logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«КраСава» проверил, стал ли Гильерме русским: гонки на «Копейке», диктант, поход на Измайловский рынок

Рассказал о первой зарплате, предложении от «Спартака» и криминале в Бразилии.

ФутболРПЛ
27 марта 2020, Пятница, 07:00

Новый герой шоу Евгения Савина — Маринато Гильерме. За 13 лет в России он выучил язык, получил новый паспорт и стал основным кипером в сборной, хотя поначалу часто травмировался и не играл в «Локомотиве».

В «КраСаве» Гильерме доказывает, что действительно стал русским: сдает экзамен по вождению на ВАЗ-2101, заглянул на урок географии и показал на карте города, принимавшие ЧМ-2018, отправил «Почтой России» свитер с автографом авторам канала «7-17», которые разбирали его ошибки в игре с «Юве», и оделся на Измайловском рынке на три тысячи рублей. В этой одежде вратарь приедет на следующий сбор национальной команды.

Sport24 собрал главные цитаты Гильерме:

Ограбление в Бразилии, первая зарплата в «Локо»

— В Бразилии намного опаснее, чем в России. Там бывает, что просто едешь на машине, тебя с пистолетом остановят, машину украдут — здесь такого не бывает. Если ночью останавливаешься на светофоре, в любой момент может подбежать человек с пистолетом — ты должен выйти и оставить машину ему.

Со мной такое было в 17 лет. Я остановился рядом с аптекой, зашел внутрь, выхожу — меня уже ждут два парня с пистолетами. Просто говорят: «Давай ключи от машины». Прямо направили ствол на меня. Не могу сказать, что это бывает очень часто, но такое случается, люди к этому привыкли. Поэтому, на мой взгляд, в Бразилии криминала гораздо больше, чем в России.

— Многие иностранцы приезжают в Россию за кэшем. Когда ты переходил в «Локомотив», тоже думал о деньгах?
— Тогда — тоже за деньгами, честно говорю. В «Атлетико Паранаэнсе» у меня была зарплата 3000 реалов в месяц — это примерно 500 долларов. А контракт в «Локомотиве» был в десятки раз лучше — 20 000 евро.

Травма, влияние Семина и помощь Овчинникова

— В 2007-м ты приехал в Россию и на ровном месте порвал крестообразные связки. Восстановился, вышел на первый матч — и рецидив.
— Да, вышел за дубль на первый матч после травмы и сразу порвался. Проблема в том, что я сделал первую операцию в Бразилии, а не в Германии — там все сделали плохо, поэтому я порвался второй раз. Если честно, после второй травмы у меня было желание уйти отсюда: я вообще не играл, просто получал зарплату, хотя «Локомотив» заплатил за мой трансфер — мне было стыдно. Думал поехать в Бразилию в аренду. Но в команду вернулся Юрий Палыч Семин, он мне дал шанс — и все изменилось.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

— Мне говорили, что Сергей Овчинников, легенда «Локомотива», оставался с тобой после тренировок, чтобы тебе помогать.
— Да, как только я пришел, его попросил Юрий Палыч. Я буквально десять дней был в «Локомотиве», у команды были выходные, но Овчинников приезжал и три дня тренировался со мной на стадионе. Он же по-португальски говорил, играл в Португалии.

— Сейчас Овчинников — тренер ЦСКА. Возможно, после карьеры ты останешься в России. Представляешь себя тренером вратарей «Торпедо», если предложат нормальные деньги?
— Во-первых, я вообще не планирую быть тренером. Во-вторых, если то же «Торпедо» предложит стать спортивным директором — а почему я должен отказать? Я знаю, что «Торпедо» — принципиальный соперник, но сейчас Овчинников тренирует ЦСКА, и в чем проблема?

Вот ты сам: ты когда решил, что будешь блогером? Когда играл, ты ведь не думал об этом. И я сейчас не знаю, что со мной будет после карьеры, через три года. А три года точно я хочу еще играть.

Российский паспорт, расизм

— Это была инициатива Смородской. Она хотела, чтобы я не был легионером. Когда меня позвали в сборную, я был очень рад, ведь вся моя карьера сложилась именно в России. Пока я нужен, с удовольствием буду помогать сборной России — это мой принцип.

(РИА Новости)
РИА Новости

Я знаю, что в России все — патриоты, а на моей позиции всегда были свои топовые игроки. Меня сложно принимали, я это знаю. Поэтому мне в каждом матче нужно показывать 500 процентов, даже 1000 процентов. Иначе я буду открыт для критиков. Но я уверен, что тех, кто против моей натурализации, минимум.

— Ты хоть раз сталкивался с расизмом?
— По отношению к себе — нет. Помню, после одного из матчей со «Спартаком» про это многие газеты писали, но во время матчей я такого в свой адрес не слышал. Хотя часто ведь бывает, что люди, которые что-то такое кричат, на самом деле не расисты, они просто хотят спровоцировать игрока другой команды. Это как крики «Судья — #######».
У меня много темнокожих друзей, я часто с ними гуляю — и никогда не сталкивался с расизмом. Думаю, многие, кто кричит с трибуны «обезьяна» и все такое, на самом деле просто хотят дестабилизировать футболистов эмоционально.

Контракты с «Локо», отказ «Спартаку»

— Самая горячая тема, которая с тобой связана — твои контракты, переподписания и так далее. Вернемся к предыдущему: ты подписываешь контракт с «Локо» на 2,7 миллиона евро в год…
— Неправда.

— Когда Смородская еще была в клубе, ты подписал контракт на 2,7 миллиона за несколько дней до ее ухода.
— Неправда. Сумма — неправда. И то, что подписал за несколько дней до ухода, тоже. Было так: у меня было предложение от «Краснодара», до конца контракта год — она меня не отпустила. А предложение было хорошее. Я сказал: не отпускаете — хорошо, но тогда предложите мне сами новый контракт. Считаю, это нормально — везде так происходит.

— Кто круче как менеджер: Смородская или Геркус?
— Проблема со Смородской была в том, что у нас не было результата. Только Кубок России выиграли — этого мало за пять лет. А с Геркусом за два года мы взяли и Кубок, и чемпионат — после перерыва в 14 лет.

(Александр Мысякин, Sport24)
Александр Мысякин, Sport24

— Зимой тебя хотел московский «Спартак». По моей информации, в «Локомотиве» была бумага с предложением выкупить тебя за 500 тысяч евро. Это правда?
— Предложение из «Спартака» было, но сумму я не знаю. Я готов был ждать до декабря, хотел остаться в «Локомотиве». Проблема была в том, что сначала «Локомотив» предложил контракт на год, а я хотел больше. А все, что писали про сумму контракта, неправда.

— То есть неправда, что ты хотел 2,9 миллиона евро и контракт дольше, чем на год?
— Неправда. Я просто хотел остаться в «Локомотиве» на нормальных условиях. Хотя «Спартак» предлагал намного больше.

— Почему ты тогда не ушел?
— Первое — болельщики очень просили остаться. У меня в «Локомотиве» очень красивая карьера — все, что у меня есть в футболе, мне дал этот клуб. Уйти в «Спартак» было бы очень некрасиво.

Это был сложный период, стресс для меня. Не ожидал, что будет так. Думал, раз я столько сделал для клуба, подписание контракта пройдет намного легче. Я уже много раз доказал, но хочу доказывать и дальше, что клубу не надо жалеть о таком решении.

Подпишитесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене

Понравился материал?
0
0
0
0
0
0