В повторный прокат вышел культовый «Олдбой»: 5 причин пересмотреть непредсказуемый триллер о мести
В 2004 году почтенная публика Каннского кинофестиваля была до глубины души потрясена дикой красотой и звериной жестокостью триллера «Олдбой». Южнокорейский режиссер Пак Чхан Ук безжалостно надругался над фестивальным репертуаром европейцев, показывая на большом экране поедание живых осьминогов и вырывание зубов под Вивальди. Пока одни зрители морщились и готовились скандалить, другие, включая председателя жюри Квентина Тарантино, призывали присудить картине главную награду.
Золотую пальмовую ветвь тогда получил документальный фильм «Фаренгейт 9/11» о возможной связи Джорджа Буша-младшего с терактами 11 сентября. «Олдбой» заслужил Гран-при, вторую по значимости награду, а вместе с ней мгновенно стал культовым.
16 апреля отреставрированный «Олдбой» вышел в повторный прокат в России. Мы считаем, что это отличный повод вспомнить азиатский шедевр и, пока есть уникальная возможность, пересмотреть его на больших экранах. А если вы никогда не видели этот триллер, переворачивающий все представления о кино, то искреннее вам завидуем. Ловите пять причин испытать незабываемый зрительский опыт!
Причина № 1. Насладиться эталонным триллером о мести
«Олдбой» — экранизация одноименной японской манги Гарон Куси и Нобуаки Минэгиси, которая в руках Пак Чхан Ука обернулась мрачным психологическим триллером с оттенками трагедии, нео-нуара и сюрреализма. Режиссер взял за основу классический мотив возмездия, знакомый еще со времен «Графа Монте-Кристо», и превратил в болезненно и почти удушающее зрелище, которое невозможно забыть.
В центре сюжета — пьяница и скандалист О Дэ-су. После очередной попойки его внезапно похищают и помещают в странную тюрьму, напоминающую гостиничный номер из кубриковского «Сияния». Спустя 15 лет мужчину так же выбрасывают в красном чемодане в реальный мир без каких-либо объяснений. Оказавшись на свободе, он одержимо пытается выяснить, кто и зачем лишил его нормальной жизни, постепенно втягиваясь в пучину жесткой мести. Годы заключения стирают в О Дэ-су прежнюю личность. Его прошлое исчезает, уступая место навязчивой идее найти виновного. Эта одержимость постепенно разъедает его изнутри, превращая в того, кем он сам боялся стать. Ненависть вытесняет остальные чувства. Фильм в жесткой манере показывает, как стремление к расплате калечит не только жертву, но и всех, кто оказывается рядом.
Сценарий выстроен в виде изощренной головоломки: повествование сначала раскрывает последствия, постепенно подводя к их причинам. Детективная интрига, уникальные экшен-сцены и мощный сюжетный поворот соединяются в завораживающую историю, после которой хочется вопить от восторга и одновременно молча смотреть в стену. А повторный просмотр позволяет уловить тонкие детали, заранее рассыпанные по всей картине в качестве скрытых ответов.
Причина № 2. Вспомнить один из самых непредсказуемых сюжетных поворотов
За всю историю кинематографа от силы наберется пара десятков сюжетных твистов, способных сравниться по силе с финалом «Олдбоя». Развязка фильма бьет молотком под дых, прокручивает через эмоциональную мясорубку и выворачивает наизнанку — на просторах сети можно найти немало ярких описаний зрительского опыта.
В память вгрызается не только финал. Легендарная драка в коридоре, снятая одним дублем, стала новой точкой отсчета для боевой хореографии в кино и компьютерных играх. Здесь герой дерется на пределе возможностей: пропускает удары, выдыхается, ошибается, но продолжает сносить головы, ведомый яростью. Сильное впечатление производят и другие эпизоды: то самое поедание живого осьминога, сцена с вырыванием зубов под барочную музыку Антонио Вивальди, отрезание языка крупным планом.
Причина № 3. Восхититься актерской игрой
Описать в двух словах, и даже в двух абзацах, О Дэ-су невозможно — его нужно прочувствовать. В одной сцене он вызывает отвращение, в другой — сочувствие, а в следующей с ним становится страшно оставаться наедине даже через экран. Герой Чхве Мин-сика проживает крайние состояния: от безумия заключенного, вынужденного 15 лет смотреть одни и те же телевизионные передачи и есть только жареные пельмени, до выжженного изнутри отчаяния. Он стирает грань между реальностью и вымыслом: возникает чувство, что перед зрителем разворачивается чья-то личная исповедь.
Внешний образ О Дэ-су цепляет деталями — растрепанные волосы, стеклянный взгляд человека, годами лишенного нормальной жизни, звериный оскал. После освобождения из гостиничной тюрьмы герой предстает в темных очках, черном костюме с иголочки, белой рубашке с окровавленным воротником и блестящих туфлях. Этот визуальный код безжалостного киллера позднее перекочует в поп-культуру: его отголоски легко уловить, например, в эстетике Джона Уика или Хитмана.
Причина № 4. Погрузиться в визуальный гипноз
Киноязык Пак Чхан Ука действует как тревожный сон, из которого невозможно проснуться. Свет, тени и цветовые решения создают постоянное чувство дискомфорта. При этом каждый кадр — гипнотическая композиция, где красота переплетается с жестокостью, а киноведы до сих пор находят новые смыслы в визуальных и метафорических образах «Олдбоя».
Причина № 5. Заново влюбиться в корейское кино
Когда фильм показали в Каннах, он произвел впечатление далеко за пределами фестивальной аудитории и буквально встряхнул мировой кинематограф. С этого момента корейское кино перестало восприниматься нишевым и экзотическим. Во многом именно прорыв «Олдбоя» открыл дорогу легендарному детективу «Воспоминания об убийстве» и оскароносным «Паразитам», а также глобальным хитам вроде «Игры в кальмара». Да и сама «халлю», корейская волна, вряд ли захлестнула бы мировую поп-культуру с такой силой. Фильм Пак Чхан Ука стал спусковым крючком для азиатского бума.
После просмотра «Олдбоя» с головой затягивает в мир жестких и бескомпромиссных корейских триллеров. Стоит лишь приоткрыть этот ларец — и вернуться в привычную голливудскую зону комфорта уже непросто. Зарождается стойкое ощущение, что самое интересное кино только начинается.
