Досмотрела сезон сериала «Дети перемен»: теперь это любимое кино про 90-е
В онлайн-кинотеатрах Wink и START вышла последняя серия второго сезона «Дети перемен». История водительницы троллейбуса Флоры и ее троих сыновей подошла к логичному, но трагичному финалу. Кинообозреватель Sport24 Елизавета Казакова — о том, почему этот проект больше, чем очередной сериал про 90-е.
Осторожно, в тексте присутствуют спойлеры!
«Дети перемен» (2 сезон, 2026)
- Жанр: драма, криминал
- Режиссеры: Сергей Тарамаев, Любовь Львова
- Актеры: Слава Копейкин, Макар Хлебников, Хетаг Хинчагов, Виктория Исакова, Константин Плотников и другие
- Количество серий: 8
- Где посмотреть: Wink, START
Это уже третий раз, когда мне хочется отвесить низкий поклон творческому дуэту Сергея Тарамаева и Любови Львовой. Сначала была безбашенная «Черная весна» о клубе дуэлянтов на дальневосточном побережье, затем поражающий своей жестокостью «Фишер». Теперь — «Дети перемен», совершенно бескомпромиссные и непредсказуемые. Если в отечественном сериалостроении и есть кто-то, способный вскрывать морально-нравственные нарывы и выворачивать душу зрителей наизнанку, то это они.
Первый сезон оказался лишь тревожной увертюрой к идеально выверенной драме второго, где каждое действие завершалось резким захлопыванием кроваво-красного занавеса. Предсказать, что произойдет в следующей серии, когда герои криминальной трагедии вновь выйдут на сцену эпохи перемен, невозможно. Пуля в лоб, автоматная очередь в сердце, гнусное предательство, алкогольная агония или чудесное исцеление души и тела — герои могли прийти к самым разным финалам. Хотя некоторые линии завершились скорее на полузапятой, большинство персонажей получили по заслугам — в меру своих безумств и злодеяний.
На старте истории сеттинг 90-х был главным двигателем сюжета. Первый сезон ощущался насквозь пропитанным мрачной атмосферой лихого десятилетия: в кадре мелькали розовые пиджаки и черные плащи, беспредел перемешивался со свободой, одни герои жили по понятиям, другие пытались выжить среди развалин некогда нерушимого Союза. Во втором акте, на фоне разрушительной войны Флоры и Петра, значение эпохи снизилось до уровня коричнево-серых декораций. Совсем неважно, какой год за окнами черных «бумеров», когда обезумевший от ярости сын мечтает вгрызться в горло циничной матери, а она, в свою очередь, отравляет жизнь всему городу. Пускай и неосознанно, ощущая себя всемогущей богиней.
Упоение властью, манящий запах зеленых купюр, жажда возмездия и неумение выстраивать диалог — четыре всадника апокалипсиса криминальных драм. В «Детях перемен» они сливаются в единый ком, который к финалу разгоняется до критической скорости. Как бы ни пытался геройствовать Юра, единственный носитель здравого смысла в семье Флоры, остановить этот процесс было невозможно. Итог — гора раздавленных судеб и сломанных жизней. Временами становилось по-настоящему больно за отдельных персонажей. Предотвратить катастрофу мог бы самый простой разговор, если бы мать и сын сбросили маски авторитетов и устроили семейный тет-а-тет в уютной гостиной. Но Петя предпочитает «реально базарить», а Флора — угрожать и сжигать мосты заранее. О компромиссе речи не идет.
Авторы сериала настолько сосредоточились на тьме, что почти не оставили на холсте проблесков света. В первом сезоне еще были вкрапления мимолетного счастья: застолья, искренний смех, влюбленности. Здесь же сплошной мрак, поглощающий любые намеки на радость. На этом фоне теряются арки среднего и младшего братьев, чьи линии раньше балансировали на острие ножа. До конца не ясна мотивация Юры погрузиться в бандитский ад Пети. При том, что он всегда держался выше кровавых разборок и четко обозначал свою позицию, его присутствие в группировке выглядит спорно. Еще сильнее упростили линию Руслана, сведя ее к боям на боксерском ринге и короткому всплеску чувств к дочери врага Флоры — по сути, она начинается с пустоты и ею же заканчивается. Если убрать младшего брата из сюжета, целостность истории вряд ли пострадает.
Зато неприлично много времени уделено второстепенным персонажам, чье экранное присутствие можно было бы сократить вдвое. Речь о колясочнике Леве, фанатично охраняющем важные документы и Снежану, а также об алкогольных приключениях Генриха и Лаши — бывших мужей Флоры. Если последние хотя бы отвечали за неплохие юмористические перформансы, то затянутые сцены с Левой чаще вызывали желание перемотать. К тому же его трагический финал кажется единственным по-настоящему незаслуженным. Впрочем, логика в этом есть: его роль жертвы обстоятельств считывалась еще с первого сезона, а убийство должно было окончательно лишить зрителя сочувствия к Пете.
Заключительная сцена получилась во всех смыслах балабановской. Отголоски кинонаследия Алексея Октябриновича и его хтонических 90-х прослеживались с первых серий «Детей перемен». Во втором сезоне Тарамаев и Львова пошли дальше и фактически сломали пятую стену — между вымышленным миром и загробным, введя в повествование культовую фигуру. Алексей Балабанов появляется как своего рода проводник, единственный, кто понимает, где потерянным героям искать опору на сломе эпох. Юра звонит своему питерскому знакомому дважды: когда думает, что все понял, и когда перестает понимать хоть что-то. Уплывающая в морскую бездну лодка с плачущим Юрой и мертвым Петром — очевидный оммаж финалу так и не вышедшего фильма Балабанова «Река».
«В чем сила-то, брат, узнал?» — звучит в трубке голос режиссера, пока на другом конце мир Юры окончательно рассыпается. Средний брат оставляет ответ при себе. Но кажется, что сила «Детей перемен» — именно в финале: наполовину логичном, наполовину размытом. Ровно таком, какими были сами 90-е. Хочется верить, что создатели найдут и в себе силы завершить этот сериал здесь — в центре темной реки и без намека на хэппи-энд.
| Сюжет | 10 |
| Динамика | 8 |
| Зрелищность | 8 |
| Актеры | 10 |
| Общее впечатление | 9 |
| Итоговая оценка | 9 |
