коньках.

Стараюсь ходить на коньках по дому, чтобы ноги не забывали и ботинки заново растягивать не пришлось. Прыгаю. Конечно же, не на асфальте — либо на земле, либо на паркете, чтобы суставы не стирать. Пока что хорошо чувствую прыжки, и до сих пор у меня есть уверенность, что я выйду, и все получится. Но присутствует и некий страх. Даже сны снятся, что приходится учить все заново. У меня так всегда: если я чего-то боюсь, то мне это начинает сниться в кошмарах. Когда мы с Брайаном занимаемся, тоже прыгаем и тройной аксель, и четверные на полу, чтобы крутка была, толчок. Чтобы просто не забывать вот это ощущение прыжка. Плюс ко всему — растяжка.

— Как проходят занятия с Брайаном три раза в неделю?
— Есть программа Zoom, где мы создаем конференцию. Подключаются Брайан, Пэйдж и ученики, их всегда разное количество. Мы разминаемся, прыгаем, а в конце вместе с Пэйдж стоим в разных позициях: ласточки, пистолетики. Пробуем новые позиции вне льда.

Работа все равно ведется очень хорошая. Сначала я относилась к этому немного скептически, потому что не понимала, как можно так заниматься. Брайану хочется выразить респект, потому что может быть и пятнадцать человек на уроке, но он за всеми успевает следить. Всех посмотрит, скажет замечания. Он огромный молодец.

— И связь это все выдерживает?
— Да.

— Насколько отличается домашняя прыжковая тренировка от ледовой?
— На полу я не умею и никогда не умела прыгать тройные флип, лутц и риттбергер. Только двойные. Когда я была маленькой, мне Наталья Петровна Дубинская сказала: «Чтобы никогда, никогда в жизни я этого больше не видела». Потому что я тогда очень сильно упала с тройного. Она сказала, чтобы я прыгала хорошие двойные, но с сильным толчком. Потом я запрыгала тройные на льду, пришла к Инне Германовне Гончаренко и сказала, что на полу из тройных могу делать только сальхов и тулуп. Еще тройной аксель, четверной тулуп. Но тройной лутц и флип нет. Она мне сказала, что ничего страшного, и главное, чтобы я на льду их делала.

— Давай вспомним тот момент, когда впервые стало известно, что чемпионат мира отменили. Какая у тебя была реакция?
— Пожалуй, это был шок, потому что я этого не ожидала. Все разговоры за 5-6 дней до отмены были для меня просто разговорами. Была полностью уверена, что еду в Монреаль.

Мы узнали об отмене, кажется, в четверг, а в среду я еще катала два целиковых проката, и мы с Брайаном ставили цели на Монреаль. Когда я узнала, весь мир немного рухнул. Это было настолько неожиданно… В душе у меня была такая уверенность, что я еду, что я буду хорошо катать, я для этого тренируюсь и держу себя в форме. Просто не ожидала и до последнего верила, что мы поедем.

Расстроилась, так как это должен был быть мой первый чемпионат мира. С другой стороны, я была очень рада, что до всего этого ужаса я успела съездить на юниорский чемпионат мира и выступить там достойно. Это была достаточно хорошая точка в конце сезона. Так что были и хорошие моменты, все-таки сезон я провела достаточно успешно. Показала себя с хорошей стороны, мне кажется. Но, конечно, было расстройство из-за того, что чемпионат мира не состоялся.

— Ваш каток закрыли не сразу. Чем вы занимались, когда стало известно, что чемпионат мира отменили?
— Мы пришли на каток, и на первой же тренировке я начала отрабатывать тройной аксель. Я еще никогда не чувствовала в себе такой уверенности, когда заходила на него. Мы катались еще два-три, максимум пять дней. И почти каждую тренировку я начинала с тройного акселя. У меня была цель, что я его сделаю, доработаю, чтобы в следующем сезоне уже выйти с усложненными программами. Начали думать о новых программах, об образах. Брайан нам сказал, что главное — это здоровье, и нам надо его беречь. Чемпионатов мира в нашей жизни будет еще, мы надеемся, много, а здоровье одно.

Сначала еще были разговоры о том, что ЧМ перенесут на осень, так что мы не стали расслабляться. Мы вышли, и Брайан пытался немного приподнять нам всем настроение.

— Тройной аксель получался?
— Не то чтобы смогла сделать, но были очень хорошие попытки. Я была так уверена в себе, потому что почувствовала какую-то невероятную легкость. Мне хотелось буквально немного доработать и уже отрабатывать стабильность. Оно было настолько близко, что я уже подумала: «Да, да, да!» Но, к сожалению, судьба распорядилась немного иначе.

— Ты немного сказала о новых программах. Расскажи, насколько глубоко успела с ними поработать? Выбрали музыку?
— Нет, только начали слушать разные куски, просто обсуждали, какие образы мне могут подойти, какие у кого идеи. Но пока не определились.

Нас сначала закрыли на неделю, потом на две, и мы подумали: «Вау, две недели не кататься, надо каждый день заниматься ОФП, но ничего страшного, продержимся». А потом мы поняли, что каток не откроют ни через две недели, ни через три, ни через месяц.

— Как складывалась твоя жизнь, когда ты перестала ходить на каток, но жила в Торонто?
— В этот момент я была с мамой. Мы вместе прилетели из Эстонии, чтобы она была рядом со мной на чемпионате мира. Мама была готова помочь в любой момент, проводила дезинфекцию в нашей квартире, очень много убиралась, следила за мной, чтобы я ходила в перчатках и маске.

Для меня в Канаде достаточно скучно, когда нет катка. У меня есть друзья, но я не тот человек, тусовки — это не мое. Единственное что, мы с Женей Медведевой очень хорошо подружились, друг друга поддерживали, иногда в гости друг к другу ездили, играли в настольные игры.

Но мы продолжали заниматься: по утрам я ходила бегать, днем у меня были репетиторы, а потом я ходила прыгать и делать закачку. Если вечером были силы, то встречались с Женей. Иногда мозаику собирали с мамой.

— Что скажешь об обстановке в городе?
— В Торонто можно было спокойно гулять. Начиналось все с того, что в магазинах начертили линии, чтобы между покупателями было расстояние более полутора метров. Потом ввели ограничение на то, что в магазине не может быть больше двадцати человек. Стоял охранник и следил за тем, чтобы одни выходили, а другие заходили. В магазинах все было очень строго. Потом уже около касс поставили большие щиты, чтобы люди вообще не контактировали. Потом в кофейнях убрали все стулья и столы. Можно было зайти, что-нибудь взять и сразу уйти. Потом запретили платить наличными, только картой. Когда я улетала, на улицу можно было выходить либо на прогулку с собакой, либо в магазин. Если ты просто так гуляешь, то тебя могла полиция поймать. Тогда мы поняли, что все плохо.

Вскоре объявили, что Канада в ближайшее время закроет границы. Нам даже позвонили из российского посольства и настоятельно посоветовали вернуться на родину, сказали, что мы можем там застрять на полгода-год. Конечно же, в такой тяжелой ситуации лучше быть с семьей и поддерживать друг друга, а если кто-то заболеет, то лечить.

— Расскажи про перелет из Канады. Это был гуманитарный рейс или обычный?
— Обычный. Гуманитарный нам предлагали в Польшу. У меня было два варианта: Россия и Польша. Так как семья у меня в России, мы приняли решение лететь сюда, пусть и за большую сумму. Первый раз, когда я была в аэропорту в Канаде, вокруг вообще не было людей. Мы и буквально три-четыре человека. В самолете на ряду был либо один человек, либо никого. Он летел практически пустым.

Сначала добрались до Лондона, там должна была быть пересадка два часа, но в итоге она была десять часов, потому что все рейсы, на которых люди летели через Лондон в Россию, собирали вместе. И только потом мы прилетели в Москву. Там в самолет сразу зашли два человека с тепловизорами, которые измеряли температуру. После паспортного контроля мы заполняли бумаги о том, где будем проводить карантин, собираемся ли мы куда-либо улетать в ближайшие пятнадцать дней.

— Можешь сравнить меры безопасности в Торонто и в Москве?
— В Москве в магазинах я не была, но спрашивала у друзей. Конечно, тут нет таких мер, как в Торонто. Например, в супермаркете может быть больше двадцати человек, потому что здесь безумное количество народа. Из аэропорта мы сразу поехали сюда, в Подмосковье, поэтому сравнить я не могу. Но, по крайней мере, я знаю, что вся моя семья если и выходит на улицу, то в перчатках и масках. Мы действительно заботимся как о нас самих, так и о людях, которые нас окружают. Это очень важно, потому что ты сам можешь быть переносчиком.

— Когда это все началось, ты сама сильно боялась заразиться? Как воспринимала это все?
— Нет. Сначала подумала, что это несерьезно, что люди моего возраста не болеют. В маске я ходила, но перчатки надевать не хотела, поэтому ходила в своих черных ледовых: мне казалось, что это очень модно. В общем, у меня вообще не было какого-то испуга. Не могла представить, что все так далеко зайдет.

В аэропорту уже чувствовала небольшой страх. В Лондоне с нами рядом сидели китайцы, и они вообще все были в костюмах, в очках, масках, перчатках, ботинках специальных. Тогда я поняла, что наши масочки — это ничто по сравнению с этим. Сейчас, конечно, мне немного страшно, потому что я вижу, как количество заболевших растет. Надеюсь, что все будет хорошо.

— В России скупали гречку, туалетную бумагу. У вас в Канаде такое было?
— В Торонто дико скупали только туалетную бумагу. Мы приходили, и ее не было, хорошо, что мама успела купить две пачки. Не знаю, что было с гречкой, потому что мы купили две пачки и больше не смотрели. Мы с мамой немного едим, нам этого более чем хватало.

— На катке обсуждали коронавирус?
— За день до того, как закрыли каток, мы с Брайаном после тренировки вместо того, чтобы дать друг другу «пять», как делаем это обычно, отбили локоточками. И я не знала, что эта шутка может превратиться в реальность.

Но особых мер предосторожности не было, потому что, когда нас закрывали, мы не так серьезно к этому относились. Хоть и отменили чемпионат мира, мы посчитали, что это для того, чтобы поддержать врачей, чтобы точно никто не заболел, чтобы все было хорошо, думали, что позже проведут чемпионат мира, пусть и осенью, но все будет в порядке. Никто не ожидал, что все будет так серьезно.

— Ты была готова выступать на чемпионате мира осенью?
— Да.

— А форма? Это не ломает подготовку? Два чемпионата в один год. Это реально?
— Учитывая то, что у меня должно было быть два чемпионата мира с разницей в неделю, то разница в полгода — это еще нормально. Я всегда за то, чтобы выступать. Даже если болею, плохо себя чувствую, все равно буду бороться. Но только тогда, когда ситуация не такая критическая, как сейчас. Это не только мое здоровье, это здоровье всех людей.

В Монреале должно было быть, кажется, двадцать тысяч зрителей. Конечно же, это большая опасность. Я считаю, что отмена — это правильно, потому что люди прилетают из разных стран. Неизвестно, кто может принести заразу. Это может пойти не только на спортсменов, но и на обычных зрителей.

Подписывайтесь на ютуб-канал Фигурка и смотрите самые интересные видео о фигурном катании