Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo
ХоккейКХЛ
26 августа 2020, Среда, 09:00

«Если бы за отъезд в Америку нужно было платить — уехал бы, чтобы отбить деньги». Педан — о мечте, запретах и КХЛ

РИА Новости
Дмитрий Ерыкалов
Поделиться
Комментарии
Большое интервью защитника «Ак Барса».

Андрей Педан — один из самых габаритных и жестких российских защитников в КХЛ. Воспитанник «Крыльев Советов» и «Динамо» довольно рано уехал в Северную Америку и на протяжении восьми лет пытался пробиться в НХЛ через низшие лиги. Два года назад он вернулся на родину, подписав контракт с «Ак Барсом». Sport24 пообщался с защитником казанского клуба — главного фаворита предстоящего сезона.

«Хотел бы сыграть против тройки Зарипов — Зиновьев — Морозов. Еще в детстве восхищало, как они владеют шайбой»

— Недавно в Казани прошел Taneco Кубок чемпионов, где собрались четыре из шести обладателей Кубка Гагарина. Какой финал, какое чемпионство запомнили лично вы?
— Если честно, на заре КХЛ я не особо тогда следил за хоккеем. Единственное, что помню — когда был в детской школе «Динамо», ходил на хоккей, Казань приезжала с их тройкой Зарипов — Морозов — Зиновьев. Это единственное, что я так помню. В «Динамо» Толпеко играл. А за финалом каким-нибудь я не следил.

— Почему вы выделили Дениса Толпеко? Не самый очевидный кандидат.
— Как-то он выделялся среди всех скоростью. Он был как в рекламе Duracell. Его, помню, Ореховский тогда еще играл, а потом он был тренером СДЮШОР. Плюс вратарь Еременко, который до сих пор в «Динамо». С Афиногеновым меня познакомили, когда «Атланта» с «Филадельфией» играли.

— Вы тогда ездили в Америку?
— Там был детский турнир. Олег Олегович Ореховский был тренером. Он общался с Антроповым, Артюхиным и Афиногеновым. Вот мы и пошли на тот матч. Мы с Афиногеновым тренировались потом в Канаде у Гарри Робертса в «Торонто». Там мы уже нормально общались.

— Как я понимаю, к Гарри Робертсу ездили многие русские, включая Никиту Зайцева.
— Да, я сейчас с Никитой очень хорошо общаюсь. Мы с ним в Москве тоже тренируемся у одного тренера.

— Это из-за того, что вы «крыльевские»?
— Наверное, в этом тоже есть доля правды.

— Никита в 18 лет ездил к Гарри Робертсу и говорил, что приходилось тратить достаточно много денег. Это действительно затратные лагеря?
— Да, это дорого. Мне тоже тогда отец дал денег, из-за которых чуть не обнищал. У нас принцип в семье, что ты не должен сидеть на родительских плечах. Когда я первую зарплату получил, меня сняли с довольствия, сказали, чтобы сам учился распоряжаться деньгами.

— Сколько была первая зарплата?
— Тысяча двести канадских долларов, плюс там была квартира. Бабушка приехала, мы с ней жили. Оставалось там на кинотеатр, на сендвичи.

— Что дал вам Гарри Робертс?
— Я бы не сказал, что мне очень понравилось. Мне кажется, в то время он был просто более раскручен. В России много специалистов, которые не отстают.

— Вы вспомнили казанскую тройку, каково вам сейчас играть в одной команде с Зариповым?
— Когда приехал, было непривычно, это же легенда. А потом, когда вживаешься в коллектив, общаешься с ним, не скажешь, что он себя как-то позиционирует выше остальных. Он один из ребят, очень легкий в общении, без короны.

— Против какой тройки из прошлого КХЛ ты хотел бы сыграть?
— Против этой казанской тройки и хотел бы сыграть.

— Радуловым никогда не восхищались?
— Мне нравится его характер, стиль игры, что он как злая собака. Он не сдается. Но меня больше восхищало владение шайбой от той тройки. Это не прямолинейный хоккей, а владение шайбой, открывания, передачи. Я думаю, простой человек даже не подумал бы отдавать такие передачи.

— Сейчас у нас таких троек нет?
— Зарипов есть же.

— Но Морозов президент лиги, а Зиновьев бизнесмен.
— В ЦСКА совсем недавно были Капризов, Григоренко, Вей. У них был интересный хоккей. У нас тоже хорошо молодые ребята играют, тот же Галимов далеко не прямолинейный. В каждой команде есть игроки: Шипачев и Яшкин.

— Болельщики будут скучать по Линусу Умарку. У вас было шесть очных матчей, с облегчением вздохнули после его ухода?
— Нет. Понятное дело, что он был ключевым игроком «Салавата», но я бы не сказал: «Фух, Линуса не будет». Для меня он лидирующий игрок одной из команд, и все.

— Он неприятный?
— Очень много футбольных моментов в его игре присутствует. Он может упасть, схватиться за что-нибудь. Такие эпизоды мне не очень нравятся. А так, как игрок для своей команды он полезен, мог из ничего заработать на себе удаление.

«Не надо приходить как толстый из Angry Birds, но и как модель с кубиками хоккеист выглядеть на обязан»

— Кто самый неудобный нападающий в КХЛ для вас?
— Я бы так не выделил никого. Не люблю играть против маленьких. Тяжело против них в углу играть. У меня может быть локоть на уровне их головы, чуть заденешь, сразу получаешь две минуты. А так, много неприятных. Например, Кузьменко в СКА. Он техничный, быстрый. Везде есть такие игроки. Также бывают матчи, когда хоккеисты на пике своих кондиций и просто у них все получается. Ты за весь сезон не назовешь этого игрока, а на этом отрезке он в огне.

— Азеведо тоже низкий, он мучает вас на тренировках?
— Мы друг друга мучаем. Все равно со своими ты аккуратнее сыграешь, чтобы не нанести травму. Я бы вообще не сказал, что у нас есть первое или четвертое звено, все ребята могут играть на лидирующих ролях, все техничные. У всех есть свои плюсы. Понятное дело, что с тройкой иностранцев потяжелее, поинтереснее, но все равно все ребята показывают уровень.

— Вы — габаритный силовой защитник, многих «раскалываете». А кто «раскалывал» вас, против кого выходить страшно?
— Если честно, у меня нет такого. Не могу кого-то выделить. Есть много ребят, которые с виду не габаритные, а на самом деле очень жестко и плотно встречают. Иногда ты отдал пас и не ждешь, что тебя сейчас воткнут, а иногда на тебя несется кто-нибудь огромный, ты уже ждешь удара, а он об тебя разваливается. По-разному. Много плотных ребят: Плотников тяжелый, Яшкин тоже тяжелый, Хартикайнен. Вот такие габаритные ребята. Но при этом Яшкин и Плотников играют в силовую, а Хартикайнен — нет, только если его разозлить.

— А у вас получалось?
— Думаю, да. В дерби все злые.

— Видели фото, в какой форме Хартикайнен подошел к сезону?
— Я на самом деле не сторонник такого, что если у человека такое телосложение, что он сам по себе плотный, то ему это мешает. Есть ребята худые, им говорят набрать массу, они ее набирают и становятся медленнее. А есть, наоборот, плотные, которым говорят худеть, из-за чего начинают по-другому себя чувствовать. Я считаю, что это индивидуально. Понятно, что не надо приходить как толстый из Angry Birds, но у всех свое телосложение. Я не считаю, что игрок должен выглядеть как модель с обложки с кубиками. Тем более в нашем виде спорта. Если процент жира очень низкий, то намного больше становится возможность получить травму.

— В России и Америке к этому одинаково относятся?
— Думаю, да. Но это зависит все от человека, как ты знаешь свое тело. Думаю, сейчас это уже более развито, все понимают, какие у кого характеристики.

— В 2010-м вы уезжали из «Динамо» за океан и сразу же произошло объединение с ХК МВД, пришел Знарок и выиграл два чемпионства. Как вы из Канады смотрели на это?
— Я тогда вообще в сторону России не смотрел. Для меня тогда Россия была — родственники, «Крылья Советов», друзья из «Динамо», и все. Я вообще не думал про КХЛ, все мое внимание было на попытках пробиться в НХЛ.

«Не думал, что Гальченюк пробьется в НХЛ в 18 лет. В «Динамо» он играл в третьем звене»

— Сейчас многие игроки уезжают в таком же молодом возрасте. Как созревает решение?
— Мне тогда североамериканский стиль был ближе по игре: жесткий, быстрый. Плюс у нас в юниорской лиге пять с половиной тысяч приходило на трибуны. Я даже не знал, с чем сравнивать. В МХЛ я не играл, в ВХЛ потренировался две недели. Не было практики игровой в России. Я только знал от агентов и от ребят, что за хоккей в Америке.

— Велика роль агента в переезде?
— Я думаю, это еще зависит от родителей. Если у тебя есть полная поддержка и тебя не особо контролируют, понимают, готов ли ты туда из дома уехать и попытаться самому выучить язык и перестроиться. Многие ребята были не готовы перепрыгнуть этот барьер. Мне там сначала было тяжело, а потом привык. Если бы еще раз нужно было так сделать, я бы так же 10 раз переехал.

— Сейчас Госдума готовит закон о новом «железном занавесе». Если бы пришлось заплатить круглую сумму за отъезд туда, тя бы поехал?
— Думаю, я бы поехал с дополнительной мотивацией, чтобы отбить деньги.

Getty Images

— Вы играли в юниорской сборной с Якуповым и играли с ним в лиге Онтарио. У вас есть объяснение, почему у него не сложилось на взрослом уровне?
— Не знаю всей ситуации. Где-то он адаптировался, а где-то нет. Я и сейчас считаю его высококлассным игроком, поэтому мне тяжело сказать. Понятно, от него были огромные ожидания как от первого номера драфта. Но я бы не сказал, что не сложилось. Я привык за собой следить, поэтому мне тяжело оценивать.

— Вы взяли бронзу на ЮЧМ, там была тройка Якупов — Григоренко — Кучеров. Это самая крутая тройка, которую ты видел?
— Тогда ты не знаешь, кто и где будет играть. Ты просто играл с ними наравне в ДЮСШОР. Многие в детстве играют ярко, подают надежды, а потом проходит несколько лет, и этот человек уже не играет в хоккей. А есть такие ребята, которые в четвертом звене выступают, а потом попадают в НХЛ.

— Кто из ребят вашего возраста пробился, от кого не особо ожидали?
— Гальченюк. Он в третьем звене «Динамо» играл. Был хороший бросок и катание, но я не мог предположить, что он окажется в НХЛ в 18 или 19 лет.

— Как вы его воспринимали? Как русского, белоруса или американца?
— Мне кажется, без разницы, какой у тебя паспорт. Мы его воспринимали как русского.

«Если играешь просто за деньги — можно сидеть на попе ровно. Когда надоест хоккей — повешу коньки на гвоздь»

— Егор Яковлев говорил недавно, что правила опять перестраиваются и из-за этого много удалений. Вам как большому игроку становится сложнее?
— Мне так же, как всем. Не сказал бы, что сложно. Просто некоторые нюансы появляются в игре, которые направлены на улучшение качества.

— К чему сейчас мы идем с этими изменениями?
— Надеюсь, что будет положительная динамика. Начнется сезон, увидим, к чему привели новые правила. Тяжело сказать. Одно дело увидеть правило на картинке, а совсем другое — посмотреть как они будут применяться, приведет ли это к большим ошибкам.

— Не складывается ли у вас впечатление, что сейчас КХЛ становится очень молодой, где не так уж много состоявшихся мастеров?
— Нет, это просто обновление, как и везде. С каждым годом приходят новые молодые ребята и стараются отобрать чье-то место, это норма. У нас доверяют молодым, это правильная тенденция. Если игрок физически готов играть в КХЛ, то не давать ему шанс из-за возраста как раньше — несправедливо. Думаю, поэтому многие раньше и уезжали, так как доверия к молодым игрокам намного меньше было. Все зависит от тренерского штаба и руководства.

— Много разговоров про потолок зарплат. До какого уровня должны упасть зарплаты, чтобы русские игроки поехали в Европу?
— У всех разные запросы. Кому-то хватит одной суммы, а кому-то всегда мало.

— Вам как человеку, уезжавшему в молодом возрасте за океан, проще сорваться куда-нибудь в Швейцарию или Финляндию?
— Смотря зачем. Здесь меня почти все устраивает. Там другое качество жизни, кто-то за этим едет. Все от человека зависит.

— А как вам качество жизни в России?
— Меня здесь устраивает. Я восемь лет был в Америке, не видел, как у меня братья растут. А тут у меня в часе лета родители и братья.

— Вы сказали, что раньше видели себя только в американском хоккее, за эти годы не произошло разочарования?
— Нет, я не жалею. Ни в каких моментах не разочаровался. Может быть, где-нибудь поступил бы иначе. Но я бы не сказал, что разочарован своими годами там, я доволен. Мне нравилось там. И сейчас тоже нравится. Мне везде нравится!

— Инсайдеры писали, что у вас был вариант вернуться в НХЛ. Было ли в реальности что-то подобное?
— Было. Я всегда говорю, что не закрываю дверь туда. У меня всегда есть такие мысли, почему нет? В АХЛ я бы сейчас не поехал, а в НХЛ — да. Конечно, все хотят играть в лучшей лиге. Если здесь сделают такие же условия и будет такой же ажиотаж, подготовка и спрос, то все захотят играть в КХЛ. Мне кажется, нормально стремиться играть в лучшей лиге мира. Если ты играешь просто за деньги, то можно сидеть на попе ровно.

— А много таких игроков вокруг?
— Не знаю, но я уверен, что такие есть.

— Когда вы потеряете интерес, закончите с хоккеем?
— Да, повешу коньки на гвоздь. А зачем мучиться? Жизнь не такая длинная, чтобы тратить время на вещи, дела и людей, которые тебе неинтересны.

— Люди боятся нового этапа, могут оказаться невостребованными в каких-то делах.
— Это их личные проблемы. На самом деле очень много вещей, которые можно попробовать и в 30, и в 40, и в 50 лет. Можно даже сменить локацию и переехать куда-то, многие так начинают. Все зависит от того, какой у тебя склад ума. Ты хочешь, чтобы было комфортно или ты готов выйти из зоны комфорта и попробовать что-то новенькое?

— Какая лига вам подходила больше всего?
— А они все более-менее похожи. Просто между АХЛ и НХЛ разница в том, что АХЛ более жесткая и грязная. А в НХЛ хоккей такой же техничный и силовой, но менее грязный.

— Сейчас КХЛ переходит на канадские коробки. Уравняет ли это хоккей по всему миру?
— Я думаю, да. Хоккей будет более интенсивный и силовой, а там уже все будет зависеть от стратегии. Но хоккей точно будет быстрее, это повысит зрелищность.

— Квартальнова долгие годы считают одним из самых североамериканских тренеров из всех русских. Вы согласны с этим? Можете представить его тренером в АХЛ?
— Мог бы, почему нет? Особенности менталитета — это уже вопросы персональных отношений руководства и тренера. Там же в основном вторая команда должна подстраиваться под первую, чтобы в случае вызова в НХЛ игроку не приходилось учить новую систему. Ты играешь с другими ребятами в том же самом стиле. Там все идет от первой команды: расстановка, выходы из зоны, форчек. Все нюансы идут из первой команды.

«Чтобы сделать мельницу как Каспарайтис, мне нужно задницей сесть к пяткам»

— В прошлом году вас вызывали в сборную России на Евротур. Не было неловкости из-за того, что вокруг почти одни игроки СКА и ЦСКА?
— Нет, мне без разницы. Если руководство приняло решение пригласить этих ребят, значит, они на данный момент для них наиболее интересны.

— Но у вас не складывается ощущения, что из СКА и ЦСКА проще пробиться в сборную, чем из «Ак Барса»?
— Это не мне решать. Вызвали — хорошо, если нет, то будет время подготовиться к следующей части чемпионата. Нет такого, чтобы я переживал, что у нас никого не вызвали.

— Болельщики не очень любят Евротур.
— Все равно должна же быть какая-то практика у национальной сборной. Вдруг в НХЛ все русские попадут в плей-офф. Должен же кто-то играть.

— В Евротуре хоккей отличается от КХЛ?
— Я бы сказал, что он быстрее. Может быть, менее силовой, но сам хоккей побыстрее. Собираются лучшие игроки из команд, хоть и не на всех Евротурах.

— Вы родом из Литвы, откуда и Дарюс Каспарайтис — тоже жесткий защитник. Брали с него пример?
— У меня нет кумира, но мне всегда нравился его стиль игры. Он жесткий, не особо габаритный, но с характером. Я всегда симпатизировал ему. Потом в «Сан-Хосе» играл Зубрус. Я как-то против него даже играл в «Ванкувере» на предсезонке. Он вдоль борта ехал, я сыграл в тело, специально бить не стал. Но на меня накинулся его партнер по команде, подрались. У Зубруса тогда уже 1000 игр было за плечами. Ветеран, которого нельзя трогать.

— Мельница, которую любил Каспарайтис — это больше понты?
— Мне кажется, в его случае это просто стиль игры. Ему было комфортно это делать. Я бы хотел уметь делать мельницу, но для этого мне нужно, чтобы против меня играли ребята по 2,10 метра. А так, мне тяжело, мне надо задницей к пяткам сесть, стать как пенек.

«Не сразу понял, как играть против братьев Седин, чтобы не потерять сознание»

— Илья Воробьев прокомментировал эпизод с Ховановым. Был такой посыл: «Ты молодой, только приехал, куда лезешь?» А вообще в хоккее такая дедовщина существует?
— Есть какие-то общие правила. В НХЛ первыми выходят те, кто уже играл, а потом молодые. Но какой-то жесткой дедовщины нет. Просто есть субординация, ты должен уважать всех партнеров, а про ветеранов ты где-то в подсознании должен понимать, что эти ребята уже где-то на другом уровне. А в раздевалке они ведут себя как обычные люди. Братья Седины на улице вели себя по-обычному, не скажешь, что это великие хоккеисты.

— Вы их различали?
— Сначала нет, а потом да. У одного зубы передние сделаны, а у второго череп чуть уже. Это уже потом замечаешь.

— Есть ли в мире хоккеисты, которые лучше понимают друг друга на льду?
— Я думаю, нет. Их можно с закрытыми глазами на большинство поставить, они будут просто отдавать и принимать. Один раз против них делали упражнения пять на три, у меня уже голова закружилась. Я потом понял, что нужно как можно меньше поворачиваться, чтобы не упасть без сознания. Они и как люди одни из лучших командных игроков.

— С вами лично они общались?
— Они легенды, но с ними вообще спокойно все. Могут сами подойти и позвать куда-нибудь поесть. Да любой вопрос они спокойно воспринимают.

— В этом плане они похожи с Зариповым?
— Да, Заря такой же легкий на подъем. У него нет такого, чтобы с этим общаюсь, а этот молодой. Он со всеми на одной волне.

— Я хожу по Казани, вижу то одну фигурку Зарипова в баре, то он на доме нарисован.
— Он это заслужил. Легенда.

— Седины в Ванкувере так же мелькали?
— Да. Мне кажется, если они по улице будут идти, то каждый второй будет просить фотку или автограф.

«Люди легкомысленно относятся к коронавирусу. Случаются вспышки, а они идут жарить шашлыки»

— Как вы считаете, коронавирус существует?
— Думаю, да.

— Просто мне кажется, что хоккеисты относятся к этому легкомысленно.
— Мне кажется, вообще много людей относятся легкомысленно к этому. Случаются вспышки, а люди идут жарить шашлыки. Относятся безответственно. Если ты молодой, то можешь переболеть, и все, но ты можешь прийти домой к бабушке, и у нее начнутся большие проблемы. Это зависит от людей. Мы всей семьей сидели на карантине. Если хочешь с кем-то погулять, то обратно не возвращаешься, живешь у себя на квартире. Поэтому мы пользовались доставкой, в магазине покупали полную машину продуктов. А кто-то спокойно шарахался где-то.

— В марте люди ездили в Сочи.
— Да. Есть же люди, которые верят, а есть те, кто вообще ничего не боится, пока сам не столкнется.

— В «Сочи» умер администратор. Как вы считаете, для хоккейного мира это может быть звонком?
— От этого никто не застрахован. Все должны соблюдать правила защиты. Это норма во всем мире. Никто не знает, как все сложится. Ты можешь и в маске заболеть. Нужно быть аккуратнее, не ходить в кино, не сидеть толпой в ресторане. Сейчас все открыли, но вакцины еще нет.

— Один хоккеист из КХЛ мне признался, что во время карантина он жил на 30 тысяч рублей в месяц. Вы считали свои расходы?
— Цифру я так не скажу, но на карантине только продукты покупал. Единственное, в чем я себе не отказываю — это в еде. Я считаю, если ты профессиональный спортсмен, то ты не можешь ограничивать себя в качестве продуктов. Хорошую машину же ты не станешь заправлять 92-м бензином. То же самое касается и питания спортсменов.

— Что вы первым делом сделаете, когда все это закончится?
— Я так весело провел время с семьей, что даже не хочу куда-то на море. Вообще я бы слетал отдохнуть, где вода голубая и белый песок. В кино не очень хочу, я уже все пересмотрел, у меня все подписки есть. По болельщикам соскучился. 25% лучше, чем ничего, но атмосфера не создается, нет электричества в воздухе.

— Что бы ты взял с собой в «пузырь», если бы был игроком НХЛ?
— Даже не знаю. Книг бы взял побольше.

— Книги лучше приставки?
— По настроению, по ситуации. Дома я редко читаю, больше в поездках. А дома смотрю фильмы и сериалы.

— Можно там сойти с ума?
— От чего? От изоляции? Я бы мог выйти на улицу, подышать, погулять. А в квартире сидеть тяжеловато. Мне кажется, любой человек, находящийся в одном месте 24 часа в сутки, найдет то, что ему не понравится.

Понравился материал?
0
0
0
0
0
0