logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«Доктору «Тампы» показали клип «Я роняю Запад», он оценил». Интервью молодой русской звезды НХЛ

Яркое интервью Михаила Сергачева — одного из самых крутых русских защитников НХЛ.

ХоккейНХЛ
8 ноября 2019, Пятница, 11:00
Getty Images

Сергачеву только 21 год, а он уже проводит третий полноценный сезон в НХЛ. На драфте его выбрал «Монреаль» в первом раунде под 9-м номером, через год его обменяли в «Тампу», где Михаил быстро завоевал доверие тренера. В 20 лет он уже играл на чемпионате мира в составе сборной России. В текущем сезоне у защитника в 13 матчах 8 (0+8) очков и лучший показатель полезности в клубе «+6». За несколько дней до матчей с «Баффало» в рамках NHL Global Series Михаил дал большое интервью Sport24.

«Все думают, что в «Тампе» что-то ужасное происходит»

— Вы уже несколько дней в Стокгольме, адаптировались к часовому поясу?
— Еще не до конца, плохо сплю, но к матчам должен себя чувствовать хорошо. А так, город классный, уже был тут несколько раз.

— У вас тут много командных мероприятий?
— Каждый день два-три человека участвуют в мероприятиях для фанатов, смотрят Стокгольм. Ну и ребята командные ужины организуют, недавно ходили в бар смотреть американский футбол.

— По климату, Швеция — идеальная страна для вас?
— На самом деле уже скучаю по Тампе. Мы тут вышли на улицу, а температура в районе нуля, теплых вещей с собой почти не взял, перчаток нет, я замерз. Ну вообще говоря, этому городу идет холодная погода.

— В Стокгольм в составе «Баффало» приехало шесть шведов, в «Тампе» есть только Виктор Хедман. Наверное, и стадион будет за «Баффало»?
— Надеюсь наш один Хедман перевесит всех шестерых шведов в Баффало. Мы в регулярном чемпионате 41 матч играем на выезде, поэтому привыкли к чужим трибунам. В Стокгольме арена будет новой и для нас, и для соперника. Знаю, что очень много народу из России приедет болеть именно за нас. Мне кажется, у «Тампы» в принципе болельщиков больше, чем у «Баффало». Наши болельщики поддерживают команду очень страстно.

— Кто-то из ваших друзей или семьи приедет на матчи в Стокгольм?
— Родители не смогут, но несколько друзей приедут поддержать.

— Сколько вам билетов из клуба дали?
— Предполагалось, что по два билета на человека, но европейцам досталось больше. Виктор Хедман, по-моему, 50 билетов забрал. Я взял десять. Кучеров с Васей (Василевский. — Sport24) — по четыре-шесть.

— В этом октябре часто заглядываете в турнирную таблицу?
— Да нет. На самом деле все думают, что у нас что-то ужасное происходит в команде, но это не так. Мы немножко поменяли тактику, стараемся больше внимания уделять защите, не всегда получается, но ребята стараются. Мы усердно провели октябрь, очень много тренировались, занятия были прямо очень тяжелыми. Считаю, что команда прибавила в борьбе в углах. Возможно, сейчас немного жертвуем атакой, но мы на правильном пути. В прошлом году, когда мы выиграли 62 матча регулярки, везение стало серьезным фактором, в некоторых матчах мы не заслуживали победы, Вася выиграл их за нас. Сейчас команда не расстраивается, мы все прекрасно понимаем и идем к своей цели. Конечно, есть моменты, когда кто-то недорабатывает, ребята расстраиваются, но мы на верном пути. Плей-офф у нас в приоритете.

— У вас было пять дней на тренировки перед играми с «Баффало». Это полезно или лучше играть?
— На самом деле, лучше бы мы играли через день. Время тренироваться у нас всегда есть. Сейчас во время занятий больше тактики.

«Намного легче играть 24 минуты, чем 18»

— Поговорим о ваших удачных матчах. Первая игра сезона с «Флоридой» — три ассиста, и самый результативный матч в карьере в НХЛ. Вы были довольны?
— Первая игра, конечно, прошла классно. Сейчас для меня важно играть стабильно в каждой игре и продолжать зарабатывать больше времени на льду.

— Вы весной шутили, что в прошлом сезоне думали заканчивать карьеру после 20 матчей без голов. В этом году мысли такие же или восемь передач сглаживают впечатление?
— Нет, сейчас без разницы на эти очки. Мне главное — качественно играть, и в итоге мое будущее будет зависеть от того, какую пользу я приношу команде. Понятно, что я атакующий защитник и должен набирать очки, но на данный момент моя цель — стать двусторонним защитником, чтобы мне доверяли в обороне. Тогда мое игровое время повысится, и я смогу много играть и в атаке, и в обороне. Хочу, чтобы тренеры мне доверяли.

— В матче с «Айлендерс» у вас во второй раз за карьеру айс-тайм был выше 24 минут. Играть так намного сложнее, чем 18 минут?
— Я бы сказал, что это намного легче. Твоя голова все время в игре, ты не мерзнешь на скамейке. Даже если ты сделал ошибку, то быстро про нее забываешь и выходишь дальше играть. За 24 минуты ты сделал одну-две ошибки, и твоя игра в целом выглядит неплохо, потому что ты успел сделать и много полезного. На две ошибки никто не обратит внимание, а когда играешь 16-18 минут, то даже одна ошибка сразу видна. В матче с «Айлендерс» мне понравилась моя игра и игра команды. Я хочу играть так.

— Вы в целом довольны своей игрой?
— Я считаю, что я прогрессирую каждый год, в этом году моя игра стала более зрелой.

— В команде у вас лучший показатель полезности «+6».
— Ой, это на самом деле не всегда отражает действительность. Мне повезло, что я много раз выходил на лед, когда мы забивали голы. А вот с «Айлендерс» я за три минуты схлопотал «-2»: забили гол, а потом еще один в пустые ворота. То же самое с «Рейнджерс» было. Так что не предугадать, какой у тебя будет показатель полезности.

«Злился, с девушкой не разговаривал»

— У «Тампы» есть психолог. Часто ли вы к нему обращаетесь?
— Он устраивает командные собрания, рассказывает о целях, как к ним идти, помогает разобраться с негативными мыслями. Не знаю, всем ли это помогает или нет. Он говорит правильные вещи, но невозможно все время поступать правильно.

— Читала, что психолог «Тампы» посоветовал вам приложения с медитациями: для сна, баланса, гармонии. Как помогает?
— В принципе очень интересно. Помогает совладать с собой, иногда эмоции берут верх, и ты делаешь всякую ерунду на льду и в жизни. Приложение помогает видеть плюсы в минусах.

— Как вы ведете себя после неудачных матчей. С вами лучше не разговаривать?
— После первых нескольких матчей я очень сильно нервничал, потому что не получалось что-то. Даже если сыграл хороший матч, но отдал одну неточную передачу, то злился, с девушкой не разговаривал. Но в последнее время стал спокойнее, понимаю, что можно злиться, а можно просто посмотреть момент, разобрать его и больше так не делать.

— Летом вы изменили подготовку в сезону. В чем именно?
— Этим летом было больше индивидуальной работы на льду. В этом году зала осталось такое же количество, но прибавилось тренировок на льду. Много работал над катанием, над руками, над броском и точностью передач. То, что мне нужно было, я сделал это.

— Вы же много плавали, работая над выносливостью в анаэробном режиме. Эффект почувствовали?
— Это был лучший воркаут, который я когда-либо делал. Это очень тяжело, особенно когда плаваешь с маленькой маской, ты пытаешься всосать воздух, а он не всасывается. Ты должен чуть-чуть медленнее плыть, чтобы не задыхаться. Таким образом, легкие раздуваются, и потом легче дышится. Плавали с трубкой и парашютом. На руки надевали утяжелители, получается, они проваливались в воду, а тебе надо равновесие держать, тем самым работал пресс. Тренировки были очень разнообразные, много работали над скоростью, прыгали через барьеры, бегали в лесу, в зале занимались.



— Вы тренировались с Орловым и Гусевым. Чему научились у них?
— Я вообще не знал сначала, что буду работать с Гусевым. У нас с Димой один агент, мы решили вместе в Москве готовиться к сезону. Я давно хотел поработать с Орловым, потому что мы оба защитники, мне нравится, как он играет. Дима очень техничный, прекрасно видит поле, сильно бросает. Работа с Гусевым — еще один большой плюс. У нас в принципе собралась хорошая компания: были еще братья Барбашевы, Липанов. Было интересно узнать, как Орлов действует на синей линии, как он катается. Дима очень спокоен, понимает, сколько у него места и времени есть. Мне к этому надо прийти. С Гусевым то же самое, все технические игроки, как он или Кучеров, умеют пользоваться пространством.

— Гусев был главной звездой КХЛ, в «Нью-Джерси» столкнулся с дикими проблемами, пропустив даже три матча подряд. Удивлены?
— Я знаю, что Гусь всегда работает и старается, верю, что все у него получится.

«Голос Ани Седоковой сразу узнал»

— Киселевич рассказывал, что в ЦСКА, как только что-то напишут о ком-то из хоккеистов, то в команде человеку головы не поднять. Как у вас в «Тампе»?
— Да во всех командах, наверное, так. Если кто-то скажет что-то смешное в интервью, то, конечно, будут подколы. Не жесткие, а в шутливой форме. Никто ведь никого не хочет обидеть.

— Слабохарактерным и обидчивым, наверное, не выжить?
— Таких здесь просто нет. Слабохарактерных вообще нет ни в НХЛ, ни в КХЛ.

— В ваш адрес были жесткие подколы?
— Самый жесткий был в «Виндзоре», в юниорской лиге Канады. Это был мой третий месяц в Северной Америке, по-английски я почти не говорил. Мы выиграли матч, и меня заставили давать интервью на телевидение. Я отказывался, но меня уговорили и сказали, что я хорошо говорю по-английски. Я такой бред в этом интервью наговорил. Сейчас понимаю, что было дико смешно, но тогда было не до веселья. На следующий день я прихожу в раздевалку, и тренер включает вместо видео с разбором ошибок мое интервью. Я очень сильно расстроился, обиделся на тренера и партнеров. Все сидели угорали, а мне было обидно. Я старался английский выучить, у меня не получалось, почти ничего не понимал, а надо мной смеялись. Тренер потом извинялся передо мной, сказал, что не знал, что меня это сильно заденет. Сейчас я понимаю, как это было смешно ребятам, знаю, что они не хотели меня обидеть.

— Никита Кучеров предельно закрытый в общении с журналистами. С вами он нормально ведет себя?
— Быть закрытым с прессой — это его право. Для меня самое главное, что он хороший человек и мне с ним приятно общаться.

— Кучеров не просто закрытый, он иногда бывает настоящей злюкой.
— Ну, потому что ему задают вопросы из серии: «Почему вы так плохо играете?» В прошлом году, когда у Кучерова было в первых 12 матчах 12 очков, ему кто-то из русских репортеров задал вопрос: «Никита, а как вы объясните свое плохое начало?» В смысле плохое начало? Меня бы тоже задело такое отношение. К нему иногда подходят люди и задают неправильно вопросы. Можно же всегда найти подход.

— Когда вам Василевский звонил в шоу Ярушина, вы в шоке были?
— Я знал, что Вася пойдет на шоу, но не знал, кто будет вторым героем. Услышал голос Ани Седоковой и сразу все понял.

— Узнали голос?
— Да. Сразу подумал: «Ну, блин…» Звонили же с Васиного номера, поэтому понял, что с шоу звонят. Но у меня тогда не было карты Сбербанка, я просто не мог перевести тысячу рублей.

— Выглядело со стороны комично.
— Я, кстати, еще не смотрел.

— Деньги с вас не стали потом требовать?
— Нет. Ха-ха. Я бы с радостью тогда помог Васе, но карты не было.

«В Монреале каждый фанат высказывал мне»

— «Русский менталитет — это вроде… не нарушать правила, но и не жить по правилам, жить на грани. В России много свободы, ты можешь делать все что угодно», — это вы сказали в недавнем интервью The Athletic. Объясните.
— Сложно это объяснить. Для меня в Москве много свободы: много развлечений, огромный выбор всего, крутые рестораны, все заточено под потребителей. Мне нравится русский менталитет: нет никакой показухи. У русских есть свои особенности: мы живем не по правилам, не по какому-то строгому шаблону. С одной стороны, это круто, свобода — это здорово. Но с другой стороны, это плохо, потому что когда что-то негативное случается, в этом винят вот такое наше отношение.

— Вы говорите, что Москва — классный город. А Нью-Йорк?
— В Нью-Йорке слишком большое скопление народу, в Москве так только на Красной площади. Понятно, что там живет много людей, но не такого, что по улице не пройти. Но в целом тоже хороший город, мне нравится туда приезжать.

— Михеев жаловался, что в Канаде нет супа. Вы там жили, расскажите, действительно все плохо с супом?
— Он просто плохо искал. Там есть суп.

— Давайте дадим Илье рекомендации.
— Начнем с самого простого. Есть очень известная закусочная «Тим Хортонс», туда все ходят, там есть суп. Это самый дешевый вариант. В принципе во всех ресторанах есть супы, просто их никто не заказывает. Конечно, борщ он не найдет, но обычные супы везде можно найти. Борщ только в русском ресторане, вроде бы в Торонто есть. Русские рестораны есть еще в Нью-Йорке, Вашингтоне.

— Вас часто узнают на улицах в Тампе?
— Не сказать, что часто. В магазинах больше узнают, так в Тампе по улице не гуляю, потому что очень жарко. Чем мне нравится тут, что люди не докапываются до тебя, просто скажут «привет», попросят автограф, и все. Не то что в Монреале, там просто жесть: каждый мне высказывал свое мнение, советовали с тренером поговорить. Я был в полном шоке. То есть дела в Канаде вообще до абсурда доходили, в Тампе фанаты поспокойнее. Я в Монреале провел мало игр, не представляю, как там старшие ребята справляются. Суперзвезды сыграют плохой матч, и их сразу начинают ненавидеть.

— Молодому, наверное, заиграть намного легче в условной «Тампе», где не такое большое внимание, и не каждую твою ошибку рассматривают под микроскопом.
— Влияние медиа и фанатов, конечно, большое, но самое главное — то, что о тебе думает тренер. Если ты не обращаешь внимания на то, что о тебе говорят со стороны.

— Но это сложно.
— Понятно, что сложно. Но просто не заходи в твиттер, закрой страницу в инстаграме. Можно найти много путей, чтобы оградить себя от внешней критики. Думаю, я бы заиграл и в Монреале.

— Читаете сейчас прессу?
— О себе не читаю ничего. Да и о «Тампе» тоже.

«Сначала хотел быть Элджеем на Хэллоуин»

— Костюм на Хэллоуин из сериала «Очень странные дела». Чья была идея?
— Сначала мы с девушкой собирались быть героями мультика «Эй, Арнольд!». Я хотел быть Арнольдом, а Лиза — Хельгой. Я заказал костюмы, но ей пришел маленького размера, а мне вообще не прислали. За день до вечеринки мы поехали в магазин выбирать костюмы. Но в итоге получилось, что я не особо был похож на шерифа Хоппера. Все сказали, что я Пабло Эскобар. Отзывали меня: «Хэй, Пабло». А Лиза была прям похожа на Одиннадцать.

— Василевский был в образе рэпера Фэйса. Оценили костюм?
— Ребята особо не поняли, только наш доктор оценил. Мы ему показывали клип Фэйса «Я роняю Запад». Он оценил. Было смешно, когда Вася пришел в образе Фэйса. Он ведь еще и похож был! Купил специально паленую футболку Gucci, взял у жены очки, надел парик. Просто лучший. Я сначала хотел быть Элджеем, но не знаю, во что бы Лиза оделась.

— Настей Ивлеевой.
— Ну, она не очень на нее похожа. Если бы решил одеться как Элджей, то пришлось бы линзы искать, без глаз ходить. У меня просто кроссовки как у него есть, поэтому и думал о таком образе.

— Какую музыку слушаете?
— Совершенно разную: и рок, и рэп, и 80-е, и 90-е. Я в этом плане меломан, слушаю все подряд. Вот даже если сейчас ко мне в телефон залезть, то там такая сборная солянка (показывает плейлист в телефоне). Jay-Z, Александр Барыкин, Игорь Николаев и так далее. Есть Егор Крид, Элтон Джон, «Сектор газа». Слушаю все по настроению. Я, как вспомню, что слушал в детстве, так сразу скачиваю. У меня папа слушал «Бутырку», я на него всегда ругался, а теперь сам иногда слушаю.

— Что-то русское ставите в раздевалке?
— У нас есть пару песен на разминке. Песня «Босая» группы #2Маши, группу АК-47 «Russian Paradise» и что-то еще есть. Наш тренер по физподготовке подошел ко всем перед сезоном и попросил поставить две-три песни, у нас набрался плейлист на 20 с чем-то песен, кто-то не стал свои ставить, но я поставил. И теперь разминаться весело.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене