Карбери о завершении карьеры Овечкина: «Целая гамма противоречивых эмоций — грусть и огромная благодарность»
Главный тренер «Вашингтона» Спенсер Карбери высказался о предстоящем уходе нападающего Александра Овечкина.
В понедельник 41-летний россиянин объявил, что сезон-2026/27 станет для него последним в НХЛ.
— Когда вы узнали об этом и каким было его сегодняшнее обращение к команде?
— Официально я узнал вчера. Он позвонил мне, мы немного поговорили. Он сказал, что хочет сегодня обратиться к команде и персоналу, чтобы сообщить всем о решении, которое они приняли вместе с семьей. Мы обсудили это и то, как он хочет все преподнести. Сегодня утром я ввел в курс дела персонал, а затем мы обратились к команде.
— Если оглянуться назад: какими были ваши отношения, когда вы только пришли в эту организацию в качестве нового тренера, и как они менялись с годами?
— Они сильно изменились. Думаю, я испытываю те же чувства, что и многие игроки — особенно такие ребята, как Уилли (Том Уилсон. — Sport24), которые давно с ним знакомы. Когда слышишь окончательное решение, что это будет его последний сезон, возникает целая гамма противоречивых эмоций: с одной стороны, грусть, а с другой, я испытываю огромную благодарность за наши отношения. За то, что мне выпал шанс прийти в «Кэпс» и стать главным тренером, а ему — быть капитаном; за то, как тепло он меня принял, как развивалось наше взаимодействие — тренера и капитана, как мы вместе шли к рекорду… Да, это время для размышлений. Наши отношения просто замечательные, и даже когда он проведет свой последний сезон, это не станет концом нашего общения, не исчезнут любовь и забота, которые я испытываю к нему и его семье. Уверен, нас ждет еще много прекрасных совместных воспоминаний, пусть и не в формате «тренер — игрок».
— Том Уилсон и Дилан Строум говорили, что это объявление не меняет того, насколько упорно они будут бороться за Кубок в этом году. Но мы видели, какой эмоциональный подъем команда получила два года назад, во время той самой «великой погони» за рекордом. Чего стоит ожидать от сплочения команды ради Ови в этом сезоне?
— Да, я надеюсь именно на это. Я много говорил об этом в тот год: хотя речь шла об индивидуальном рекорде по голам, в этой погоне было столько моментов, которые сплотили команду, объединили наш коллектив и помогли нам лучше играть именно как команда. Это звучит парадоксально, но со стороны все выглядело именно так, и я сам не раз ловил себя на этом ощущении по ходу того сезона. Думаю, наши результаты и качество игры подтверждают, что это действительно подстегнуло команду и улучшило нашу игру. Надеюсь, так будет и сейчас, когда мы знаем, что это его последний год в НХЛ. Надеюсь, что в ходе изнурительного сезона из 82 матчей, когда нужно найти энергию, энтузиазм и силы в ногах, когда ты устал после выездной серии, это придаст нам дополнительные несколько процентов усилий в конкретном матче или на определенном отрезке календаря, когда мы будем играть на разных аренах.
— Вероятно, многие команды устроят какие-то церемонии в честь его последнего визита. Как вы думаете, важно ли это для него? Хочет ли он этого?
— Что касается его отношения к этому… Как вы все знаете, он не особо любит такое внимание, но понимает, что является важной частью спортивной истории и кумиром для целого поколения. Вчера я приводил ему пример: представьте, что он приезжает — скажем, в Миннеаполис — и сыграет там всего один раз. И вот 12-летний мальчишка, а его отцу, допустим, 45, слышит: «Я поведу тебя смотреть на игру Александра Овечкина». Ребенок идет на матч, а спустя 30 лет будет рассказывать своим детям, как видел игру Ови в его последнем сезоне в Миннеаполисе. И хотя сам он не любит все эти церемонии, рукопожатия и повышенное внимание к своей персоне, где-то в глубине души он понимает: люди хотят попрощаться, хотят увидеть его в последний раз, осознавая, что это — Александр Овечкин, выступающий в Сент-Луисе, Миннеаполисе и других городах. И это действительно важно.
— Раз уж мы заговорили об этом: что вы будете рассказывать друзьям и близким спустя годы о своей работе с ним?
— Часами буду рассказывать истории у костра. Могу говорить об этом бесконечно. И я всегда буду рассказывать — надеюсь, этот сезон станет важной главой в этой истории, — о том, каким он был человеком и капитаном, какими замечательными качествами обладал. Буду делиться классными историями… Ведь все знают о его голах и результативности, но есть множество вещей, скрытых от посторонних глаз, которые и делают его таким великим капитаном и замечательным человеком.
— Можете рассказать об этом подробнее? Многие ребята в раздевалке отмечали именно то, как Ови проявляет себя в роли капитана, с какой радостью и позитивом он ко всему относится. Что вы, как главный тренер, можете сказать об этом? Как вы наблюдали за развитием этих качеств?
— За то время, что я здесь? До прихода в команду я этого не знал. Я был знаком с ним по тренировочным лагерям и встречам в прошлом, но по-настоящему не понимал его стиля лидерства и того, какой он капитан. А когда начинаешь работать с ним, видишь, как он общается с партнерами, что делает для атмосферы в раздевалке каждый день. Тогда по-настоящему ценишь его капитанские качества. Это выходит далеко за рамки голов, его фирменной позиции в большинстве или того, на что он способен на льду. Он просто каждый день излучает энтузиазм — и 25 января, и в марте, и в первый день сборов. В нем всегда есть этот запал, радость от игры, от жизни, от общения с партнерами по команде. Неважно, сыграл ты тысячу матчей или всего пять — ты всегда часть коллектива, ты с ним на равных. И именно поэтому, я уже не раз об этом говорил, я так высоко ценю нашу раздевалку и считаю команду такой сплоченной — все благодаря его лидерству, — сказал Карбери.
