«Всегда объясняем Арине, что это все благодаря ее результатам». Менеджер Соболенко — о команде первой ракетки мира

Седьмой и заключительный выпуск First & Tour, посвященный Australian Open, знакомит вас с менеджером Арины Соболенко, Андреем Василевским. В интервью вы узнаете, как выглядит его работа изнутри, какие партнеры сейчас у Соболенко, как часто приходят бренды, сколько людей работает на Арину и где она тренируется во время Australian Open.

Ниже основные тезисы из интервью.

«Да, нагревается корт и отдает еще от корта немножко. И, кстати, уже заработал хит-рул, когда они прекращают матчи, потому что слишком жарко. И у них есть 4 или 5 показателей, по которым они определяют, когда становится слишком жарко. Первое — это просто температура, именно на корте. На каждом корте стоят датчики, и они определяют температуру. Потом влажность и еще кое-что, я не помню. В общем, когда это суммировано, есть шкала, не знаю, как она называется. Когда сумма превышает 5 баллов, на аренах закрывают корты. Ой, на аренах закрывают крышу. А на открытых кортах просто прекращают играть вообще, потому что слишком жарко».

«О, это был 2022-й, что ли, год… Да, 2022 год. Я был на каком-то турнире, а после него долго не было никаких турниров. Я как будто бы где-то застрял. Я пишу Арине: «Слушай, Арин, так-то, так-то, не нужно ли тебе поиграть, взять спарринг-партнера на какое-то время?» Арина меня отправила к Антону. Сказала, что они переговорят. Я спросил Антона. Изначально я планировал, возможно, на какую-то американскую серию, на Indian Wells и Майами. Но я в тот момент еще играл, рейтинг был 70. Поэтому я еще был активным игроком.

Когда я пришел в команду, я задавал себе вопрос, как я могу быть максимально полезным для Арины и для команды, потому что я понимал, что она очень хороший спортсмен, теннисистка, которая уже на тот момент добилась очень приличных результатов. Мне хотелось понять, как я могу быть полезен, чтобы как-то улучшить то, что имеется уже сейчас. Мы с Антоном очень много разговаривали на эту тему. Антон говорил, что не очень складывалось именно в плане менеджмента с агентами, были какие-то разногласия. Не предоставляли тот сервис, который она хотела получать. И в тот момент я начал немножко помогать, узнавать, что происходит, как с ней работают.

А мне почему это было интересно? Потому что всю жизнь сам вел все эти переговоры. Были агенты, конечно, но я все равно сам всегда все делал. И в принципе… Для меня было важна и интересна сфера именно менеджмента, где ты помогаешь, договариваешься о чем-то, создаешь условия максимального комфорта. Потихонечку я начал чуть больше помогать Арине в плане менеджмента. И потом я все равно продолжал играть. Это продолжалось на протяжении двух-трех лет.

Для нас очень важно создавать комфорт вокруг Арины, чтобы она не думала ни о чем, кроме таймфрейма. Потому что как только ты начинаешь думать: «А что мне делать в другой сфере? Что мне делать, скажем, где угодно? Организация гостиницы, перелеты, общение с какими-то брендами…» Мы все видим, что у Арины очень много сейчас соглашений. И представьте, сколько времени это занимает. Поэтому мы всегда общаемся… С брендами отдельно, у нас есть Carly и Stu — агенты Арины. И мы всегда с ними общаемся, а Арину подключаем только в самые нужные моменты, когда уже все, как говорится, на блюдечке с голубой каемочкой».

«Мы всегда говорим всем брендам, что вы не наши спонсоры, а наши партнеры. Мы всегда ищем вариант, как мы можем быть максимально полезными для бренда. Потому что если ты просто получил гонорар и выполняешь обязательства, то это называется спонсорство. А партнерство — это когда ты ищешь момент и варианты, где ты можешь быть полезным для компании.

Так вот, вернемся к брендам. Мы подписали Emirates, что очень классно. Это вообще первая сделка у Emirates с теннисистами. У них не было раньше никаких соглашений. Потом мы сейчас буквально пару дней назад объявили о Gucci, что тоже просто невероятно. Меня так гордость наполняет, когда я вижу, как Арина делает фотосессию, и это невероятно. Для Гуччи, и ты понимаешь, что то, где мы начинали… Даже с момента, как я начал помогать как менеджер. И где мы находимся сейчас — это просто небо и земля.

Ясно, что все основное, все, что она сейчас получает, происходит из-за того, что она хорошо играет в теннис. Но правильное бренд-маркет, бренд-позиционирование тоже имеет место быть. Мы много разговаривали на эту тему и с Ариной, и с Джейсоном, и с Антоном. То есть мы всегда объясняем Арине: все, что у тебя есть помимо тенниса, это только благодаря тому, что ты показываешь отличный результат. И все взаимосвязано. Поэтому, если не будет тенниса, то и бренды не будут так сильно заинтересованы».

«Когда мы начинали работать, Арина полностью сама вела свой Инстаграм (принадлежит компании Meta, деятельность которой в России признана экстремистской и запрещена — прим. Sport24). У нее был на тот момент миллион, по-моему, 300, либо миллион 400. И я говорю: «Нам нужна команда social media». Мы начали искать, брали несколько агентств. И опять же, это моя работа — найти подходящую команду. Мы поменяли 3 или 4 агентства social media. Это международное агентство, которое базируется сейчас в Америке. Как за этим уследить? За этим невозможно уследить. Поэтому у нас есть отдельная команда.

Реально, без них, я думаю, можно было бы загнуться. Они очень сильно помогают в плане предоставления всех обязательств для брендов. И эту команду тоже нужно подбирать, потому что не все они могут работать с теннисистами, потому что это отдельно вообще, совсем по-другому. Нужно понимать, что если они работают, скажем, со звездами Голливуда, то у них одно расписание. У теннисистов расписание абсолютно другое. Поэтому нам тоже потребовалось время, чтобы найти хорошую команду.

Мы поменяли два или три раза команду, чтобы были те люди, которые могли нам реально помогать. Потом social media, потом PR. PR — это тоже те люди, которые ищут для Арины фотосессии с журналами, интервью. Самый простой пример: чтобы сделать какую-то обложку, ее нужно спланировать как минимум за полгода. Вау. Поставить на вот эти вот обложки, магазины и журналы. И это тоже, как бы, знаешь, тоже команда должна быть очень-очень хорошая. Поэтому то, что я делал на протяжении последних трех лет, — это создавал команду вокруг Арины.

Сколько человек работает в команде? Я бы сказал, где-то в районе 20–30».