«Как Марит Бьорген я не буду». Призер лыжного ЧР Баранова о собаках на трассе, Бородавко и изменениях в подготовке
В сезоне 2025/26 у лыжницы Алены Барановой произошел определенный прорыв — она стала третьей на Кубке России в дистанционной гонке (классической разделке на 10 км). Помимо прогресса в длинных видах продолжает Баранова совершенствоваться и в спринте. Помогает ей уже два года с этим Юрий Бородавко.
Мы поговорили с Аленой о том, как ей тренируется у знаменитого специалиста, прошедшем сезоне и планах на новый.
— Твой очередной лыжный сезон прошел. Какие цели ты ставила себе перед ним и все ли они оправдались?
— Главной целью сезона было удерживать стабильность. До чемпионата России это получалось. Хотелось прогрессировать в дистанционных видах, а не только в спринтах.
Из всех результатов по сезону могу отметить 3-е место на Кубке России в Сыктывкаре в гонке на 10 километров классикой. Это мое лучшее выступление.
— Оцени прошедший сезон по 10-балльной шкале?
— Точно поставила бы себе семерку. Получилось не все, но я собой довольна.
— Как его для тебя оценил тренер Юрий Бородавко?
— Мы с ним в Кировске сели и поговорили, обсудили какие-то моменты, задались вопросом, почему после Армении на чемпионате России и далее у меня был такой спад. До сбора в Армении у меня все было хорошо, но потом рассыпалось. Похоже, в этот раз мне там не зашло. И именно это было главной темой разговора. Ко всему остальному вопросов ни у меня, ни у него не было.
— Что было самое кайфовое в сезоне 2025/26?
— Чемпионат России в Южно-Сахалинске. Необычное место для проведения соревнований. Но это же место меня и огорчило. Поразило, что так мало болельщиков было на соревнованиях. Если сравнивать с тем же Ижевском — небо и земля. Меня этот момент расстроил, потому что не хватало людской энергетики.
— Травма и болезни Анастасии Фалеевой, с которой последние годы ты соперничаешь, — это как-то на тебе сказалось?
— На мне это никак не сказалось, потому что у нас личный вид спорта. Мы с Настей никак не связаны. Мы — два отдельных спортсмена.
Да, у Насти этот сезон получился неудачным, но я тоже где-то болела, где-то какие-то проблемы были. Не думаю, что кто-то из фанатов Насти или она сама переживали из-за меня.
— Собака в лыжном спринте на Олимпиаде и в марафоне на чемпионате России — можно ли вообще как-то подготовиться к таким неожиданным гостям на трассе?
— На Олимпиаде собака никак не помешала, хотя была близка к спортсменкам.
На чемпионате России ситуация получилась неприятная. Очень жалко Алину Кудисову, которая могла бы, я думаю, побороться за топ-3 или топ-6 в том марафоне.
Мне непонятно, почему в дни гонок горожан с животными пускали на территорию рядом с трассой. В прямом эфире было видно, что даже после падения девчонок люди продолжали гулять с собаками.
Нас — спортсменов — не пускали на стадион на такси. Только на заказном транспорте можно было. Так как автобусы были в определенное время, а оно не всегда подходило, многие пользовались такси. И 500 метров пешком в гору приходилось идти, потому что дальше машинам было запрещено ехать. Внутри сумки охрана проверяла досконально. На этом фоне удивительно, почему подобные меры безопасности не были предприняты к владельцам животных.
Тут подготовиться к подобному могут только сотрудники стадионов, где мы соревнуемся. Они должны обеспечивать нашу безопасность.
— Чем закончилась твоя история с нейтральным статусом?
— Если честно, когда они опубликовали документ со списком критериев, я понимала, что не особо подхожу, но решила попробовать. Это ведь лучше, чем вообще ничего не сделать.
Я подала заявку. Потом мне приходили письма, чтобы я дослала те или иные документы, что я и сделала. На этом все. Молчание. В итоге даже до оплаты дело не дошло. Да и я поняла, что мне будет бессмысленно это делать, когда ребятам приходили отказы.
— У тебя начался третий сезон в группе Юрия Бородавко. О том, работают ли его методики, ты говорила, что можно будет увидеть через два сезона с ним. Рассказывай.
— Суперского скачка на второй год не случилось. Кстати, как и западения. Обычно в первый год идет хороший скачок, а потом проседание. У меня такого не случилось, и слава богу.
Я чувствую, что прибавила, приобрела веру в себя в классических гонках и теперь четко понимаю свои возможности.
— Как тебе вообще у него все эти годы?
— Конечно, случаются разные моменты. Бывает, что и недовольства какие-то возникают. Мы же все — живые люди. Поэтому, когда кого-то что-то не устраивает, все это высказывают. Иногда, когда идут соревнования или долгие сборы, ты устаешь и можешь что-то выпалить на эмоциях. В таких ситуациях все друг друга, я думаю, понимают, потому что у нас очень тяжелый вид спорта. Мы устаем не только физически, но и психологически. Обычно к новому сбору все рады друг друга видеть, так как есть возможность отдохнуть и сбросить весь негатив.
— В прошедшем сезоне ты впервые в карьере попала в топ-3 в дистанционной гонке на Кубке России — бронза на 10 км классикой. Это особенный момент для тебя?
— Конечно. Я ведь раньше была равнодушна к спринту. Когда я еще была вне юниорской сборной и первые годы в команде, не блистала в этом виде. Выигрывала, по-моему, юношескую Спартакиаду в своем возрасте и все. У меня даже не горели глаза на спринты. Для меня это было психологически и физически сложно.
Потом в какой-то момент дистанционные гонки стали получаться хуже, а спринты — лучше. Именно из-за этого меня все переписали в спринтеры, хотя я не была им изначально. При этом я не забросила длинные виды, а продолжала над ними работать. Просто как-то не было подходящего момента, чтобы выступать в них хорошо.
В Сыктывкаре на Кубке России наконец-то все сложилось. По сезону были моменты, когда я чувствовала себя хорошо, но лыжи были не очень. Из-за этого я проигрывала в разделках. И мои проблемы видела не только я, но и другие. Например, в подъем я выигрывала, а на спусках проигрывала. То есть в лыжных гонках важно все. Иногда состояние может быть хорошим, есть желание победить, но подвести могут лыжи или что-то другое.
— Ты упомянула лыжи. Александр Большунов по сезону намекал на какие-то козни с инвентарем. Не думала о подобном в свою сторону?
— Нет (смеется). Как бы иронично не было, но у нас с Большуновым один смазчик — Дима Пирогов. В нем полная уверенность. Никаких закулисных игр у нас нет, у нас с ним все хорошо. О таком, как Саша, я никогда не думала.
— Вокруг вашей группы много разговоров в контексте Александра Большунова. Тебя радует или огорчает, что все внимание только его персоне, хотя он не один работает в команде?
— Меньше внимания — меньше давления. И, возможно, благодаря этому на соревнованиях может быть лучше результат, потому что, когда все внимание приковано к тебе, энергия уходит не туда. Когда ты в тени, гораздо проще. Поэтому для всех, кто не под прицелом, это плюс, а вот для Саши — минус. Я ему не завидую.
— Какой-то напряг в команде чувствовался из-за всей этой истории с Большуновым?
— Проблемы Саши — только его проблемы. Никого из нас они не касаются.
— Ты уже начала подготовку к новому сезону. Чувствуешь вообще, что отдохнула?
— В этом году получился какой-то очень большой промежуток межсезонья. В начале апреля у нас закончился Кубок России, а первый сбор стартует стартовал только 15 мая. Получается мы отдыхаем месяц и десять дней. И я так задумалась, что такого большого отпуска у меня не было давно.
Я была на море, приехала к родным в гости. Было время, что вообще не тренировалась. Даже как-то привыкла к этому, хотя в первые дни было странно. При этом я считаю, что дней 10 без тренировок — необходимость. Мы целый год тренируемся без остановок, а если делать это еще и в межсезонье, может поехать крыша. Поэтому я рада, что у меня было время побыть нормальным человеком, пожить не спортивную жизнь.
— Над чем планируешь работать в новом сезоне?
— Хочу немного поднабрать мышечной массы, потому что к концу сезону я сильно похудела. С весом уходила мышечная масса, что для спринта, особенно международного, где большие скорости, мне будет в минус. Поэтому мы с тренером уже обговорили этот момент. Будем над ним работать. Это не значит, что я буду, как Марит Бьорген, просто немного окрепну.
Также буду продолжать работать над спринтерскими качествами и не забывать про дистанционные гонки.
— ФЛГР теперь не будет отдельной организацией, а войдет в состав Объединенной. Какие у тебя ожидания от таких глобальных изменений?
— У всех сейчас, наверное, одна мечта — вернуться на международные старты.
В остальном же, а что менять? Как говорят, пока поезд не сходит с рельс и катится по дороге, зачем что-то выдумывать. Управленец нашего поезда никуда, я так понимаю, не переходит, все остается в руках Елены Валерьевны [Вяльбе], поэтому все будет нормально. Не думаю, что нас ждут какие-то глобальные внутренние изменения.
