Как проклятый пахал на заводе целых 20 лет — приходилось выживать! История о жизни бывшего хоккеиста Чупина
Жизнь Геннадия Чупина сложилась очень интересным образом. Этот защитник провел всю карьеру в двух командах — «Прогрессе» из Глазова и ижевской «Ижстали». После того, как уроженец Удмуртской АССР согласился на переход в «Ижсталь», то его трудоустроили на завод. Но во времена Советского Союза это была классическая формальность. Поскольку профессии «хоккеист» еще не существовало, то игроков приписывали к заводам, куда они каждый месяц ходили и получали зарплату. Эдакий способ легализации трудового статуса профессиональных спортсменов. Это было в порядке вещей.
Однако когда Чупин в 32 года повесил коньки на гвоздь, то он вновь стал рабочим завода. Правда, на этот раз все было по-настоящему. Чтобы хоть как-то зарабатывать на жизнь, Геннадий не нашел иных вариантов, кроме как каждый день пахать и выполнять титанический труд.
«В 1982 году Черенков затеял обновление состава. Первым Яупова уволили, по осени мы с Гуровым рассчитались, в конце сезона — Валя Чупров. Меня, как из команды освободился, сразу звали Казань, Уфа. Мог бы еще поиграть. Но жена запротестовала: «Надоел твой хоккей, хватит!» Пошел на завод. Юрок Лаврищев там уже несколько лет трудился; привел меня в цех: «Смотри, как хорошо», — вспоминал оборонец.
Чупин пережил уникальный опыт. Он побывал по обе стороны баррикад. Геннадий прекрасно знал, какого быть профессиональным хоккеистом и выступать на достаточно высоком уровне больше 10 лет. Также он на собственной шкуре проверил, что чувствуют обычные работяги с завода. И как им временами бывает невыносимо тяжело. Тем не менее, защитник все равно убежден в одном — хоккеистам сложнее, чем рабочим завода.
«Где сложнее? Все же, пожалуй, в хоккее. На сборах «физуху» закладывали — будь здоров. В Чайковском летом кроссы по 25 километров. Но на заводе, знаешь, тоже тяжко. График. Я с ночной домой приходил — падал в кровать и просыпался только к следующей смене. После выходного снова в цех. И так по кругу. Да, все здорово, сидят в домино играют. Это в электросталеплавильном. А я то попал на разливку. Ух, пе́кло. 1500–2000 градусов. Основная круговерть ночью. Днем старались, чтоб поменьше выброса в атмосферу было, дыма этого рыжего. Рабочая одежда: штаны суконные, под них трико, валенки с во-о-от такой резиновой подошвой, чтоб не загорелись. На пол плюнешь — слюна кипит. За смену литров по 5-6 воды выпивали, иначе упадешь от обезвоживания. В канаву полезешь — елки-палки… Но ничего, втянулся, привык. Устраивался — думал, «горячий» стаж выработаю — и привет. В итоге, 20 лет тут оттрубил. Бригадиром был, старшим канавщиком, в начальство не лез», — рассказывал Чупин.
