logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo
Ярослав
Степанов

«Говорили: «Не выживет». Был парализован, встал на ноги, хочет вернуться на ковер: подвиг борца из Дагестана Алиева

Минута мотивации.
MMA / Бокс
15 июня 2021, Вторник, 16:45
instagram.com/b.faizudin

Февраль 2020-го. Файзутдин Алиев, работавший крановщиком и посещавший тренировки по грэпплингу, едет на свои вторые соревнования в жизни. Он пытается провести прием, но неудачно приземляется на шею и… его парализует.

Сначала врачи говорят, что он не выживет, потом прогнозируют, что будет жить, но в состоянии «овоща». С тех пор прошло почти полтора года. Алиев обучается профессии зубного техника, посещает спортзал и хочет снова вернуться на ковер, чтобы выиграть соревнования. Историю последних 16 месяцев жизни Файзутдина записал Ярослав Степанов.

— 9 февраля прошлого года вы получили ту самую травму. Как сейчас вспоминаете тот день?

— Разные чувства и воспоминания. И печальные, и радостные. Там все присутствовало: сама травма, потом поддержка. Тяжело описать это.

— Некоторые люди, вспоминая неприятный эпизод из жизни, находят причину, которая к этому привила. Например, могло что-то случиться, чтобы вы не поехали на эти соревнования, и вас могло там не быть. Не думали об этом?

— Нет, вообще об этом не думал. Понимаю, что все происходящее в жизни, так или иначе, должно случиться, это нельзя обойти стороной. Если бы не случилось то, что случилось, могло что-то другое произойти. Еще хуже. От этой травмы я получил много пользы. И то, что я был при смерти, и что прошел весь процесс восстановления. Только пользу получил. Нет, я не говорю, конечно, что если б знал, что сломаю шею, пошел бы на это еще раз (смеется). Но не хотел бы менять ничего. Наоборот, переломом и восстановление — мотивация для меня стать лучше и сильнее, чем раньше. Другие планы и цели на жизнь.

- Тогда вам сделали операцию и только в апреле вы смогли самостоятельно передвигаться. Чем на тот момент интересовались у врачей? Какие у них были прогнозы?

— У меня было очень тяжелое состояние в течение трех-пяти дней после операции. Говорили, что не выживу. Моей маме так и сказали, когда она приехала. Сказали, чтобы готовилась к худшему. Но когда я выжил, сказали, что буду как овощ. Это происходило, когда я лежал со специальной трубочкой для дыхания. Тогда уже удавалось что-то слышать. Прошло около месяца, и я встал на ноги. Врачи, которые говорили, что я умру или буду овощем, полагались на свой опыт. Я хотел доказать обратное. На восьмой день я лежал и вспоминал фильм «Убить Билла». Там девушка, если вы помните, тоже была парализована и разговаривала со своим большим пальцем. У меня такая же ситуация была. Я тоже лежал и разговаривал со своим большим пальцем, все повторял: «Давай, шевелись». И он зашевелился. Постоянно говорил врачам, что встану. Даже после того, как мы переехали в другую больницу, прогнозы врачей были неутешительными. Ко мне подошла врач и попросила показать, что я могу. Я сел, встал, сделал несколько шагов, развернулся опять к кровати и лег. Потом посмотрел на нее, а она в шоке. Сразу начала смотреть бумаги, не веря, что я еще только два месяца назад такую ​​травму получил. Чудо произошло.

- Чем занимались первые полгода после операции?

— Больше двух месяцев провел в больнице. Нас не выпускали даже в коридор из-за пандемии, многие начали болеть. Понимали, что там нет смысла лежать. Я считал, сколько метров в коридоре, ходил, ставил собственные рекорды, уставал. Когда закрыли коридор, мне пришлось уехать домой и лечиться там. Я отлично помню свое состояние в тот момент. Тогда я попросил мать, чтобы она рядом со мной не ходила, что я сам могу. Она согласилась, но все равно сзади за мной ходила. Я пошел в ванную чистить зубы, но почувствовал тошноту и головокружение. Поворачиваюсь и ничего не помню. Оказывается, я сознание потерял, и мама успела меня подхватить. Это был тяжелый психологический момент — снова все тело отключилось, я ничего не чувствовал. Еле в себя пришел. У меня появился страх ходить. Понимал, что если снова потеряю сознание и не так упаду, могу еще больше себе навредить.

Переехав сюда, в Кудрово, я месяц жил с этим страхом, но все равно ходил, старался что-то делать. Моей маме пришлось отъехать по делам, но она попросила, чтобы я ничего не делал и лежал. Когда она ушла, я где-то 40 минут одевался, потом вышел на улицу и прошел до банкомата и назад, это примерно полтора километра. Было очень страшно. Понимал, что если споткнусь и упаду, полечу вниз головой. Но после того, как я преодолел этот путь, я стал быстрее восстанавливаться. Правильно говорят, что все идет от головы, от психологического состояния.

— Я как раз хотел спросить, был ли какой-то случай, после которого вы твердо решили: «Я восстановлюсь и еще смогу вернуться на ковер». Видимо, это и был тот самый случай?

— Момент очень интересный. Я недавно с мамой разговаривал. Она прошла в жизни через огонь и воду, очень сильная характером женщина. Мой отец умер, когда мне был годик, и она осталась с тремя детьми, много чего повидала, через многое прошла. Когда я открыл глаза после операции и увидел свою маму, я подумал: «Мама приехала». От ее поддержки многое зависело. Я понимал, что мамы не хватает рядом, у нее очень сильная энергетика. Прошло 15-20 дней, мама на меня смотрит, и я вижу, как ей плохо, а она говорит: «Ты должен встать на ноги, вернуться и выиграть эти соревнования». С того момента я этим мыслями жил. Недавно позвонил маме и напомнил ей тот разговор, спросил: «Тогда ты пошутила, наверное?» Она ответила: «Конечно, пошутила». Потом начала на меня наезжать: «Какие соревнования!? Занимайся тем, чем сейчас занимаешься!» До этого времени из головы это не выходило, хотел маме что-то доказать. Но меня все равно эта идея не отпускает. Было обидно, такой конец у меня в спорте. Я планирую через два года вернуться… И не имеет значения, какие это будут соревнования — любительские, профессиональные… И выиграть. Чтобы пройти этот психологический барьер. Каждый раз, когда я представляю, что борюсь, у меня шея ломается. Представляешь? Любое мое действие — ломается шея. Даже проход в ноги делаю, и у меня шея ломается. Только так и можно этот страх перебороть. Но это не является моей основной целью. Сейчас я работаю зубным техником и хочу стать хорошим специалистом. Но в спорт я хочу вернуться, а дальше посмотрим.

- А что говорят врачи? У вас не будет противопоказаний для этого?

— Когда я был в больнице, мой тренер разговаривал с моим врачом, который сделал мне операцию. По его словам у меня не должно быть ограничений. Мне сделали две операции — спереди и сзади, как у Йоэля Ромеро. Но все зависит от того, как я буду себя чувствовать. Никогда еще в жизни я так хорошо не чувствовал свое тело. Если бы понимал свое тело еще тогда, когда сгонял 10 кг за 4 дня… Я занимался, тренировался и выступал по дзюдо и самбо. В один момент я решил совмещать работу с тренировками. Первые соревнования получилось выиграть, а вот к этим, вторым, я практически не готовился. Я работал на башенном кране. Совмещать такую ​​работу с соревнованиями и при этом побеждать — практически невозможно. Согнав столько веса, я не восстановился, когда вышел, почувствовал, что организм меня не слушает. Думал, закончу досрочно и поеду домой, но меня увезли не домой, а в больницу. Говорят, ограничений не должно быть — все по самочувствию. Никто так хорошо не понимает мое тело, как я.

Вообще, люблю ставить перед собой цели. Прямо сейчас у меня стоит цель подтянуться один раз до конца месяца. Пытался подтянуться, но не получается — мышцы атрофированы. Я поделился своей целью в инстаграме, и ее у себя выложил боец ​​UFC, потом закинули в какие-то группы. Придется серьезно доказывать, что я смогу подтянуться через месяц. Буду работать на тренажерах, жгутами и резинками. Это моя ближайшая цель.

— Ваша ситуация вызвала серьезный резонанс. Какие известные бойцы ММА и борцы тогда оказали вам поддержку?

— Когда я еще в реанимации лежал, мне показывали видео, там была поддержка от многих. Юсуф Раисов, Муслим Салихов, Тимур Валиев, Забит Магомедшарипов, Ислам Махачев… Ислам, кстати, обещал мне схватку, когда я на ноги встану. Жду. Все, за кем я следил, отправили мне слова поддержки. Они этого не афишируют. Скорее всего, они и финансово мне помогали. Некоторые афишируют, некоторые нет. Но поддержка была.

— А не было мысли после восстановления попробовать себя в смешанных единоборствах?

— Скорее всего, нет. У меня есть знакомый, к которому я раньше ходил на бокс, и у меня неплохо получалось. Через полтора месяца планирую вернуться к нему в зал. Но ММА я не рассматриваю. И так борьба через два года — слишком опасное дело. Но ММА… А если с ноги попадут в шею? Будет сплошной хейт, несмотря на исход.

— Просто сейчас довольно популярны ММА в формате ютуб-промоушенов, где периодически выступают просто медийные люди. И у вас, конечно, крутая история: пережили тяжелую травму, были на грани жизни и смерти, а в итоге вернулись. Но тут, насколько я понял, что-то, что можно сравнить с, например, состоянием Криса Вайдмана или Андерсона Сильвы, которые, сломав ногу после нанесения лоу-кика, опасались бить лоу-кики.

— Как раз у меня такой момент был, когда я пошел и потерял сознание. Потом был страх даже ходить. То же и сейчас. Закрываю глаза, борюсь, и у меня шея ломается. Любой прием — постоянно ломаю шею. Тяжело жить с этим страхом. Во снах вижу, как шею ломаю и оказываюсь парализованным. Потом просыпаюсь, начинаю шевелить руками и радуюсь, что это просто сон. Хочу поставить себе цель, подойти к этому профессионально и выступить. Уверен, все будет нормально, и страх уйдет.

— У вас было много времени, чтобы подумать. Удалось что-то переосознать?

— Помню, как после травмы увидел маму, как она улыбалась, но я понимал, что она делает это специально, чтобы мне не было еще хуже. Когда она вышла за дверь, начала рыдать, я это все слышал. Теперь хочется сделать так, чтобы она не переживала, чтобы ей было хорошо. Но я все равно хочу выйти и побороться через два года. Если она это увидит, обязательно позвонит и будет наезжать на меня.

Еще нужно слушаться свое тело и беречь здоровье. Сейчас, встав на ноги, я очень хорошо понимаю тех, кто продолжает быть прикованным к креслу и кровати. Я чувствую себя плохо, даже начинаю паниковать, когда я вижу таких людей. Понимаю, что они переживают и чувствуют. Родителям спокойнее, когда их дети учатся, избегают конфликтов на улице. Нужно вести себя так, чтобы мать была довольна. Она столько всего пережила: 9 месяцев продержала меня в животе, родила, вырастила, столько времени на меня потратила, а тут я вырос каким-то непонятным человеком. Нужно стараться не делать плохо своей матери и беречь здоровье.

Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

Скачать приложение Sport24 для Android

Скачать приложение Sport24 для iOS

Понравился материал?
0
0
0
0
0
0
Поделиться