Буксующему на старте сезона Илье Малинину все равно ставят огромные баллы за его новые программы. Почему?

На Skate America впервые в сезоне выступил действующий чемпион мира Илья Малинин. В этом году он решил пересмотреть свой календарь и отказался от участия в «челленджерах», поэтому впервые фигуриста зрители увидели именно на домашнем этапе Гран-при. На данный момент прокаты Ильи не сильно убедили в том, что он остается сильнейшим фигуристом мира. Технических ошибок было необычайно много.

Изменения в правилах в какой-то мере повлияли на одиночника, хотя и не только они. Короткую программу он выбрал в понятной стилистике — медленную, лиричную, точно не новаторскую. Для музыкального сопровождения взяли композицию «Cantata Memoria», посвященную трагедии в Аберфане. С одной стороны, постановка неплохо ложится на Малинина, даже с учетом, что это непривычный для него образ. Музыкально все неплохо разложено, подчеркиваются акценты, и на первый план выходит композиция, а не умения фигуриста. Раньше он в любой программе, вне зависимости от тематики, мог сделать сальто, просто ради вау-эффекта. Сейчас же вывели на первый план именно тему.
С другой стороны, как раз выбранная история вызывает вопросы. Фигуристы нередко обращаются к каким-то известным и трагичным сюжетам, перекладывают их на лед, но в этом можно увидеть манипуляцию. И здесь невозможно точно понять, человеку действительно важно высказаться и рассказать о трагедии или это намеренный ход, чтобы получить лояльность и судей, и зрителей.

Произвольная программа больше похожа на то, что Илья показывал раньше. «Голубоглазый самурай» — это сборник стилизованных исторических и традиционных движений, между которыми вплетены прыжки и элементы. И здесь нет сомнений, что Малинин пришел к Ше-Линн Бурн с конкретным референсом. Еще в юниорах американец катал копию программы Юдзуру Ханю «Сеймей», с которой японец выиграл второе олимпийское золото. Сам Илья не скрывает своей любви к легендарному одиночнику, и эта программа — просто повторение.
Структура, культура жеста и общий посыл — все взято оттуда. Все привыкли к тому, что Бурн достаточно избирательный постановщик, но здесь виден самоповтор, возможно, даже намеренный. Для новых зрителей эта постановка, возможно, выглядит уникальной, но по факту это просто оммаж на любимого фигуриста.

В новый олимпийский цикл ISU принесли изменения в правилах — убрали каскад из произвольной программы, добавили хорео-вращение. Все это ради одной цели — уравновесить техническую оценку и компонентную, увеличить конкуренцию, сократить разрывы в баллах. Изначально всем было понятно, что так глобальную проблему не решить, об этом говорил и сам Илья на стримах. Только вот именно чемпион мира стал главным показателем того, что причина не в количестве прыжков, а в судьях, которые абсолютно по-разному относятся к спортсменам.
В мужском одиночном катании у большинства фигуристов огромные проблемы с катанием, передачей образа и музыкальностью. Они концентрируются только на прыжках, могут выкинуть половину хореографии, поплыть по ритму. Кого-то за это жестко наказывают, но есть и исключения. В Эверетте Малинин показал откровенно тяжелые прокаты, помимо явных технических ошибок, он задыхался, не мог сделать базовые движения, а в произвольной вообще наплевал на образ и просто пытался докатить, сделав свои элементы. Ко всему прочему, он все выступление проводит на двух ногах, что должно приводить к падению оценки за «скольжение». Но ничего этого не происходит.

Есть фигуристы, чью компонентную составляющую можно назвать эталонной. Например, сейчас это француз Кевин Аймоз. И за прокаты, которые принесли ему золото на этапе в Канаде, он получил идентичные баллы в компонентах, что и Малинин сейчас. В короткой у Кевина — 44,43, у Ильи — 44,74, в произвольной — 87,44 и 87,68. Нужно учитывать, что оба одиночника выступили на турнирах не самым лучшим образом, у них были ошибки, но именно во второй оценке — это фигуристы с разных планет.
В этой гонке находятся и россияне, которые катаются примерно на том же уровне, что и Малинин, но заранее проигрывают ему в компонентах почти 10 баллов по сумме двух программ. Помимо этого, отличаются и надбавки (GOE), которыми также легко манипулировать. Сложно сравнивать оценки с разных турниров, но компоненты в нынешней системе судейства — почти константа и увеличиваются не благодаря мастерству, а титулам и узнаванию.

Еще не закончилась серия Гран-при, а ISU уже показал, что их новые правила и мнимое желание уравнять технику и катание провалились. Всегда главной темой для споров и дискуссий оставалось субъективное судейство, и позитивных изменений в этом плане, по всей вероятности, лучше не ждать.


