«У нас зарплата в нервных срывах». Фандом Софьи Муравьевой: прийти в фигурку из-за Трусовой, а влюбиться в Соню
Быть профессиональным спортсменом непросто: многочасовые тренировки, диеты, режим, стресс на соревнованиях. В такие моменты крайне необходима поддержка близких людей, болельщиков. Причем для кого-то это становится чуть ли не второй работой — порой фанаты проникаются личностью настолько сильно, что начинают посвящать этому все свободное время.
Sport24 запускает цикл интервью с создателями главных фигурных фандомов в России. Первые на очереди — «Тим Муравьева».
— Расскажите немного о себе.
Валерия: Меня зовут Лера, мне 19. Сейчас нигде не учусь: перепоступаю, заново готовлюсь к ЕГЭ. Из увлечений, помимо фигурного катания, я бы назвала танцы.
Я КМС по художественной гимнастике, можно сказать, что полжизни отдала этому виду спорта. Когда закончила карьеру, занималась чирлидингом и акробатическим рок-н-роллом. Чем я только не занималась в этой жизни. Потом пришла в танцы, и вот уже почти шесть лет профессионально танцую: в какие-то периоды больше, в какие-то меньше, но продолжаю заниматься этим делом и любить его.
Хочу поступить в Питер на клинического психолога в СПБГУ. Но как получится, потому что нужны высокие баллы, а у меня очень маленький срок подготовки. Я начала готовиться только в январе. Предметы достаточно сложные: биология, профильная математика — и это вообще не мое. В первый раз я сдавала литературу и поступила на журналистику. Это для меня было проще и понятнее всего, но я поняла, что это не то, с чем хочу связать свою жизнь, проучилась пару месяцев и отчислилась. Хотелось бы поступить именно в СПБГУ, потому что там очень сильная кафедра клинической психологии. А так, хочу куда-нибудь просто поступить с неплохой кафедрой именно клинической психологии, а не обычной.
На журналиста поступала в Казани — это город, в котором я родилась и живу сейчас. В Питер приезжаю на соревнования.
Екатерина: Меня зовут Катя, мне 23 года. Сейчас живу в Санкт-Петербурге. Я окончила Высшую школу экономики по направлению «Бизнес-информатика», уже больше полутора лет работаю бизнес-аналитиком в IT-консалтинге.
В моей истории обучения тоже было перепоступление. Сначала я выбрала направление, связанное с языками и историей — зарубежное регионоведение. Но быстро поняла, что я больше человек-технарь. Мне было очень интересно учиться, я даже до сих пор думаю, что если найду время, то хотела бы получить второе высшее по истории — это очень интересное направление. Но именно работать в этом направлении мне не хочется.
Профессионального спорта в моей жизни не было. Помимо фигурного катания, я все детство смотрела биатлон и какое-то время просила родителей отдать меня стрелять по мишеням на лыжах. Я люблю кататься на горных лыжах, но это очень затратное увлечение, редко получается уделить этому больше, чем две недели в году.
Валерия: Я, к слову, еще фигурным катанием занималась любительски около двух с половиной лет — почти с того момента, как начала смотреть его. Мне очень сильно нравилось, но по определенным причинам пришлось прервать занятия. Так получилось, что до выступлений, о которых я мечтала, дело не дошло.
— Как начали следить за фигурным катанием?
Екатерина: У меня очень забавная история. В детстве с папой смотрела «Ледниковый период» — году в 2007–2008-м. Помню, как просила покрутить меня в поддержках. Мне очень нравилось смотреть на выступления в проекте, но в тот период до просмотра соревнований не дошло.
Я была на Олимпиаде в Сочи. Папа всегда хотел посмотреть на Плющенко, у нас даже были билеты на произвольную программу мужчин. Но Плющенко снялся, и мы не пошли. Уже когда во взрослом возрасте начала следить за фигуркой, осознала, какую большую потерю понесла. Моим родителям это не показалось интересным, ведь «Плющенко не будет — и ладно».
Потом я основательно начала следить уже перед Олимпиадой в Пекине, буквально за пару недель. Мне попадались видео нашей олимпийской тройки девочек. Женская одиночка в Пекине — первое соревнование, которое я посмотрела в своей жизни. На вопрос, почему я осталась, не могу найти ответ. По всем законам логики мне это не должно было понравиться. Это был очень разочаровывающий первый опыт. В тот момент ни за кого особо не болела, потому что никого толком не знала. Но я помню, что тогда в трансляции показывали, как плачет Саша Трусова. Я смотрю на это и думаю: «Это такой душераздирающий спорт. Пойду посмотрю его». И все, пошло-поехало.
Валерия: Я пришла недели на три позже, чем Катя — после Пекина. Мне стали попадаться нарезки в соцсетях: как плачут Камила, Саша, с каким лицом сидит Аня. И я такая: «Какой-то мазохистский спорт. Отлично, смотрим, мне нравится». Так что, у меня тоже все пошло с этой нашумевшей Олимпиады.
— Кто были ваши первые фавориты?
Валерия: Это очень интересный момент. Ты не сразу приходишь к тому, что тебе действительно нравится в фигурном катании. Могу сказать за себя: я начинала как человек, который очень любит техничных, прыгающих спортсменов. Я любила Трусову. Олимпиада в Пекине закончилась тем, что я начала очень сильно болеть за нее. И только, наверное, спустя полтора года я осознала, что люблю не прыгунов, а катальщиков.
Через полтора года у меня сформировалось уже более взрослое восприятие фигурного катания, я выделила своих любимых спортсменов — в основной массе это катальщики. Я пересмотрела позицию, появились другие фавориты. Саша уже перестала им быть, но первой была она.
Екатерина: Я все люблю шутить, что пришла в фигурное катание благодаря Саше Трусовой, и за это не благодарят. Я, по непонятным причинам, очень любила Каролину Костнер еще до того, как погрузилась в фигурное катание. Помню, что мельком видела ее выступления в детстве. А потом пересмотрела ее последнюю короткую программу — олимпийского сезона 2017/18. До сих пор считаю эту программу лучшим, что я когда-либо видела в этом спорте.
Потом мне попался рилс с американской парой Книрим/Фрейзер — с процессом постановки программы под «Очень странные дела». Я тогда не шарила за сериал, но мне очень понравилось. За Алексой с Брэндоном в свой первый сезон я прям следила, но они потом сразу закончили. И я как-то сижу, думаю: «Пора переключиться. Пора искать кого-то нового».
Валерия: У меня тоже такой прикол. Почти весь мой топ самых любимых спортсменов — это фигуристы, закончившие свою карьеру до того, как я стала за них болеть: Юдзуру Ханю, Алена Косторная как одиночница, Миша Коляда, Суй/Хань. И еще София Дзепка. Она еще, конечно, мало прокаталась для основного топа, но в будущем, думаю, в него войдет. Дай богиня, чтобы все сложилось у нее.
Много за кого болею из действующих: Чха Чжун Хван, Адам Сяо Хим Фа, Хабибуллина/Княжук, Эмбер Гленн, Син Чжи А, Лида Плескачева. Любимая фигуристка после Сони — Ким Ен А. Она завершила тогда, когда я еще даже не знала про фигурное катание. Мне было очень грустно, я потом смотрела ее в шоу, но все-таки это не то же самое. Для меня это было тяжело: я не застала в моменте ее прокаты, потому что ее произвольная программа в Сочи — это один из моих любимых прокатов, который я очень много раз пересматривала.
— Как открыли для себя Софью Муравьеву?
Екатерина: В 2022 году я смотрела открытые прокаты в Москве. И мне почему-то в память врезалось, как Соня в своей произвольной программе «Ромео и Джульетта» прижимает руки к сердцу. И я тогда подумала: «Кажется, за этой девочкой стоит последить». Уже сильно позже я поняла, насколько это было внезапно и в какой-то степени судьбоносно.
Валерия: Мы с Соней познакомились на шоу. Я ходила аккредитованным журналистом от Яны Рудковской на шоу Плющенко, когда Соня еще была у него. На тот момент я уже за ней следила, это было после ее второго взрослого сезона. А первое, что я у нее посмотрела — это короткая и произвольная программы на чемпионате России в олимпийском сезоне.
Помню, что посмотрела «Круэллу» Саши Трусовой, после которой она там обнималась в КИКе с Соней. Мне захотелось посмотреть, что это за девочка, потому что она была не из олимпийской тройки, но оказалась в лидерах после короткой программы. Меня очень сильно зацепило катание и передача образа в таком юном возрасте. И произвольная программа под Лану Дель Рей. Я очень сильно люблю эту исполнительницу. Тогда у Сони была произвольная программа под саундтрек из «Великого Гэтсби», включающий в себя «Young and Beautiful». Меня это зацепило, я запомнила Соню и стала за ней следить.
На том шоу, которое я посетила как журналист, была очень милая ситуация с Соней. Помню, были общие номера, и я была единственная, кто записывал на видео Соню. Рядом со мной стояла ее мама Ольга. Она заметила, что я снимаю только Соню и, видимо, сказала об этом ей. Соня попросила, чтобы мама отдала мне несколько автографов. Догнав меня, ее мама сказала: «Вот, это Соня вам просила передать. Спасибо большое, что ее снимаете и за нее болеете». Соня хотела таким образом меня отблагодарить и передала через маму для меня автографы.
— Когда впервые пообщались с ней лично, какое впечатление она произвела?
Валерия: Я сразу прониклась Соней: ее интервью, тем, как она ведет себя, как разговаривает. Вот этот поступок на шоу тоже стал для меня подтверждающим мое внутреннее ощущение. Сразу ощутила от нее искренность, простоту, открытость, вайб girl nextdoor (соседской девчонки — прим.Sport24). Чем больше я ее знаю, тем больше понимаю, что она вот такая — очень настоящая, открытая, такая «своя девчонка» с близкими людьми. Для меня важно, какой человек, за которого я болею, которого поддерживаю, в чью поддержку я вкладываю силы и время. Я стараюсь нести и продвигать этот посыл в нашей фан-группе через фразу «Жить, смеяться и любить Софью Муравьеву», которую мы постоянно используем в соцсетях.
Мы Соню любим не за победы, не за медали и не только за то, какая она спортсменка. Любим ее в первую очередь как человека, потому что знаем, какая она. И это ключевой фактор: Мы любим Соню, а не ее успех.
Екатерина: Я помню, как ходила на этап Гран-при в Москве в ноябре 2023 года. После произвольных программ Соня вышла к болельщикам. На этой встрече рядом со мной стояла девочка, и когда она передавала подарок, у нее начала трястись рука. Соня взяла ее за руку, посмотрела в глаза и сказала: «Не дрожи». Мне очень врезалась в память эта история.
Для меня такое внимательное отношение к болельщикам очень ценно. У меня от всех встреч с Соней всегда только положительные эмоции. Как Лера правильно сказала, от нее вайбы girl nextdoor. Если честно, я при взаимодействии с Соней не чувствую, что общаюсь с каким-то кумиром, я просто общаюсь с хорошим человеком.
— Как была создана группа поддержки Сони?
Валерия: Первой присоединилась я. Насколько я знаю по истории, до меня ее вели две другие девочки. Но сначала ушла одна еще до моего появления, а потом ушла вторая, так что по наследству группа досталась мне. Я стала главным администратором, тогда мы уже были знакомы с Катей.
Екатерина: Возвращаясь в ноябрь 2023 года. После Гран-при в Москве я забрала два баннера (они у нас до сих пор есть) от китайских болельщиков, чтобы потом отправить их на чемпионат России. Так получилось, что возникли некоторые проблемы, и Лера попросила меня помочь их решить, потому что она не знала, как справиться. И я сказала: «Я помогу». А потом она попросила меня еще раз помочь. И вот я здесь.
— Не сложно ли работать вместе и при этом дружить?
Валерия: Все, кто знает нас с Катей, удивляются, как мы работаем почти два с половиной года вместе, потому что мы очень разные люди. Мы с совершенно разных орбит, и это очень интересный момент. Наша отличность работает в совокупности на двойной результат, потому что Катя хороша в одном, а я хороша абсолютно в другом. Мы научились работать друг с другом, Кате пришлось привыкнуть ко мне, а мне к Кате.
Екатерина: В любой работе есть этап притирки, когда ты не понимаешь, чего ожидать от человека, что он хочет получить от тебя. В начале мы постоянно натыкались на какие-то проблемы, но со временем научились слышать друг друга, у нас выработалась система, которая сейчас свела все недопонимания и конфликты к минимуму.
Валерия: Нам просто было сложнее, потому что мне отдали фан-группу, и я пыталась систематизировать ее работу. Мне приходилось на ходу разбираться, как это систематизировать и параллельно вклинивать других людей в эту работу, объяснять им, что я от них хочу и как я это все вижу.
— Как устроена передача баннеров от китайских фанатов?
Валерия: У нас есть официальная китайская фан-группа Сони, у меня есть контакты администратора. Они чаще всего отправляют коробку подарков Соне на Новый год и на день рождения. Мы просто связываемся, даем свои адресные данные, и они отправляют. А мы уже устраиваем передачи.
— Китайские зрители активно следят за российскими фигуристами?
Валерия: Это правда. У нас есть отдельные болельщики, которые нам пишут по поводу подарков Соне. Есть один болельщик, который очень сильно помогает в сборах, лично присылает Соне какие-то подарки. На каждый старт есть подарок от нас и от болельщика отдельно. Причем этот болельщик хоть и из Китая, но сейчас живет в другой стране. Можно сказать, что за Соней следят со всех уголков нашей планеты.
— Есть ли еще такие большие фан-базы, как в Китае, в других странах?
Валерия: Нет, иначе мы бы о них знали. Настолько организованная есть только в Китае. И это как будто логично, ведь у нас нет международных соревнований, нет возможности сформироваться чисто в теории.
— Насколько тяжело совмещать ведение группы с личной жизнью, учебой?
Валерия: Почти два года мы с Катей работали вдвоем, у нас не было команды. Были время от времени попытки собрать команду, но в итоге это оказывались люди, не вовлеченные в то, чем мы занимаемся. Это правда было сложно. Сейчас у нас есть команда, и так гораздо легче.
Я ночами могла писать посты, выкладывать контент, обсуждать какие-то вопросы с Катей. Я занималась фан-группой в любую свободную минутку. Называю это работой, потому что у меня есть ответственность. Многие воспринимают ведение фан-группы как хобби, но я не считаю, что это хобби. Хобби — это когда у тебя нет ответственности. У меня есть ответственность, и она достаточно большая: и перед болельщиками, и перед Соней. Есть дедлайны, задачи, обязанности, которые ты не можешь не выполнять.
На подготовке к ЕГЭ сказывалось, но я придерживаюсь мнения, что нужно уметь отдыхать и учиться. Это была моя своеобразная передышка. Бывало такое, что я училась весь день, и только ночью у меня было время, чтобы выложить посты, что-то с Катей решить. Но я не могу сказать, что это как-то мешает, потому что жизнь — она на то и жизнь, чтобы состояла из нескольких разных частей.
Невозможно жить только учебой или только работой, поэтому всего по чуть-чуть. Да, иногда это тяжело, иногда это сложно. Как мы любим говорить, «у нас зарплата в нервных срывах». Но это то, что нам нравится делать, поэтому классно, что такая движуха есть в нашей жизни. Не будь фан-группы, мы бы с Катей в жизни не стали общаться.
Екатерина: В прошлом сезоне было сложно. Я тогда жила в Нижнем Новгороде, соответственно, была большая разница во времени с местами проведения некоторых стартов. Плюсом ко всему еще училась на выпускном курсе, писала диплом и работала полные 40 часов в неделю.
Помню, перед этапом Гран-при в Красноярске встала в 6 утра в субботу, потому что мне нужно было проследить, чтобы атрибутика доехала до арены. Я отвечаю за организацию поддержки на местах проведения соревнований: координирую всех, кто есть на арене, со всеми договариваюсь, объясняю людям, чего от них хочу. И, конечно, всегда хочется, чтобы все прошло в лучшем виде.
Я выпустилась из Вышки прошлым летом, в моей жизни осталась только работа. Стало значительно проще.
— Как удалось в этом году сформировать команду и найти помощников?
Валерия: Сейчас есть команда. У нас шесть основных администраторов, включая нас с Катей — Юля, Лана, Ира, которые занимаются подготовкой ко всем мероприятиям и организацией поддержки на мероприятиях конкретно в Санкт-Петербурге, приезжают на встречи с Соней, которые у нас проходят в Питере около двух-трех раз в год. И одна девочка Алиса, она из Москвы. Помимо всех вышеперечисленных обязанностей в Москве она ведет две наши соцсети. Мы нашли ее на наборе контент-мейкеров в фан-группе. Я считаю, что это была судьбоносная встреча. Мы ее очень сильно любим, она потрясающая, очень быстро учится. Я смогла ее обучить ведению двух соцсетей буквально за пару месяцев.
Плюс у нас есть четыре художницы-дизайнера: Софи, Лита, Маша и Катя (уже другая Катя), которые разрабатывают для нас коллекционные карточки. Это наша эксклюзивная атрибутика, которую мы придумали и реализовали первыми в фандоме фигурного катания. Есть две девочки, которые создают творческий контент в социальных сетях (обработки, открытки) — это Вика и Саша. С нашими админами из Питера Катя познакомилась на стартах в том году, когда они ей помогали. С художницами и креаторами в соцсетях мы не знакомы вживую. Администраторы — да, мы все между собой знакомы.
— Есть ли какие-то неочевидные трудности, с которыми вы сталкиваетесь, тогда как обычные болельщики о них могут даже не догадываться?
Валерия: Наверное, большая часть людей думает, что быть администратором группы — просто вести соцсети, но это далеко не так. Ведение соцсетей это буквально малейшая часть того, чем занимаются администраторы. У нас гораздо больше обязанностей, чем просто вести соцсети, выкладывать фотографии, видео и так далее. Это одна из тех обязанностей, которые можно спокойно делегировать любому человеку, который быстро учится и понимает, что делать. А есть задачи, которые не каждый понимает, не каждый может сделать и не знает тонкостей нашей внутренней работы. Это мы с Катей уже разобрались, друг друга хорошо понимаем, знаем, чего хотим от фан-группы, и понимаем, как видим ее дальнейшее развитие.
Екатерина: С ареной всегда очень непредсказуемая история. Мне кажется, все фан-группы так или иначе сталкиваются с тем, что не пускают атрибутику. Это невозможно предугадать. Есть некоторые арены, например, в Омске, которые заранее выкладывают информацию о том, где нужно согласовать атрибутику, чтобы не было каких-либо проблем. Но даже в таком случае на входе иногда возникают вопросы.
В прошлом году в Красноярске на финале Гран-при была «потрясающая» история. Мы заранее направили информацию о всей нашей атрибутике на почту службы безопасности, нам ответили, что все согласовано. В первый день проблем не было, но на следующий на входе стюарды, несмотря на наличие письма о согласовании, сказали: «Нет, мы не пустим» — и все. Насколько я знаю, в последний день практически все спортсмены остались без поддержки, это печально. Нам пропустили только ободки, но, например, карточки наши не пропустили, потому что на них был QR-код с переходом на наши соцсети. Сказали: «Это реклама, она запрещена». С тех пор у нас на карточках нет QR-кода. Баннеры тканевые тоже не пустили, сказали: «У вас есть фразы на английском, это запрещено». С тех пор мы делаем баннеры на русском.
— Когда отказывают в проносе атрибутики, куда это все приходится сдавать?
Екатерина: В камеры хранения. Я сдавала атрибутику в «Юбилейном» в камеру хранения. Это бесплатно и предоставляется от арены. Мы всегда стараемся до последнего отстоять свое право на поддержку любимой спортсменки, но, к огромному сожалению, не всегда получается.
— Когда вы хотите подарить какой-то подарок Соне, но не хватает на что-то задуманное средств, как выходите из положения?
Валерия: За годы ведения фан-группы мы примерно понимаем, какую сумму соберем за какое количество дней и на какой старт. Если мы не успеваем собрать сумму, нам приходится где-то в чем-то урезаться. Слава богине, сейчас существуют маркетплейсы, которые доставляют за один-два дня. Я отвечаю за творческую часть, генерирую идеи, у меня всегда есть варианты подарков на любой бюджет. Поэтому я всегда знаю, как выкрутиться из той или иной ситуации.
— На что обычно тратится бюджет группы? Что самое необычное вы дарили Соне?
Валерия: Я развею один миф, который бытует среди болельщиков. Не беру фан-группы фигуристок из олимпийской тройки, за них сказать не могу. Это более крупные группы с международными болельщиками, абсолютно другой масштаб. Я беру нынешнее поколение спортсменов.
Есть миф, что основная часть бюджета идет на подарки фигуристам, но на самом деле это вообще не так. Большая часть всего бюджета уходит на мерч для болельщиков — атрибутика, баннеры, карточки. Мы раздаем их на соревнованиях, болельщики могут забрать себе домой на память в качестве подарка от нашей фан-группы. На сами подарки Соне уходит меньшая часть от всего бюджета.
Конечно, если мы берем соревнования в Питере, у нас есть достаточно крупная трата конкретно на Соню — цветы. Но если брать соревнования в других городах, то большая часть всегда уходит именно на атрибутику. Тканевые баннеры мы закупаем раз в сезон с новыми программами, больше на это деньги не тратятся. В основном траты идут на разовую атрибутику. У нас это карточки и бумажные баннеры, а также всякие очень мелкие сопутствующие траты. В сезоне у нас всего три события, где вся сумма идет на подарок для Сони — это день рождения, Новый год и конец сезона.
Из самого необычного я, наверное, могу выделить подарок на 19-тилетие Сони. Им полностью занималась я — от создания идеи до презентации нашего подарка Соне и болельщикам в социальных сетях. Это тарелочка из дорогого и эксклюзивного чешского фарфора, разбитая и склеенная позолотой в технике кинцуги, в сердцевине которой вышит глаз Сони. Ее изготовила для нас мастерица Ника. На самом деле она керамистка, не изготавливает такие работы на заказ, только для себя и личного интереса. Но мне удалось уговорить ее изготовить такую тарелочку для нас на заказ, за что мы ей безумно благодарны! Концепция работы взята у американской мастерицы Катрин Марченко. Кроме нее и Ники больше никто во всем мире не изготавливает такие произведения искусства. Так что можно сказать: это эксклюзивный подарок. Во всей стране таких тарелочек всего три, одна из них была сделана на заказ специально для нашей Сони.
На самом деле этот подарок задумывался мною как аллегория на жизненный путь Сони. Сезон 2024/25, после которого мы дарили этот подарок, сложился для нее очень тяжело. Моей целью было показать для Сони через этот подарок, что трудности не столько ломают, сколько обтачивают, шлифуют алмаз, чтобы он стал настоящим бриллиантом. Да, тарелка в изначальном виде была очень красивой из дорогого чешского сервиза, но после, пусть и жесткого преображения, она стала уникальным и единственным в своем роде настоящим произведением искусства. Как и наша Соня. С каждым сезоном она становится все краше и сильнее. И трудности не ломают ее, а закаляют и помогают становиться настоящим произведением искусства.
Я также монтировала видео для наших социальных сетей для презентации идеи нашего подарка. В нем были собраны кадры процесса создания тарелочки и спортивных сезонов 2024/25 и 2025/26. Суть моего видео была в том, что после каждого удара молотком по тарелочке следовал тяжелый момент для Сони из сезона 2024/25. Далее за каждым склеиванием кусочков тарелки и каждым продетым стежком для вышивки глаза шли кадры расцветающей и счастливой Сони в сезоне 2025/26 в новом тренерском штабе. Скажу честно, над этим видео плакали все — вся наша команда, Соня, ее мама, ее семья и друзья. Я искренне рада, что смогла попасть своей идеей в самое сердце всех тех, кому близка и дорога наша Соня.
И я бы еще отметила, наверное, тоже одну из моих интересных идей, которые стали таким уже трендом в мире фигурного катания после нас. Мы собираем для Сони коллекцию из фигурок Funko Pop в виде всех программ Сони. На данный момент нами было подарено две фигурки с программами «Алиса в стране чудес» и «Кармен», но уже в разработке находится третья — с произвольной программой этого сезона, которая будет с одной новой и очень интересной деталью.
— Как быстро набирала популярность ваша группа?
Валерия: Прирост остановился где-то в начале этого сезона. Мы сейчас держимся примерно на одной цифре. Я бы не сказала, что быстро набирается популярность — в связи с блокировкой половины соцсетей. Также отсутствие международных соревнований отняло огромную популярность у наших спортсменов.
У меня бабушка смотрела Олимпиаду в 2018 году, родители какие-то чемпионаты мира тоже смотрели. Международные соревнования привлекали больше болельщиков за счет того, что это происходило на международной арене. Наши бабушки, дедушки, родители воспринимали это как защиту чести страны. Сейчас из-за того, что фигурное катание превратилось во что-то нишевое, это не способствует развитию фан-групп. И опять же, мы берем, что у Сони сейчас не самый простой период, который тоже сказывается на приросте болельщиков. Поэтому мы выросли за первые полтора года нашего совместного с Катей ведения фан-группы, и этот сезон остаемся на том количестве, которое у нас сейчас есть.
У нас есть Тик Ток. Там хорошо набирается аудитория, нас уже узнают. Я придумываю разные мемчики, адаптирую тренды, которые репостят, наша Алиса выкладывает весь контент как в Телеграме. В Тик Токе это проще — один репостнул, другой лайкнул, третьему порекомендовали, и так по цепочке это все происходит. В Инстаграме (принадлежит Meta, которая признана экстремистской организацией, деятельность на территории РФ запрещена) таких алгоритмов нет, поэтому сложнее, у нас достаточно маленький аккаунт. А в ВКонтакте люди переходят очень плохо.
— Когда вы решаете организационные моменты, все это онлайн проходит?
Екатерина: Сейчас мы находимся в трех городах: Лера в Казани, еще одна девочка в Москве, мы вчетвером живем в Санкт-Петербурге. Соответственно, почти все вопросы решаем онлайн. Когда Лера или наш админ из Москвы приезжают в Питер, мы стараемся собраться у меня дома полным составом. Очень хочу, чтобы это стало традицией с переездом Леры. Мне кажется, доверие при личном контакте очень сильно возрастает. Нашей питерской тусовкой часто собираемся, чтобы сделать что-то по фан-группе или просто поболеть за Соню, когда она выступает в других городах.
— Есть ли у вас человек, который генерирует все идеи?
Валерия: Это я, ха-ха. Обычно я говорю: «Катя, я хочу сделать это», и Катя думает, как это сделать. За все подарки, все наши фишки, кроме коллекционных карточек, отвечаю я. Основные фишечки в виде подарков, атрибутики, оформления, разных стилистических, творческих решений относительно социальных сетей и чего бы то ни было, которые стали небольшой визитной карточкой нашей фан-группы — это все плод моей работы.
Как говорит мне Катя: «Лера, ты придумай. Как придумаешь, так я и буду что-то делать». Катя думает, как организовать и сделать то, что я придумала.
— Расскажите о фишках вашей фан-группы.
Валерия: Одна из таких вещей, которые мы пытаемся сейчас ввести на постоянной основе — это реквизит для Сони в зону «Кисс-энд-Край» после прокатов. Мы хотим генерировать классный контент для болельщиков и радовать Соню после прокатов, поэтому сейчас стараемся закупать на каждый старт смешные ободки, очки, шапки, чтобы Соня в этом посидела в «Кисс-энд-Край», помахала в камеру и потом забрала себе на память.
Очень был смешной момент во время чемпионата России по прыжкам в этом году. Соня тогда выступала в дуэте с Женей Семененко. Мы подарили им смешные ободки с человечками с разноцветными волосами. Они попозировали для камер, и после Алексей Николаевич Мишин примерил ободок Сони и помахал в нем болельщикам на трибуне. Мы стараемся за счет таких вещей сблизить Соню с болельщиками и раскрыть ее с новой стороны для них. Хотим сделать это нашей небольшой фишечкой, которую реализуем только мы.
Все это началось с того, что я ей подарила шапку с двигающимися ушами — белую с розовым бантиком в виде кошечки Мари из мультфильма «Коты-аристократы». Я передала ей эту шапку в зону лидеров, сказала: «Посиди в ней». Она в ней посидела, и все с этого умилялись и выкладывали видео. Тогда я решила, что нам нужно вводить такие приколы на постоянной основе. Не всегда Соня открыта к таким вещам, она очень часто после прокатов находится в себе, но мы стараемся на каждом старте что-то такое ей подготавливать.
Еще одна наша достаточно нашумевшая идея. На соревнования в сезоне 2023/24 Соня раздавала журналистам фиолетовые сердечки с заячьими ушами, на которых были ее автографы. В этом сезоне у Сони был пятый чемпионат России во взрослой карьере. Символично: юбилейный в «Юбилейном». Мы решили подготовить подарок от администрации в честь этого события. Моя мама сшила в Казани большое фиолетовое сердце с заячьими ушами, я набила, мы его упаковали с папой: завакуумировали пылесосом, чтобы я смогла привезти его в Санкт-Петербург на самолете. Спасибо большое моим маме и папе за помощь!
Мы попросили болельщиков написать пожелания или какие-то слова, которые у них ассоциируются с Соней. Помню, что ночью перед самолетом я сидела и все эти слова переписывала. Потом еще добавляла от себя, чтобы выглядело более заполнено. С одной стороны были пожелания от болельщиков и большая надпись «Любовь — это ты». С другой было написано крупными буквами «Тим Мура». Мы кинули ей это сердце прямо на лед после произвольной программы, потом она рассказывала о нем во влоге Алины Загитовой.
Мы стараемся постоянно придумывать что-то новое и радовать Соню и болельщиков, потому что считаем, что в нынешней обстановке, в которой находятся наши спортсмены, это очень важно. В тяжелые времена всегда спасала поддержка близких, которые, может быть, не могут что-то изменить, но могут быть рядом в трудный момент.
Екатерина: Мы это сердце доделывали прямо в ночь перед произвольной программой.
Валерия: Ха-ха, да, потому что все надписи я писала на тонкой льняной ткани, а сердце привезла в сложенном виде. Если бы я пришила эти куски в Казани, то ткань порвалась бы при упаковке, я бы просто их не довезла. Помню, что ночь не спала перед вылетом — собирала вещи, набивала сердце, расписывала ткань. С утра прилетела к короткой программе, и после короткой мы еще ночь перед произвольной не спали — Катя пришивала, а я дописывала.
Екатерина: Моя любимая атрибутика — наши коллекционные карточки. Это, наверное, единственное, что придумала не Лера, а я. Мне очень хотелось привнести что-то абсолютно новое в поддержку. Что-то такое, чего еще не было в фандоме фигурного катания. Как-то мне подруга показывала свою коллекцию своп-карточек. Если совсем просто — это авторский мерч в виде карточки, где на одной стороне арт, а на другой — контакты художника, который его создал. Их обычно печатают для арт-маркетов, по изначальной задумке этими карточками можно обмениваться. Я подумала, что эту идею можно круто адаптировать в рамках деятельности фан-группы, и не ошиблась
Наш проект мы называем коллекционными карточками. Мне кажется, что это очень необычная атрибутика, которую просто забрать с собой, а потом носить под чехлом телефона, в картхолдере, паспорте. Концепция наших коллекционных карточек заключается в том, что на каждое соревнование мы готовим два-четыре новых дизайна. Главное условие — они никогда не повторяются. Мы печатаем всего по 100 экземпляров, чтобы сохранить идею эксклюзива и поддержать интерес и вовлеченность аудитории. Это классный интерактив, который сближает и нас, и болельщиков.
У меня сейчас практически полный альбом с карточками — за полтора сезона их накопилось уже двадцать девять. Мы знаем, что многие болельщики стараются собрать полную коллекцию. Горжусь тем, какой проект мы придумали и смогли достойно реализовать. И самое главное, что это очень нравится и болельщикам, и самой Соне.
Валерия: Каждый раз, когда мы встречаемся с Соней, ей не нужны подарки, она говорит: «Новые карточки! Какие новые карточки?». Это единственное, что ее интересует, ха-ха. Я не фанат всякой подобной макулатуры, это придумала Катя. А Соня любит всякую канцелярию, макулатуру и вот это вот все. И Катя с Соней в этом сошлись.
Мы начинали просто с артов от двух художниц. Сейчас у нас четыре девочки: две художницы и два дизайнера. Теперь у нас есть не только карточки-арты, но и карточки-коллажи, карточки-постеры, карточки, созданные с помощью ИИ.
Наши художницы Софи и Маша рисуют арты в абсолютно разной стилистике. Стиль Софи приближен к мультяшным рисовкам, от которых ощущение как от кадра из мультфильма. А Маша работает в более реалистичном стиле так, что даже на такой маленькой карточке все черты лица Сони переданы максимально натурально.
Наш дизайнер Лита делает не только карточки-коллажи, но и работает с искусственным интеллектом: она создает карточки с помощью нейросети. На турнир шоу-программ она подготовила карточку с программой Сони «Алиса в Стране чудес», взяв оригинальный постер фильма и поместив туда Соню, немного изменив ее позу из программы так, чтобы она была похожа на позу Алисы с официального постера.
Дизайнер Катя делает нам дизайны для карточек в виде официальных постеров с программами Сони. Такую карточку-постер с короткой программой «Кармен» в большом формате мы подготовили и подарили Илье Авербуху на память в благодарность за постановку программы для Сони. Он был очень благодарен за такое внимание к его работе!
Также мы очень надеемся, что у нас получится передать через Соню карточку-постер с произвольной программой «A Model of the Universe» большого формата ее автору Бенуа Ришо. Хочется таким образом поблагодарить людей, которые работают с Соней. Мы считаем, что это очень важно — уделить внимание тем людям, без которых не было бы такой спортсменки, как Соня. Также в этом сезоне мы впервые планируем поблагодарить персональными арт-карточками тренерский штаб Сони.
— А теперь время эксклюзива.
Валерия: Пару раз в год наши коллекционные карточки с автографами и без можно приобрести онлайн. Все подробности о такой возможности мы обязательно публикуем в наших соцсетях.
В конце весны у нас будет эксклюзивный дроп коллекции карточек в виде комикса, которую для нас отрисует наша любимая художница Софи. Мы планируем подготовить набор карточек по одной из нашумевших программ Сони. Это будут карточки в виде полноценного комикса в ограниченном количестве. Там будет небольшой сюжет, который взят из программы. Программу пока не раскрываем, но мы уверены, что это понравится всем. Возможно, наш комикс захотят себе в коллекцию не только болельщики Сони.
