«Не смотрел российский футбол 4-5 лет, неинтересно». 20-летний талант развалил оборону «Зенита»: дерзкое интервью

«Зенит» традиционно дерзко ворвался в новый сезон: в трех играх (одна из них — в Кубке) игроки Семака сохранили три победы, втолкали 6 голов, а главное — ни разу не пропустили. Ожидалось, что серия уверенно продолжится и в игре против «Родины» в РПЛ в 3-м туре. Московский клуб практически не усилился после выхода в элиту, а в первом туре получил авоську от «Спартака» (3:0).

После первого тайма «Зенит» накопил аж 10 угловых: как говорит Opta, это рекорд за первый тайм в РПЛ с сентября 2023 года, когда все тот же «Зенит» подал 10 против ЦСКА. «Родина» на поле была редко: чаще оставалась без мяча и смотрела футбол из «випки» — хотя хозяева вели всего 1:0.

Во втором тайме игру (и, главным образом, результат) на 180 градусов развернул 20-летний воспитанник «Родины» Артур Гарибян. Нападающий вышел в перерыве, а первый гол дал уже на 59-й минуте.

И меньше чем через 10 минут Гарибян забил второй. Подхватил мяч в центре поля, пронес его к штрафной, обстучался в стеночку с Бакаевым — и получил выход один на один.

После исторического перфоманса герой недели был определен сразу. Гарибян сделал «Родину» первым клубом в истории, который поднялся из Первой лиги и одержал волевую победу на «Газпром Арене» над «Зенитом».

Автор Sport24 Марсель Арзуманян выловил Гарибяна, чтобы узнать раскрывающуюся звезду лиги чуточку лучше.

— Хочется восстановить важные детали исторического матча против «Зенита» и конкретно твоего дубля. Ты первый игрок, который вышел на замену в гостевой команде и сообразил два мяча на «Газпром Арене».

— Вспоминаю — и опять мурашки по коже. Давай!

— Ты уже забивал в этом сезоне — в Кубке «Рубину» (5:0). После этого пришло ощущение, что сейчас пойдут голы?

— Было понимание, что теперь у команды пойдет игра. Появилось спокойствие — осознание, что все не так тяжело, как кажется. В первой лиге тебе не дают вздохнуть, бьют по ногам и висят на тебе всю игру.

— В РПЛ — нет?

— Скажу так: чем выше класс игроков, тем культурнее футбол. Как ни странно, в Премьер-лиге пока чувствую только свободу.

— Твой первый гол в ворота «Зенита» рассматривали минут 10. Не переживал, что отменят из-за офсайда?

— Просто взял мяч и жонглировал им, даже не смотрел, что там решают — был уверен, что засчитают. Почувствовал уверенность еще в перерыве, когда узнал, что выйду на второй тайм — минут за десять до конца первого меня отправили разминаться.

— В первом тайме «Зенит» делал с вами почти все, что хотел. Откуда такая уверенность?

— «Зенит» и правда был заметно сильнее, но футболисты меня поймут: порой у каждого внутри бывает ощущение, что сегодня игра пойдет. А «Зенит» создал небольшое преимущество и подумал, что этого хватит, чтобы победить: им показалось, что во втором тайме будет так же просто, как в первом.

— В какой момент ты понял: это будет твой день?

— У футболистов есть особое чувство уверенности — оно копится в течение недели, тренировочного цикла, когда понимаешь, что ты в хороших кондициях и готов много бегать и много отдавать эмоционально. К этой игре я подошел максимально готовым — и физически, и психологически.

— Что происходило в раздевалке после дубля?

— Иду по «Газпром Арене» — она огромная, пока дойдешь до раздевалки, устанешь. Вижу: весь персонал стоит у входа, а внутри — необычная тишина, я даже засомневался. Оказалось, все ждали меня. Я зашел именно в тот момент, когда тренер начал говорить, — все встали, начали кричать, аплодировать, радоваться. Мурашки!

— После матча ты сказал, что нет смысла бороться за выживание — «за выживание борются слабые, а мы не слабые». Не боишься, что эти слова аукнутся в конце сезона?

— Не хочу отказываться от своих слов — говорю, что думаю. Я правда не считаю нас слабыми.

— В первом туре РПЛ тебя не было: все еще длилась дисквалификация из Первой лиги — за стычку с Хетагом Кочиевым из «Челябинска» в предпоследнем туре.

— Другой футболист «Челябинска» Руслан Байтуков весь матч провоцировал меня, и в какой-то момент я не выдержал — толкнул его плечом, пока он собирался вбрасывать аут. Я поступил неправильно, но без замахов, без ударов руками — просто встретил плечом.

Он тут же бросился ко мне, мы просто постояли друг напротив друга, никто никого не бил.

— Потом началось?

— Из-за спины разогнался Кочиев и прыгнул на меня — поцарапал лицо, пошла кровь из носа. Именно он начал всю потасовку, и его действия были в разы серьезнее моих. А дисквалифицировали нас одинаково.

— Что ты делал во время стычки?

— Стоял, опустив руки. Понимал: если продолжу — рискую получить дисквал на очень долгий срок.

— Зачем Хетаг так влетел в тебя?

— Думаю, это было прицельно. Незадолго до этого я оттер его в борьбе на пару метров и забил гол.

— Что почувствовал, увидев красную карточку?

— Понимал, что так и будет. Главное, что в том матче мы оформили выход в РПЛ.

— В прошлом сезоне ты не забивал почти полгода. Загонялся из-за этого?

— Справедливости ради, тогда я и играл по 10-15 минут. Но в голове держал мысль: если тебе дают даже пять или десять минут, надо использовать их так, чтобы потом ни у кого — и прежде всего у тебя самого — не осталось вопросов, мог ли ты сделать больше.

— Спортивный директор Зинин рассказывал, что накануне матча против «Челябинска» успокаивал тебя: «Артур-джан, гол завтра придет».

— Могу объяснить. Перед этим у нас была очень важная встреча с «Уралом». Я вышел на 25 минут, нашел выход один на один, считай буллит, но не реализовал его. Настолько переживал, что заплакал прямо в раздевалке.

— Плакал в раздевалке?

— Да. Я принимаю футбол очень близко к сердцу, и, если эмоции есть, я их не скрываю.

— Ты же из Одинцово? Сколько катался на тренировки к «Родине»?

— Из Одинцово переехал только пару месяцев назад, потому что съехались с моей невестой. Пять лет, с 14 до 19, катался по полтора часа в одну сторону: двадцать минут пешком до станции, электричка, метро, автобус до стадиона.

— То есть весь прошлый сезон в Первой лиге ты жил в Одинцово с родителями?

— Да, и мог бы жить дальше, если бы не появление моей невесты. Мы решили, что вместе будет лучше и проще — особенно после того, как я сделал ей предложение.

— Как решился на предложение в 20 лет?

— Другое узнай: как мы познакомились?

— Заинтриговал.

— Это было чуть больше года назад, прошлым летом. Бабушка Ани — наша соседка в Одинцово, живем буквально на одной лестничной клетке, мои родители близко общаются с ее бабушкой. Аня часто бывает у нее в гостях, но за столько лет я ни разу не видел ее.

— И как все же нашел ее?

— Был на сборах, когда мама прислала мне ее фотографию — «смотри, какая внучка у Тамары Владимировны». Я сразу растаял. С первой встречи понял: это надолго. Нет, даже навсегда. Теперь она — моя главная поддержка и, как сама себя называет, талисман: часто именно в матчах, где она на трибуне, у меня получается забить.

— Что тебе дают эти отношения?

— Научился брать ответственность, думать не только о себе, но и другом человеке. Многому у нее научился — например, по-настоящему благодарить людей: не просто говорить «спасибо» на бегу, а делать что-то приятное в ответ, чтобы у человека появилась улыбка. Помог преподаватель с предметом — и ты подарил конфеты, а не просто «спасибо, до свидания».

— Она догадывалась о предложении?

— Нет, но я знал, что все будет классно. Обсуждал это с ее отцом — он был только рад и поддержал меня.

— А ты смелый.

— В прошлом сезоне мы выиграли Первую лигу, и клуб организовал поездку в Дубай для всей команды, с женами, детьми, персоналом. Я сделал предложение на 77-м этаже отеля, у бассейна, на закате — попросил ребят из команды сфотографировать нас, они уже знали заранее.

— В РПЛ ты мог оказаться еще зимой: говорят, был конкретный интерес от «Балтики»?

— Я тоже это слышал, но все закончилось на обсуждении предложения между клубами — тогда я был в аренде в костромском «Спартаке».

— Они не отпустили тебя в «Балтику»?

— А за день до конца трансферного окна сказали, что я им не нужен, и я вернулся в «Родину».

— Обсуждал ли ты это с кем-то в «Спартаке»?

— Просто улыбнулся тренеру [Евгению Таранухину], пожелал удачи и уехал.

— Ты допускал, что реально можешь перейти в «Балтику»?

— Конечно, и не скрываю, что хотел этого — это был бы переход на новый уровень. Сказать, что не хотел РПЛ, было бы лукавством.

— Общался ли ты сам с кем-то из «Балтики»?

— Только с Арменом Маргаряном, спортивным директором. И то — я вышел на него сам, уже после всей этой ситуации. Хотел понять, был ли интерес вообще настоящим. Узнал, что все было на самом деле.

— С каким настроем ты возвращался в «Родину»?

— Мне сразу сказали, что в основной команде высокая конкуренция, но, если что, есть «Родина-2». Я тогда хотел остаться с основой и прямо сказал об этом Алексею Николаевичу [Зинину].

— Смело.

— Он тоже так ответил. И сказал, что уважает за смелость. За это время я ни разу не был отправлен в «Родину-2», хотя каждый день переживал, что завтра не окажусь в списке с основой.

«Талалаев еще не работал с таким сильным спортивным отделом, как у нас». Большое интервью о главном чуде сезона

— У тебя есть пару татух. Что они значат?

— Напоминают про веру и терпение. В 17 лет я решил набить эти слова, чтобы всегда иметь их перед глазами.

— Будут ли еще?

— Прошлой весной, 6 апреля, у меня умерла бабушка — она была почти на каждой игре и больше всех болела за меня, верила в меня. Я тогда выпал из футбола примерно на неделю, хотя по ощущениям это были месяцы. Думаю набить что-то, связанное с ней.

— Ты с детства выступаешь за сборную Армении. Был ли шанс зацепиться за сборную России?

— Не думаю.

— Как случился первый вызов в Армению?

— Забавная история: я отдыхал у бабушки в Армении целый месяц — весь отпуск. Знакомый отца, работавший в армянском футболе, позвал потренироваться со своим возрастом «Урарту». Через пару тренировок оказалось, что тренер «Урарту» 2006 года — и тренер сборной этого же года. Он и предложил попробовать себя в сборной.

— У тебя сразу был армянский паспорт?

— Нет, паспорт я сделал только в 18. Когда я в 16-17 лет не хотел оформлять документы, меня перестали вызывать — год не ездил. Только к 18 дал понять, что готов.

— На каком уровне у тебя армянский?

— Родной язык, свободно говорю на нем. Дома старались разговаривать по-армянски — родители твердили, что иначе я его забуду. Очень им благодарен: было бы некомфортно не знать язык предков.

— На кого из действующих игроков РПЛ смотришь с восхищением?

— На Сперцяна, конечно, но он уже уехал. Честно скажу: до попадания в РПЛ у меня даже не было паспорта болельщика — я не смотрел российский футбол последние 4-5 лет, было неинтересно. Только когда «Родина» приблизилась к РПЛ, я начал следить за лигой и игроками — поэтому многих просто не знаю.

— После матча ты задал риторический вопрос: «Что может быть лучше, чем обыграть «Зенит»?» Давай ответим.

— Всегда спорил с друзьями, болеющими за «Барселону», что Лига чемпионов важнее Кубка короля. Хотелось бы когда-нибудь это доказать на деле — сыграть на таком уровне.

— Есть личные цели на сезон — например, по голам?

— Пока цель — закрепиться и адаптироваться. А голы — дай бог, чтобы их было как можно больше. Если загадывать цифру — хотелось бы больше пяти, около восьми.

— Тебя не расстроит, если голов будет меньше?

— Расстроюсь, конечно, хочется забить как можно больше. Я смотрел статистику топ-чемпионатов и заметил, что в России забивают гораздо меньше, чем, скажем, в Ла Лиге, где даже не топ-снайперы забивают по 15 мячей за сезон. Мне всегда было интересно, почему в России так, и именно поэтому мечтаю когда-нибудь оказаться там, в Европе.

Больше интервью на Sport24

«Задели слова Аршавина: «Ты должен спать с мячом». Интервью героя старта РПЛ — он мечтает вернуться в «Зенит»

«Слуцкий выговорил: «Ты от пешехода не убежал!» Не пригодился ЦСКА, а теперь сверкает в РПЛ: интервью Олейникова

Убийство по пьяни, 5 лет тюрьмы, жизнь на зоне и после нее: исповедь Михаила Рекуданова — экс-футболиста «Торпедо»