Воспитал чемпиона мира, ушел из ЦСКА в «Спартак» из-за великого Третьяка. История вратаря Сапрыкина
«Что значило в мое время оказаться в составе одной из команд Высшей лиги? Это значит пройти жесточайший отбор и жесточайшую конкуренцию. Попасть по протекции было невозможно. Не-воз-мож-но! Только если ты на голову сильнее», — говорил голкипер Дмитрий Сапрыкин.
Вероятно, современные болельщики вряд ли что-то слышали про этого стража ворот. Но вам должно быть знакомо другое имя — Олег Сапрыкин. Этот форвард становился чемпионом мира, играл за «Калгари» и «Финикс», а также выступал в составе ЦСКА, «Салавата Юлаева» и других клубов нашего чемпионата. Дмитрий является отцом бывшего нападающего национальной сборной. И пусть ему не удалось построить столь же успешную карьеру, как у сына, он все равно оставил приличный след в истории отечественного хоккея.
Большая часть карьеры Сапрыкина прошла в московском «Спартаке». Это удивительно, ведь голкипер является воспитанником ЦСКА. Сейчас границы между допустимыми трансферами стерты, поэтому переход хоккеиста в стан принципиального соперника уже не является какой-то сенсацией. Но во времена Дмитрия все было совершенно иначе. Впрочем, у мастера спорта международного класса была веская причина, чтобы покинуть систему московских армейцев. И имя ей — Владислав Третьяк. Трехкратный олимпийский чемпион забетонировал ворота ЦСКА и сборной на целое десятилетие. Поэтому голкиперы, которые хотели реально играть на высоком уровне, а не просто сидеть за спиной у легенды, были вынуждены искать другие клубы для продолжения карьеры. Хотя с человеческой точки зрения Сапрыкин никогда не имел претензий в великому вратарю. Более того, они состояли в теплых приятельских отношениях.
«Кстати, от Третьяка в детстве получил ценнейший подарок. Я поехал на церемонию чествования нашей сборной, которая только что взяла золотые медали на чемпионате мира. Так было заведено, что младшее поколение клуба поздравляло мастеров. И Владислав мне подарил клюшку. Кажется, называлась она «Гренобль». Мечта, а не клюшка, по тем временам. Потом даже был снимок на следующий день в газете. По дороге домой во дворе встретил знакомого. Со словами: «О, Димон, какая у тебя легкая клюшка! Дай побросать!», парень бросил раз-другой — и клюшка сломалась. Представляете, что я чувствовал в ту минуту! Клюшку удалось склеить, хватило на полсезона, пока не сломалась в том же месте», — вспоминал Дмитрий.
Перейти в «Спартак» Сапрыкину предложил помощник главного тренера красно-белых Бориса Кулагина — Валентин Аньшин. Он сказал, что Борис Павлович хотел бы видеть в составе своей команды такого голкипера. И воспитанник ЦСКА не нашел ни одной причины, чтобы отказаться от такого варианта продолжения карьеры.
«Кулагин говорит: «Посмотри на стену. Плакат видишь?» — «Вижу. Харламов». — «Что написано?» — «Борису Павловичу, открывшему мой талант в хоккее». Намек я тогда понял сразу. Хотя меня в ЦСКА оставляли. Но что такое быть вторым за Третьяком? Не играть совсем. А мне хотелось! Понимал, что конкурировать с Дорощенко мне по силам. И Кулагин понимал, что Третьяка мне не переиграть, а шанс играть в «Спартаке» есть. А Кулагин был кремень. Человек слова. Если сказал, значит обязательно сделает. Меня подкупало в нем, что он мог признавать свои ошибки. Помню, играем с ЦСКА. Наш игрок, не буду называть фамилию, отвернулся от шайбы, и она влетела в угол. Кулагин на эмоциях в раздевалке начинает меня распекать: чего, мол, не ловишь, такой-сякой. Выругаться он мог крепко. Но потом, разобравшись после игры и посмотрев видео, перед всей командой извинился. Сказал, что был неправ. И уже досталось тому, кто ногу поднял. Все говорил в глаза, за твоей спиной критиковать тебя не будет. Для меня это был тренер, за которого я был готов в огонь и воду», — говорил отец чемпиона мира.
