Можно ли мерить дебют Плющенко-младшего в Анкаре только протоколами? Разбираем его выступления
Дебют Александра Плющенко под флагом Азербайджана на 4-м этапе Гран-при ISU среди юниоров априори не мог пройти незамеченным. 13-летний фигурист вышел на лед в Анкаре со шлейфом, который не снился ни одному другому участнику: сын двукратного олимпийского чемпиона, воспитанник академии, носящей его фамилию, объект многолетних медийных манифестов Евгения Плющенко и Яны Рудковской о «долгосрочном проекте» и «работе на Олимпиаду-2034». Другой вопрос, что именно мы увидели, когда спал информационный шум, и как оценивать этот дебют — по баллам и текущему месту или по тому, как юноша справился с давлением, которое на него оказывалось еще задолго до первого прыжка? Ответ оказывается куда сложнее, чем 13-я строчка в турнирной таблице.
Если отталкиваться от сухих цифр, картина выглядит не особенно амбициозно. 13-е место на этапе Гран-при со скромными 171,65 балла — результат, который для большинства дебютантов стал бы рядовым событием, затерявшимся в череде стартов. Но в случае с Плющенко-младшим любой исход мгновенно превращается в аргумент в чужом споре: для одних это подтверждение того, что пиар не подменяет талант, для других — доказательство того, что судить еще рано. В этой поляризации мнений теряется главное — сами прокаты здесь и сейчас. А ведь на данном этапе именно они дают ответ на вопрос, как оценивать дебют.
Первый день сложился довольно тяжело. Короткая программа — фламенко в красной рубашке, образ, который отсылает к Илье Малинину образца сезона-2023/24, — рассыпалась на стартовом элементе. Двойной аксель закончился степ-аутом с касанием льда, а техническая бригада зафиксировала недокрут аж в две галки. На каскаде тройной флип — тройной тулуп судьи тоже нашли недокрут. Для 13-летнего дебютанта соревнований высокого класса 57,12 балла и предварительное 16-е место среди 33 участников — точно не катастрофа, но и не повод для восторгов. Тем не менее после грубой ошибки Александр докатал программу, не бросил ее, сохранил концентрацию. Это качество, которое в фигурке ценится.
Произвольная под музыку из «Звездных войн» вышла чуть удачнее — не блестяще, но вполне в рабочем режиме, без падений и крупных срывов. Плющенко-младший держал себя до конца проката, оставался в настроении заданной темы, что уже можно считать прогрессом. При этом прыжковая часть все равно осталась на уровне «базового минимума»: большинство элементов приземлены на минусы или с минимальными надбавками из-за помарок на выездах, пару недокрутов также не скрылись от глаз арбитров. 114,53 балла за произвольную — 10-й результат дня. Так удалось отыграть три позиции в протоколе. Если оценивать по прогрессу от короткой к произвольной, то шаг вперед, пусть и маленький, есть.
Безусловно, 13-летний Александр пока не способен конкурировать с лидерами мирового топа ни по технике, ни по компонентам. Его прыжковый набор ограничен тройными, ультра-си отсутствуют в арсенале, по крайней мере, в таком виде, чтобы продемонстрировать попытки на широкую публику. Качество исполнения тоже оставляет пространство для работы: где-то не хватает четкости на выездах, где-то — контроля над ребром и докрутами. Компоненты красноречиво говорят о том, что судьи видят перед собой старательного, но пока «сырого» фигуриста, чье скольжение и презентация не дотягивают до уровня тех, кто борется за пьедестал. Это отнюдь не приговор, а констатация отправной точки.
В нашем одиночном катании на юниорском уровне в последние годы сложилась парадоксальная ситуация: выделяются уникумы Арсений Федотов и Лев Лазарев, а после них — пропасть. Успешные вспышки от других спортсменов случаются, но не системно, и именно эти двое остаются исключениями из правил, а не нормой. Так что даже внутри российской фигурки появление юноши с мощным арсеналом в 13–14 лет — это редкость. Учитывая повышение возрастного ценза, необходимости изучать ультра-си как можно раньше, на самом деле, больше нет. Прыжковая база — это то, что наращивается тренировками, и здесь вопрос скорее к методике и срокам, чем исключительно к таланту.
Поэтому ожидать от Плющенко-младшего запредельной сложности здесь и сейчас и сравнивать его с нашими топами, которых тоже не так-то много, было бы не в полной мере справедливо. В этом возрасте разница между, условно говоря, двадцатым и пятым местом часто измеряется не количеством ультра-си, а банальной стабильностью, которая приходит с количеством стартов. Что касается ультра-си: хотя сейчас задатков для добавления четвертого оборота на прыжках явно нет, кто знает, какие сюрпризы подкинет организм по мере преодоления пубертата.
Евгений Плющенко после короткой программы записал видеообращение: «Всем злюкам большой привет. Катастрофы никакой нет. То, что не получился один прыжок — это не страшно. Вся жизнь впереди». Яна Рудковская обратила внимание на то, что Саша — один из самых юных участников Гран-при, и пока его основная задача — чисто откатать обе программы, а не гнаться за местом. Звучит вполне разумно, если бы не общий резонанс: вокруг 13-летнего фигуриста выстроена такая плотная медийная конструкция, что оценивать его прокаты в отрыве от реплик родителей и не только становится все сложнее. Обсуждают не столько прыжки, сколько переход, фамилию, родителей, перспективы. Проблема в том, что так или иначе юноша оказывается заложником ожиданий.
Оценки и место в таблице — универсальный инструмент внутри большого спорта, чтобы отслеживать динамику от старта к старту. Для публики же важнее другое: Александр выходит на лед не просто как дебютант, а как сын своего звездного отца. Он борется не столько с соперниками, сколько с тем образом, который был сконструирован вокруг него взрослыми. И это давление не его выбор. Дебют в Анкаре показал, что путь предстоит долгий и не обещает легких побед. Но он также показал, что этот путь начат.
