Владимир
Колос

«Люди думают об алкоголе на ЧМ-2022 больше, чем о самом футболе». Он знает все о Катаре

Бора Милутинович тренировал 5 команд на 5 чемпионатах мира, а теперь помогает Катару организовать чемпионат мира.

ФутболЧемпионат мира по футболу
25 января 2019, Пятница, 14:30
Getty Images

Милутинович — единственный специалист, который работал на пяти чемпионатах мира с пятью разными командами: Мексикой-86, Коста-Рикой-90, США-94, Нигерией-98 и Китаем-2002. В четырех случаях он выходил из группы.

Всего за 33 года тренерской карьеры Милутинович поработал с 13 командами. Сейчас Бора находится в Катаре. Два дня назад он посетил тренировку «Зенита», который готовится к возобновлению чемпионата в Дохе. Главная цель визита — пообщаться с земляком Браниславом Ивановичем.

После занятия Милутинович ответил на вопросы корреспондента Sport24.

— Чем вы сейчас занимаетесь?
— В большей степени я вовлечен в подготовку к чемпионату мира 2022 года, который пройдет в Катаре. Официально у меня должность советника.

— В чем заключается работа советника? Вы говорите: надо делать так-то и так-то, завтра приду и проверю?
— Вообще я делюсь своим опытом участия в чемпионатах мира. А их у меня было немало, если помните. Меня могут о чем-то спросить. Я говорю, что нужно делать, чтобы, на мой взгляд, получилось хорошо. С одной стороны, это несложно. Все-таки у меня опыт довольно большой. Я участвовал в подготовке к чемпионатам мира в Мексике в 1986-м и США-1994. Главное — делать правильно и вовремя. И все будет хорошо.

— Предстоящий чемпионат мира в Катаре многие критикуют.
— Вы же из России? Кажется, ваш чемпионат мира критиковали не меньше до его начала. История повторяется перед каждым турниром. Наверное, очень интересно приехать сюда и искать ошибки в организации. Организаторам просто нужно делать свою работу. И если они сделают ее качественно, то все останутся счастливы. А выводы по турниру нужно делать после его окончания. Вот какие здесь могут быть проблемы?

— Например, с запретом на алкоголь.
— Я вас понял. Но вам не кажется странным, что люди об алкоголе думают больше, чем о футболе? Конечно, каждый может думать, как он хочет. Но в первую очередь, нужно искать плюсы. Например, впервые у болельщиков появится возможность посмотреть большее количество матчей. Стадионы будут недалеко друг от друга. В один день вы сможете посетить два матча. Для этого не нужно ехать в другой город. Конечно, если вам это интересно. А если вам нужен алкоголь, оставайтесь дома. Все просто.

— В России на чемпионате мира были?
— Конечно. Прекрасная страна, прекрасные гостиницы, отличные болельщики.

— Вы только были в Москве?
— Нет, еще в Ленинграде, в других городах. Простите, конечно, не Ленинград, а Санкт-Петербург. Просто называю его по старинке. Стадионы, организация — все было идеально.

— Многие сошлись во мнении, что наш чемпионат мира был лучшим в истории. Согласны?
— Когда мы говорим о чемпионатах мира, нужно акцентировать внимание на двух вещах — организации и игре. Вне поля все было великолепно. А что касается игры, здесь уже больше зависит от эмоций и переживаний каждого. Организация, повторюсь, идеальная.

— Вы приходили на тренировку «Зенита» и искали Бранислава Ивановича. Пообщались с ним в итоге?
— Нет-нет. Я просто хотел его увидеть и сказать «привет». Он ведь серб, как и я. Очень опытный футболист, прекрасный человек.

— Он лучший сербский защитник современности?
— Если ты серб, ты лучший по умолчанию. У нас в стране очень много классных футболистов. Но Бано, конечно же, один из лучших.

— Мы хорошо знаем вас как тренера, но о футболисте Боре Милутиновиче информации мало.
— Я не очень люблю говорить о тех временах. Во-первых, у меня футбольная семья. Я очень горд, что я родился в семье Милутиновичей. Нас три брата футболиста. И все играли за сборную Югославии. Наверное, нигде в мире такого больше не было. Мой старший брат Милош Милутинович так и вовсе был, я считаю, одним из лучших игроков страны всех времен. Я воспитанник школы белградского «Партизана» — одной из лучших школ в Сербии. И долго играл за эту команду. До того как стал тренером, много поиграл. И на родине, и во Франции, и в Мексике.

— В чем главное отличие футбола вашего времени и современного? Помимо денег, конечно же.
— Вы очень правильно упомянули деньги. Сейчас экономическая составляющая футбола и правда очень важна. Особенно ее любят журналисты. Но я футбольный романтик. Конечно, тогда было другое время, но нельзя не признать, что раньше было лучше. Ведь тренируются сейчас так же, как и 50-60 лет назад. Да, условия изменились. Но игра осталась той же. В первую очередь, нужна база. Это как в школе. Сначала вы учите буквы, потом составляете из них слова, потом из слов предложения. С футболом та же история. И конечно, нужно желание. Без него никак. Раньше желания было больше. А сейчас, посмотрите, современные дети не хотят играть в футбол на поле. Они хотят играть в футбол на своих компьютерах. А нужно тренироваться. Ведь в футболе важна техника. Когда я тренировал сборную Китая меня часто спрашивали: «Бора, как ты вообще можешь работать с ними». А все было очень просто. Наши тренировки были очень простыми. Настолько простыми, что некоторые футболисты подходили ко мне и говорили: «Коуч, а когда мы тренироваться-то будем нормально?» Но если ты научишься простым вещам и если у тебя будет серьезная физическая подготовка, ты сможешь выступить хорошо. Раньше ведь футбол с точки зрения техники был гораздо серьезнее, чем сейчас. Согласны?

— Нет.
— Вот и зря. Сколько великих игроков сейчас играют в футбол? От силы пять. А раньше? Вспомните, как играли в советские годы «Спартак» и «Динамо Киев». Послушайте меня, раньше с техникой было гораздо лучше. Сейчас футбол стал быстрее, с этим глупо спорить. Скорость скоростью, но техника важнее. Сейчас очень много делается на публику. Сейчас футбол — это шоу.

— Вы стали тренером случайно?
— Вы даже это знаете? Да, мне было 33. Я только завершил карьеру в мексиканском «Пумас». Думал, чем заняться. Но в клуб пришло новое руководство, оно решило, что им нужен новый тренер. Мне сделали предложение. Долго не думал. Я серб, я болен футболом. Так что с радостью взялся за эту работу. Горжусь, что был тренером этой замечательной команды.

— Насколько сложно в таком возрасте убить в себе игрока и сосредоточиться исключительно на тренерской работе?
— Если внутри тебя не живет игрок, то тебе будет очень сложно стать тренером. Нужно просто наслаждаться футболом. Ты путешествуешь играешь, выигрываешь, проигрываешь. Все очень просто, на самом деле.

— Тренер клуба и тренер сборной — две разные профессии?
— Абсолютно одинаковые. Игра-то одна и та же. Хотя тренировать национальную команду проще. У тебя есть возможность выбирать. И гораздо проще найти нужного игрока на ту или иную позицию.

— Самое яркое воспоминание от вашего первого чемпионата мира в качестве тренера?
— Это как первая любовь. Такое не забудешь никогда. И ведь мой результат со сборной Мексики до сих пор никто не может повторить. Мы не потерпели ни одного поражения, дошли до четвертьфинала. Но больше всего этого меня радует тот факт, что сразу семь футболистов из той команды начали играть в профессиональный футбол под моим руководством. Можно выиграть матч, можно проиграть, но подобное достижение останется навсегда. Это волшебное чувство.

— После ЧМ-1986 вы вернулись в клубный футбол и за два года сменили четыре команды. Как так вышло?
— Вот такой у меня путь. Так получилось. Но не жалею о том периоде карьеры. Ведь дальше у меня была сборная Коста-Рики. Я пришел в команду за 70 дней до чемпионата мира, у нас не было товарищеских матчей. И мы сумели зажечь в Италии в 1990-м.

— Это было сложно?
— Наоборот, очень легко. Команда у нас подобралась отличная. И мы выиграли два матча на чемпионате мира. Такого с Коста-Рикой никогда не было. Раньше эта сборная и одно очко набрать не могла. А мы обыграли Шотландию и Швецию и вышли из группы! Это просто невероятно. Приятно остаться в памяти людей подобным образом.

— Дальше были США.
— Меня пригласили специально для подготовки к домашнему чемпионату мира. И это был уникальный кейс. Там ведь не было ничего. Ни одной профессиональной лиги. Только студенты. И в первом матче на чемпионате мира нам противостояла Мексика с шикарным подбором игроков. И мы выиграли. Просто невероятно. Это как мечта, которая стала реальностью.

— Но в США огромное количество колледжей. Каким образом вас удалось собрать лучших игроков со всей страны?
— Все просто, если понимать, что тебе нужно делать и как это делать. Как пел мой любимый Фрэнк Синатра — This is my way, это мой путь. У нас было три года на подготовку. Мы с моим тренерским штабом четко понимали, чего хотим. Что нужно для успешного выступления на чемпионате мира? Игроки с большим опытом. Но так как у нас были только студенты, об опыте говорить не приходилось. А что нужно, чтобы набраться опыта? Путешествовать и играть. Знаете, сколько товарищеских матчей мы провели за три года со сборной США? 91!

— Как удавалось находить соперников?
— По-разному. Мы путешествовали по всему миру и играли товарищеские матчи с кем придется: со сборными, с клубами, с такими же, как мы, студентами. Без разницы. Наша задача была создать команду к чемпионату мира. Мы побеждали, проигрывали, но самое главное, после каждого матча мы понимали, над чем нам предстоит работать дальше. Тренировки — это прекрасно. Но только в матчах ты можешь получить необходимый опыт. А потом случился чемпионат мира, после которого интерес к футболу в Америке стал очень высоким. Я не очень люблю подобные разговоры, но люди, которые работали со мной в США, знают, в каком там состоянии был футбол до меня и каким он стал после. 1994 год изменил все. Появилась МЛС с очень серьезным уровнем игры. Американские футболисты теперь играют в Европе. И посмотрите, какой стала сборная США.

— В 1998 вы тренировали Нигерию.
— Там было все по-другому. Единственное, о чем сожалею, что мне никогда не довелось побывать в Нигерии и тренировать там. Все нигерийские футболисты играли за границей. Товарищеские матчи мы тоже играли, в основном, в Европе. Но работа со сборной Нигерии тоже стала прекрасным опытом. В команде были отличные футболисты.

— Сравните китайский футбол 18 лет назад и китайский футбол сейчас.
— Футбол остался тем же. Уровень и дух игры стали другими. Это сейчас в китайском чемпионате играют звезды. В мое время было иначе. Но я не жалуюсь. Да, мы неудачно выступили на чемпионате мира, и я не люблю искать оправдания, но доволен тем, как мы играли, как футболисты прогрессировали.

— В 2004 году вы возглавили катарский «Аль-Садд». Какая мотивация, помимо денег, может быть у такого опытного тренера, чтобы приехать в эту страну?
— Наверное, это моя самая большая проблема, но много денег я там не заработал. Мне просто нравилось работать в Катаре. Проект показался мне очень интересным. Это было прекрасное приключение. С «Аль-Саддом» мы выиграли один очень важный турнир — Кубок Эмира. Но что самое важное, в моей команде было шесть игроков до 17 лет.

— Но уровень футбола ведь очень низкий.
— Зависит от того, как ты это видишь. Даже если уровень невысок, все равно нужно работать. Так что все нормально.

— Нормально, если вы играете против таких же слабых команд. Но вы же понимали, что никто из «Аль-Садда» не вырастет в настоящую звезду. Неужели вам было интересно?
— А почему нет? Например, у меня в составе был игрок, которому было 15 лет и 8 месяцев. Очень талантливый парень. Понятно, что уровень футболистов не такой, как в Европе. Но поверьте, талантливых игроков в Катаре достаточно.

— Самая странная часть вашей биографии — сборная Ирака. Вам не страшно было ехать в Багдад в разгар войны?
— Нет, конечно. Почему я должен был бояться? Там было все прекрасно. Отличные люди, отличный менталитет, отличные футболисты. Но я ведь не жил в Багдаде. В общей сложности я там провел дней десять. К матчам Кубка Конфедераций мы готовились как раз здесь, в Дохе. Так что политика никакие коррективы в футбол не вносила.

— Ваш наиболее запоминающийся матч против СССР или России в качестве игрока?
— Когда я в первый раз играл против Советского Союза, вы еще не родились. Это был 1964 год. «Партизан» — СССР — 1:1. Турнир в Мексике. Иванов, Понедельник, Шестернев… Столько звезд было. Это был самый первый матч против вашей команды. Есть матч, который я помню лучше всех остальных — 1952 год, Югославия — СССР. Олимпийский турнир в Хельсинки Югославия выигрывала 5:1, но советская команда сравняла счет, Бобров сделал хет-трик. Но через два дня в Тампере мы выиграли 3:1. Я тогда еще не играл. Как сейчас помню, мы всей семьей сидели у радиоприемника и слушали трансляции. Это было сумасшествие. Игорь Нетто тогда был очень силен.

— Ваш наиболее запоминающийся матч против СССР или России в качестве тренера?
— Наверное, со сборной Мексики в 1986 году, когда мы выиграли 1:0. Россия тогда была прекрасна. Победа в том матче вдохновила всех футболистов: как же так, мы выиграли у самой сборной СССР! Потом было еще много матчей со сборной США. Пять или шесть. Выигрывали, играли вничью, проигрывали. Сан-Франциско, Бостон, Майами. Много чего было. Главное, понимать, кто ты сам и против кого играешь. И тогда все будет намного проще.

— Лучший российский или советский футболист, против которого вы выступали?
— Валерий Воронин, Виктор Понедельник, Ринат Дасаев. Здесь одного выбрать против нереально. У вас было столько фантастических игроков, что голова идет кругом.

— А кто русский футболист прямо сейчас?
— Здесь уже не отвечу. Но у вас хорошая крепкая команда. И чемпионат мира это доказал.

— Даже Акинфеева не знаете?
— Конечно, знаю! Видел его и в ЦСКА в Лиге чемпионов, и в сборной России. Потрясающий вратарь. Но понимаете, у России был Яшин. Он просто идол, пожалуй, лучший российский вратарь. Но сейчас другое время. Не обижайтесь только, что я сам не назвал ни одной фамилии. Просто через меня проходит такое количество информации, что я порой забываю, как меня зовут. Команда у вас отличная. Она билась до последнего. Вы можете гордиться своей сборной!