Еще великий Горький объяснил, как стать счастливым: классик считал, что путь начинается с ненависти
Максим Горький — один из главных русских писателей XX века. Его имя давно стало частью не только литературы, но и истории: Горький писал о людях «дна», о силе характера, о борьбе, о достоинстве человека и о той внутренней энергии, которая помогает выживать даже в самых тяжелых обстоятельствах.
Однако интерес вызывают не только его пьесы, рассказы и романы, но и письма. В них Горький часто говорил куда прямее, чем в художественных текстах: без красивых обходных формулировок, четко и по делу. Именно в переписке особенно хорошо виден его резкий, страстный, требовательный к себе, людям и самой жизни темперамент.
В одном из таких писем Горький фактически вывел свою формулу счастья. Речь идет о письме знаменитому театральному режиссеру Константину Станиславскому, написанном 10 января 1933 года в Сорренто.
В нем писатель рассуждал не о счастье как о спокойном уюте или личном благополучии. Наоборот, для Горького путь к счастью оказался связан с борьбой и внутренним протестом.
«Счастье начинается с ненависти к несчастью, с физиологической брезгливости ко всему, что искажает, уродует человека, с внутреннего органического отталкивания от всего, что ноет, стонет, вздыхает о дешевеньком благополучии, все более разрушаемом бурею истории», — писал Горький.
На первый взгляд звучит жестко. Особенно для современного уха: мы привыкли думать, что счастье начинается с принятия, гармонии, спокойствия и умения радоваться мелочам. А Горький будто говорит обратное: начните с ненависти.
Но смысл его слов глубже. Он говорит не о ненависти к людям, а о ненависти к тому, что делает человека слабым, униженным, сломленным. К бедности духа, к привычке терпеть уродство жизни, к вечному нытью, к внутреннему согласию с несчастьем. Для него счастье невозможно там, где человек смирился с тем, что его калечит.
Горький предлагает не пассивное ожидание лучшей жизни, а отвращение к несчастью как к чему-то противоестественному. Не привыкать к плохому. Не считать нормой то, что унижает. Не романтизировать страдание. Не превращать жалобы в образ жизни.
А что вы думаете о словах писателя? Согласны с ним?
