Только этого артиста в СССР боялась трогать цензура: вот почему
Не секрет, что цензура в СССР имела безграничные возможности. От нее страдали даже по-настоящему культовые артисты: например, Владимир Высоцкий, которого почти не упоминали в печати и делали все, чтобы его народная узнаваемость росла не такими стремительными темпами. Легендарный Гайдай тоже был вынужден подстраиваться под требования: куски из его фильмов комиссии вырезали регулярно. Уставший от этого режиссер был вынужден идти на хитрости: он нарочно добавлял в свои картины противоречивые моменты, чтобы цензоры обратили свое внимание на них и не кромсали его картину в других, важных для создателя эпизодах.
В борьбе с разного рода крамолой ответственные начальники лютовали и при съемках советских Голубых огоньков: знаковых новогодних передачах, традиция которых не прервалась даже с развалом СССР. По воспоминаниям многих артистов, зачастую из итоговой версии программы их вырезали, зачем-то предварительно позвав на съемки.
Широко известно, например, что в 1979-м вести Голубой огонек должен был вышеупомянутый Высоцкий. Это нестандартное назначение было связано с его невероятной популярностью: якобы зрители заваливали руководителей телевидения письмами с просьбами пригласить Высоцкого. В то время музыкант и поэт был на пике благодаря песне «Утренняя гимнастика». По легенде, позвать его решилась Эльвира Бенкендорф, работавшая под псевдонимом Эльвира Озерная. Высоцкий согласился, но лишь с тем условием, что вести программу с ним будет его жена Марина Влади.
Подготовка к съемкам очередного выпуска шла полным ходом. Высоцкий писал сценарий сам и был готов идти на уступки: например, он согласился не исполнять в песне «Утренняя гимнастика» куплет про коньяк и профессора Иоффе. Марина Влади должна была исполнить любую знаменитую песню советского композитора, которую она выберет сама. Но в какой-то момент свое веское слово сказал председатель Госкомитета по телевидению и радиовещанию Сергей Лапин. Назначенный на свой пост в 1970-м, он был известен как жуткий цензор, который мог себе позволить вырезать из уже отснятого Огонька незыблемого в те годы Иосифа Кобзона!
Лапин сдался под напором писем телезрителей и дал добро на кандидатуру Высоцкого, но резко поменял свое мнение после того, как увидел готовый сценарий: «Какой дурак это вам разрешил?!» — такой была реакция руководителя телевидения в СССР.
В 70-е из-за Лапина в итоговые выпуски Огонька не попало много талантливых и популярных артистов. Впоследствии стало известно, что в СССР был только один эстрадный исполнитель, перед которым робел Лапин. Это был невероятно популярный в те годы Магомаев:
«Вы понежнее с Муслимом, а то в следующий раз он к нам не придет», — якобы говорил про него беспощадный и всесильный функционер.
Ничего удивительного в этом нет. Ведь за исполнителя «Лучшего города земли» однажды хлопотал даже председатель КГБ Андропов: когда Магомаев угодил в опалу в результате возбуждения уголовного дела по причине того, что один из гонораров артиста не был согласован с Министерством культуры.
