«Я живу лучшую жизнь». Чемпионка России Томшина о материнстве и возвращении в биатлон после декрета
В мае 2025 года биатлонистка Анастасия Томшина родила дочь. Вскоре после этого спортсменка начала возвращать форму, чтобы снова выступать на соревнованиях. Томшина сделала это супербыстро. По итогам сезона Анастасия выиграла несколько медалей, в том числе впервые в карьере став чемпионкой России.
О первом сезоне после родов и материнстве Анастасия рассказала корреспонденту Sport24 Виктории Дмитриевой.
— В 2022 году ты говорила, что не ощущаешь к себе повышенного внимания, так как не имеешь больших титулов. Как с этим в 2026-м?
— Я не ощущаю повышенного внимания, потому что для меня сезон после возвращения из декрета был сумбурным. И глобально все получилось здорово, но я — максималист. Мой тумблер находится на границе олимпийской медали и Кубков мира. Чемпионат России и домашние старты — это где-то посередине. Я проделала большую качественную работу, мне повезло в тех гонках, где я была с медалями, но не более.
— Ты в 2022-м и в 2026-м — в чем разница?
— Я максимально разная. У меня появился тот набор знаний, который, например, сейчас позволяет мне спокойно тренироваться самостоятельно, по своему графику, который мне нужен. Я знаю, что мне подходит, и использую это. В команде не всегда учитывались какие-то индивидуальные потребности, поэтому сейчас у меня больше возможностей для роста, и мне в этом никто не мешает. Также я сейчас как-то в качестве своих действий на соревнованиях больше приобрела, чем было раньше.
— В твоей жизни за последние несколько лет многое изменилось. Неизменным остался только биатлон. Тебя устраивает, как складывается карьера?
— На самом деле, у меня вообще все очень вовремя случается. И даже планы на беременность, то, как я из нее вышла, мне очень повезло. Я понимаю, что все сделала правильно. Сейчас я могу сказать, что даже без международных стартов чувствую удовлетворение.
— В сезоне-2025/26 ты вернулась после паузы, связанной с рождением ребенка. Есть мнение, что после родов спортсменки становятся сильнее, что подкреплено рядом примеров. Ты ощутила на себе волшебные свойства этого?
— Меня раздражает факт, когда говорят: «Тебе сейчас повезло, потому что гормоны». Никто не хочет меня спросить, как выглядел процесс подготовки, как я его прошла. Есть индивидуальные факторы, которые помогли мне сейчас быть той, кем я являюсь, начиная с того, в какой форме я забеременела, как тренировалась все 9 месяцев и каким было восстановление.
Спасибо моему организму, который со всем справлялся, например, когда я уже с 15 килограммами прибавки в весе, полутора литрами лишней крови ездила с хорошей координацией на лыжах с пульсом 140. Это не гормоны, это труд.
Я вернулась без проблем. Прям очень хорошо понимала, что у меня вообще все здорово, потому что много с кем общалась после декрета из девчонок, которые тоже рожали. Мне было с чем сравнить.
— У тебя в прошедшем сезоне были награды на всех турнирах. Ты даже впервые в карьере выиграла чемпионат России. В этом количестве медалей какая-то стала для тебя особенной?
— Да нет. Ни один старт не являлся каким-то важным или тем, к которому я готовилась. Главной целью на сезон было вернуть свои кондиции и почувствовать те ощущения, которые у меня есть, когда я нахожусь в хорошей форме. Мне все это удалось. Медали просто шли бонусом.
— На чемпионате России в гонке преследования тебя дисквалифицировали из-за того, что Анастасия Шевченко стреляла по твоей установке, а ты не разрядила обойму. Это самый неприятный момент сезона?
— Нет, я про него даже уже не вспоминаю. В тот день я вынесла урок, потому что действительно не сориентировалась по правилам. Я думала, что обезопасила себя, вставив обойму в магазин, но оказалось, что это не так. Нужно было просто поднять руку, и уже судьи решили бы, что делать дальше, но в тот день никто не был прав. Просто я никакой апелляции не подавала, но, думаю, судьи тоже уже сделали свои выводы. Зла ни на кого я не держу. Такое случается.
Самыми неприятными моментами по сезону были болезни. Я где-то четыре раза заболевала. Было так тяжело просыпаться в день гонки и понимать, что я не выйду на старт. Это, наверное, единственный минус выхода после родов, кстати. Организм не давал мне бегать в полную силу с тем графиком, который предлагали организаторы. Это лишний раз говорит о том, что у нас на внутренних стартах очень много гонок. Нужно, мне кажется, быть ближе к расписанию Кубка мира.
***
— Быть мамой — как тебе в этой роли?
— Я была готова к появлению дочери. Я прочитала много литературы, узнавала, как сделать так, чтобы ребенок рос в комфортной обстановке. Сложности были только с логистикой из-за моих разъездов, но и с этим удалось справиться.
Мне, наверное, проще, чем мамам, которые выбрали воспитывать ребенка дома без чьей-либо помощи. Это сложно, сто процентов. С помощью и без нее — это два разных материнства. Я за тренировку успеваю и поработать, и отдохнуть, и соскучиться по дочери. Мне помогают родители, которые находятся с Верой, когда я занята. Иногда подключаются спортсмены, которым интересно пообщаться с ребенком. Это все упрощает.
Я не могла уйти в длительный декрет, понимая, что у меня есть возможность иметь помощь со стороны. Было бы глупо не воспользоваться этим. Тем более спорт — вещь непредсказуемая. Особенно сейчас, когда сегодня одно, а завтра — другое.
Я — хорошая мама. Все потребности дочери я закрываю. Если у нас минимум криков и беспокойства, примерно каждый день я вижу, что она улыбается, ее развитие соответствует всем нормам, значит, я все правильно считываю. Понятия не имею, как будет дальше, но за год я очень удовлетворена тем, как справляюсь с новым опытом. Поэтому и считаю, что я хорошая мама.
Не исключаю, что в каких-то моментах могу ошибаться, но это будет видно потом. Вполне возможно, что дочь однажды скажет: «Ты зачем со мной вот так делала? Это же было ужасно». Это я сейчас, например, так думаю в отношении моих родителей. Есть моменты, с которыми я не согласна, хотя и делали это из любви. Все родители ошибаются. Идеальных точно не бывает.
— К детям, даже если очень их хочешь, никогда нельзя подготовиться на сто процентов. Чего больше всего боялась ты?
— Дети бывают разные, и я готовилась к худшему, потому что последний опыт у меня был — младший брат. С ним родителям было непросто. Мне повезло, потому что у меня замечательный ребенок.
В этот первый год дочь давала отдохнуть даже в тот момент, когда мы вместе проводили время. Я понимала, что, проводя с ней время, не теряю энергию. Мне с ней намного лучше, чем когда раньше я на сборах одна была и занималась скроллингом соцсетей в свободное время.
Из сложностей, наверное, остаются зубы. Дни, когда они режутся и ты видишь, как твой ребенок терпит боль, тяжелые. Спасибо ей за то, что не кричала, не показывала, как страдает, но мы старались отвлекать ее игрушками и не доводить до кризисных моментов. Все так хорошо получилось, потому что мы с мужем — гибкие родители, эмпатичные. Беспокойство было, но я понимала, что эти трудности — временные.
— Беременность у всех проходит по-разному. Каким был твой опыт?
— Беременность прошла в лучшей версии из возможных. Мне тоже много с чем повезло. Качество тела позволило обойтись без отеков, которые мне пророчили. Токсикоза я так и не почувствовала. Не было тяжелых ночей с пинками под ребра, о которых все рассказывают. Тренироваться организм тоже позволял. Возможно, так все сложилось из-за возраста, не знаю.
— Как ты восстанавливалась и приводила себя в форму, чтобы снова вернуться в профессиональный спорт?
— Тело не забывает о прошедшей нагрузке. У меня она достаточно близко закончилась к периоду моего отдыха, который начался после родов. Соответственно, не так много нужно было приложить усилий, чтоб вернуться в форму. Я была не на нуле, а чуть ниже середины. Я себя во время беременности не перестала ощущать спортсменкой. Ею и была, просто с животом.
Когда я уже родила, нужно было грамотно сопоставить изменения организма с тренировками. Мне в этом помогал биомеханик Алексей Торицын, который работает с лыжниками. Он примерно за месяц вернул все на круги своя. Я чувствовала, что могу делать все, что раньше, потому что мои мышцы работали.
Единственной трудностью стал бег. Я сделала маленький объем тренировок. Были роллеры и велосипед. Я разговаривала с девчонками, которые рожали, и у них такого не было. У всех все индивидуально.
— Олимпийская чемпионка по легкой атлетике из Ямайки Шелли-Энн Фрейзер-Прайс после рождения ребенка призналась, что раньше ее главной целью были победы, а теперь — стать лучшей мамой. У тебя что-то подобное случилось?
— Я не стремлюсь стать лучшей мамой. Просто хочу, чтобы у меня была гармония между семьей и тем, чем я занимаюсь. Думаю, у меня еще будут дети, поэтому мне важно не скатываться во что-то одно.
— Ты после родов начала возвращение в биатлон, потому что это твоя работа. У многих работающих мам есть постоянное чувство вины, что они плохие, так как вынуждены оставлять своих детей. Ты столкнулась с этим?
— Меня предупреждали о таком, но никакого чувства вины нет и не было. Я подготовилась заранее.
В первую очередь чувство вины образуется от того, что ты понимаешь: сейчас мой ребенок не удовлетворен из-за отсутствия рядом с ним. Я закрывала этот вопрос в каждом возрасте по-разному. В самом начале, когда очень важно присутствие мамы рядом, а мне нужно было ходить на тренировки, я делала это, только когда дочь спала. Например, я устраивала себе тренировку дома, потому что пойти в лес или поехать заниматься в какой-то комплекс, значит, что меня не будет рядом в момент ее пробуждения. Вере было бы плохо, тревожно из-за непонимания, где мама. Вот тогда бы у меня появилось чувство вины. Поэтому я устанавливала себе дома тренажер, ставила рядом видеоняню и занималась, видя дочь. Если ей нужна была моя помощь, чтобы склеить сон, я всегда могла сделать паузу, пойти к ребенку и продолжить тренировку.
Когда мне понадобились тренировки, которые находятся на стрельбищах и так далее, я брала ее с собой. Пока каталась на роллерах и стреляла, родители с ней спящей гуляли в лесу. Я могла видеть ее недалеко от себя, подъехать и посмотреть, как она. Все бодрствование я проводила с ней. Позже, когда случались редкие вылазки без Веры, для нее были подготовлены разные игрушки, я объясняла ей, что мама уходит и вернется. И теперь с каждым разом, так как она взрослеет, дочери проще рассказать, почему меня какое-то время не будет с ней.
Если бы я оставляла ребенка дома, мне было бы сложно фокусироваться на тренировках. При этом был момент, когда я чувствовала себя полной дурой. Мне задавали вопросы, хочу ли я поехать на тренировку, зачем я бегаю, не боюсь ли навредить себе и так далее. Это отвлекало. Я даже начала сомневаться, не рано ли начала возвращаться в спорт. При этом мои показатели были хорошими, я высыпалась, связки чувствовали себя прекрасно, не было проблем с тазом. В итоге сходила на обследование, где мне еще раз подтвердили, что у меня все нормально, я восстановилась. Только после этого успокоилась.
— До рождения ребенка ты вышла замуж. С появлением детей партнеры часто открывают в себе что-то новое. Что в Василии Томшине ты узнала новое?
— Ты стараешься заводить семью с человеком, которого уже хорошо знаешь, чтобы никаких сюрпризов не было, но на разных новых этапах отношений случаются открытия. Например, решили куда-то поехать отдохнуть — какое будет место, как вы оба будете там себя чувствовать? Так и с ребенком. Когда он появляется, вы не понимаете, что с ним делать, как его воспитывать. Если есть какие-то проблемы в отношениях, с диалогом, с обсуждением, с принятием решений, ситуация будет усугубляться.
У нас, к счастью, все наоборот. Я еще больше влюбилась в мужа, увидев, как в некоторых ситуациях он себя ведет. Например, в дни, когда у Веры резались зубы, у него не было психов, криков, хотя мужчинам, мне кажется, сложно такое выдерживать. У меня вот папа очень эмоциональный. Помню, как-то ехали в машине, а мой брат орал, папа умолял как-то отвлечь его, помочь, включить музыку.
Вася, находясь с недовольной Верой, говорит ей: «Дочь, я понимаю, как тебе сейчас тяжело. Давай вместе решим, как я могу тебе помочь. Давай посидим. Смотри, что у нас есть. Вот смотри, такая у нас игрушечка есть, другая». Он подбирает разные варианты, которые могут помочь ей успокоиться. Я знаю, что дочь рядом с мужем без меня будет в безопасности, счастлива.
Была ситуация, когда я сильно заболела. Было очень плохо. Он забрал ее к себе, чтобы я могла поспать и отдохнуть.
Вася — лучший. Спасибо ему за это. В такие моменты я понимаю, что это человек, от которого я хочу еще детей. У меня к нему полное доверие. С ним можно воспитать хороших детей.
— Что для тебя сложнее — спорт или материнство?
— Спорт, наверное, сложнее, чем материнство. Была бы я одна, говорила иначе. Так у меня слишком много условий для комфорта. Мне, правда, очень повезло родиться в этой семье и потом выйти замуж за человека с такой семьей. В жизни все сложилось здорово. Сейчас у меня лучшее время в жизни.
— Твоей дочери Вере 25 мая исполнился один год. Чему главному она тебя научила?
— Ценить момент, потому что я постоянно куда-то тороплюсь и ускоряю время. Это все из-за спорта. Там время идет быстро, тебе нужно успеть показать результат, сделать выводы. С ребенком все совсем иначе. Хочется замедлиться, побыть в этом моменте, максимально прочувствовать теплоту ее рук, как она на меня смотрит, что делает, о чем думает. Хочется всего этого, чтобы в старости я могла вспоминать все наши с ней моменты, которые не повторятся, а не жалеть об упущенном времени.
