Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13

«Инфекция проникла до кости, я мог лишиться ноги». Страшная история защитника «Урала»

Владимир Хозин рассказал Sport24, как восстанавливался от травмы два с половиной года.

Футбол
14 октября 2018, Воскресенье, 11:00
РИА Новости

В этом году весь мир поразился ужасной травме Санти Касорлы: он перенес 11 операций на ахилле, во время последней ему пересадили ткани с руки. К счастью, испанец все-таки вернулся в футбол и даже забил «Спартаку» в Лиге Европы. В России тоже есть похожий случай.

В феврале 2016-го Владимир Хозин получил травму ключицы во время товарищеской игры с «Шерифом». До этого правый защитник «Урала» был одним из главных открытий чемпионата и чуть не получил вызов в главную сборную России (в 2012 году он провел один матч за вторую команду). Рука Хозина быстро зажила, но за повреждением ключицы врачи не заметили травму сухожилия. С нее началась страшная история болезни футболиста, который возвращался на поле в течение двух с половиной лет.

(fc-ural.ru)
fc-ural.ru

В интервью корреспонденту Sport24 Даниле Игнатову Владимир Хозин рассказал, как он боролся со стафилококком в ноге и почему сейчас не играет за «Урал».

«Полный отрыв сухожилия обнаружили только через 2,5 недели после травмы»

— В феврале 2016-го в одном из матчей на сборах я получил травму ключицы, а заодно повредил связки на ноге. Бедро болело, но обследование сразу не сделали, хоть я и очень просил. Врачи «Урала» отправили домой, в Москве, когда делал операцию на ключицу, травматолог тоже заверил: «У тебя с ногой все в порядке». Но вернувшись в Ростов, мне становилось все хуже и хуже — ногу даже поднять не мог. В итоге спустя 2,5 недели сделал УЗИ в обычной больнице, потом МРТ — полный отрыв сухожилия. Перепончатая мышца в бедре висела на волоске и уже начала срастаться в другом месте.

Позвонил в «Урал», там врачи очень удивились: «Как так?» Начали искать, где делать операцию. С немецкой клиникой общался сам, варианты в Италии и Финляндии мне нашли в клубе. Оперироваться нужно было срочно, поэтому выбрал финнов — только они были готовы сделать все сразу. Поначалу казалось, что операция прошла нормально. Но я почти не мог ходить: жена Юнона меня одевала, купала, чуть ли не носила на руках. Легче не становилось, хотя через месяц я должен был уже делать упражнения. Плюс первые недели температура держалась на уровне 38°С и нога горела. В российской больнице мне сказали, что это «лихорадка неизвестного происхождения».

(Из личного архива)
Из личного архива

Через пару месяцев еще раз приехал Финляндию на обследование: там сделали пункцию, откачали жидкость из ноги. И дали таблетки «на всякий случай». Вернувшись домой, звоню врачам:

— Ну, как анализы? — спрашиваю.
— У тебя стафилококк в ноге. Но ты не переживай, он умирает за день-два.
— Кажется, у меня шов разошелся: бедро болит, рана сочится гноем.
— Такого быть не может. Забей, пей таблетки.

Тогда я уехал в Сербию к реабилитологу Андрея Милутиновичу (он же работает со звездами России и Европы: Пирло, Джеко, Коларовым, Дзагоевым — Sport24). И вот он первым забил тревогу: «Вов, у тебя дыры в ноге, все свищет. Это инфекция. Срочно нужно делать операцию».

(Из личного архива)
Из личного архива

«Вся мышца до колена была поражена стафилококком вплоть до кости»

— В третий раз поехал в Финляндию, мне сделали цветную МРТ, которая показала стафилококк. Вторая операция прошла в июле 2016-го. Доктора почистили бедро, убрали шуруп, на котором держалось сухожилие, — сказали, что все срослось. И прописали курс антибиотиков на два месяца: в первый нужно усиленно лечиться, а после, по словам врачей, можно начинать реабилитацию по полной. Так и сделал, спустя месяц снова поехав в Сербию к Андрея.

Но тренироваться никак не получалось — бедро продолжало болеть в том же самом месте. Андрея говорил терпеть, но я просто не мог бегать. Со временем мне стало чуть лучше, и я вернулся в «Урал». Потом уже понял, что инфекция осталась и мешала мышцам работать. Хотя перед возвращением в общую группу сделал МРТ, отправил в Финляндию — сказали, что все в порядке. Сыграл несколько матчей за молодежку, даже вышел на замену в игре основы с ЦСКА и ушел в отпуск.

В январе 2017-го начал тренироваться сначала в отпуске, потом на сборах. Но все через боль — каждый раз, как наступал на ногу, отдавало в бедро. В последнем товарищеском матче на сборе так сильно кольнуло, что решил: вернусь домой и еще раз МРТ сделаю. И в ростовской больнице мне показывают снимок, где все бедро в инфекции.

Отправляю его в Финляндию. В клинике говорят: «У тебя все нормально, пей таблетки». Вы прикалываетесь, что ли?! Понял, что нужно ехать к другим докторам. Но в Германии побоялись оперировать меня, брать на себя такую ответственность. Сказали, что инфекция поползла вниз по мышце и спасти ногу почти нет шансов. Остался один вариант — клиника «Вилла Стюарт» в Риме.

(Из личного архива)
Из личного архива

В Италии провел больше месяца — три недели врачи разбирались, искали инфекцию. По показателям я был полностью здоров, но стафилококк был в ноге: вся мышца до колена была в инфекции вплоть до кости. Я мог вообще ногу потерять. Важно было назначить правильное лечение, потому что в моем случае ошибаться было уже нельзя. Профессор в Риме сказал, что такое случается, но важно вовремя выявить инфекцию — и тогда ее можно убить за неделю без последствий.

В итоге итальянские врачи выписали мне курс антибиотиков, раз в 3-4 месяца я ездил на специальные радиоактивные проверки. Они показывают, насколько сильно инфекция распространилась, причем за месяц до процедуры нельзя пить никаких таблеток. Первый раз жена ездила со мной, она тогда была беременна, поэтому после процедуры мы три дня общались с ней в кафе за разными столиками. Лечение продолжалось больше года, и окончательно от стафилококка я избавился только в феврале 2018-го. Сразу почувствовал себя намного легче: и психологически, и физически тоже. Как камень с души упал.

(Из личного архива)
Из личного архива

«В «Урале» сказали искать команду за 3 дня до старта чемпионата»

— Зимой сразу же начал заниматься: сначала бассейн, потом упражнения с реабилитологом из «Урала». Уже через пару недель вернулся к тренировкам, еще через месяц — начал работать с мячом. Я этого два года ждал! Этим летом прошел сборы с основой, играл в товарищеских матчах. Президент клуба Григорий Иванов говорил, что на меня рассчитывают, и вообще очень поддерживал все это время – для меня это было важно. Но когда команда вернулась в Екатеринбург, я начал тренироваться за полем. Спрашиваю: «Что такое? Я уже здоров». Отвечали, что это решение тренерского штаба и у меня здесь шанса не будет. То есть, когда не хватало людей на тренировке — я занимался со всеми, когда приехали новички — один набивал мяч с тренером по физподготовке.

24 июля, за пару дней до старта чемпионата в «Урале» мне сказали искать новую команду. Даже на просмотры не успел съездить. Сыграл несколько матчей за дубль – когда забил гол, болельщики кричали: «Хозина в основу!». Спасибо им за поддержку. Потом мне позвонил Погос Артушевич (Галстян, бывший помощник Тарханова в «Урале» — Sport24), позвал в «Арарат-Армения». Это та же команда, что прошлый сезон играла в ПФЛ, только теперь заявилась в чемпионат Армении. Тренер там Скрипченко, он тоже меня хорошо знает.

В «Арарате» я на 3 месяца, до конца 2018-го. Уровень чемпионата Армении — как в ФНЛ, думаю. Но команда у нас собралась очень неплохая, хочет бороться за чемпионство — в первом же матче после моего перехода мы обыграли действующего чемпиона, «Алашкерт» (Хозин забил победный гол при счете 1:1 — Sport24). Сейчас меня выбрали капитаном команды. Планирую набрать форму, показать свой лучший футбол и бороться за место в составе «Урала». Верю, что у меня еще все впереди.

(facebook.com/araratarmeniafc)
facebook.com/araratarmeniafc

Больше мощных интервью на Sport24

«После «Зенита» он собирался в Португалию». Клуб из Литвы помнит Сарсанию и огонь «Спартака»

«Скинуться на мой трансфер — безумная идея». Герой ЦСКА, который прибил «Реал»

«Игорь один из лучших, но Яшин — номер один». Что говорят об уходе Акинфеева из сборной