Сестры Аверины о происходящем в их жизни: скандал на реалити-шоу, беременность Дины, «Ледниковый период»
В шоу фигуристки Евгении Медведевой «Бес Комментариев» пришли гимнастки Дина и Арина Аверины. Спортсменки рассказали про жизнь после спорта: скандал на реалити-шоу, беременность Дины, работу с Ириной Винер и вспомнили Олимпиаду.
Sport24 записал все самое интересное.
Аверины про планы на лето
Арина: У меня, в отличие от Дины, лето очень загруженное. Я сначала провожу сборы у нас в Заволжье, в родном городе. Потом мы сразу улетаем на три дня в Европу. Прилетаем, я беру старшую сестру Полину, и мы летим на сборы в Хорватию. Так весь июль расписан.
Дина: Я тоже проведу одни сборы, которые будут в июле в Заволжье. А там уже все, летать я не буду с Аришей, поэтому она берет Полину. Буду сидеть дома и готовиться уже к родам.
Арина: Слава богу, у нас есть еще одна сестра, которую я ее могу взять мне в помощь. Вот мы вдвоем и полетим.
Аверины про комментарии
Арина: Мне кажется, больше за комментарии отвечает Дина. Она еще в спорте следила, чтобы все четко писали, не дай бог, плохой комментарий. Я к этому спокойно отношусь, к негативу. А вот Дина в этом плане ранимая. Она не может, когда кто-то пишет негатив, это и в спорте было. Сейчас уже попроще, но все равно.
Дина: Я в споры не вступаю, не удаляю плохие комментарии. Если совсем какие-то оскорбления идут, то я, конечно, удаляю. В спорте, как Ариша сказала, да, я читала, каждый раз расстраивалась, думала, что еще можно сделать, чтобы понравиться, как себя улучшить, улучшить результаты. Потом поняла, что я не могу всем нравиться. Спасибо моим фанатам, которые меня всегда поддерживали. Поэтому стала спокойнее вот сейчас реагировать на комментарии.
Аверины про скандал на шоу «Сокровище императора»
Арина: Нам пришло предложение, пригласили поучаствовать. Я сразу согласилась. Я смотрела только второй сезон, и меня затянуло, и было интересно, как люди проходят испытания в команде, как они договариваются с китайцами, как они объясняют. Я говорю Дине: «Пожалуйста, поехали». Она после съемок на Бали в «Ставке на любовь» сказала, что больше никаких проектов, потому что там было тяжело. И Дина посмотрела, по-моему, две серии. Ее тоже затянуло, и она говорит: «Хорошо, все, я согласна».
Дина: Она недолго меня уговаривала, но я понимала, что мы любим пробовать что-то новое. В этом проекте мы участвуем вдвоем, в команде. Раньше такого не было, выступали каждый сам за себя. И как мы будем себя вести, никто не знает, даже мы не знали. Тем более мы понимали, что пока зовут, надо соглашаться. Это самый классный проект на ТНТ, про него все говорили. И вот честно, я только сейчас понимаю, что спасибо Арише, которая сказала, что мы там будем участвовать, и она меня уговорила, потому что сейчас бы я сказала, что я еще хочу туда. Несмотря на все, что там происходило, я в каждом сезоне готова там участвовать.
— С чего начался конфликт, что там случилось?
Арина: Марго не понравилось, что ведущие нас называют олимпийскими чемпионками. Началось все с этого, и там потом по накатанной все было. Но сам факт: не мы просили ведущих нас так называть, а просто как-то после Олимпиады народ нас так начал называть. Это как поддержка такая была. И я не знаю, когда на мероприятиях меня куда-то приглашают и хотят вызвать как олимпийскую чемпионку, я прошу без этого.
Дина: Я спокойно смотрела это уже в эфире, мне тем более переживать нельзя. И я как-то отпустила эту ситуацию, сказала, что все, что было там, мы оставили в проекте. Нас поддерживали даже лучше, чем после Олимпиады. Мы с Аришей были в Нижнем Новгороде, выходили из ресторана, и люди просто вставали и хлопали. Мы не знали, что народ смотрит проект «Сокровища императора». Потому что я, честно, не смотрела, пока Ариша не сказала.
— Какие эмоции были в момент, когда вы это услышали?
Дина: Мне Арина за столом сразу сказала: «Дин, только спокойно». А я была настолько спокойная, правда, мы снимали с утра до ночи, и я уже хотела спать, кушать, и я спокойно ей отвечала. Да, это больная для нас тема, Олимпийские игры, но я подумала, зачем эту тему поднимать и как-то выводить на конфликт. Да, хорошо, мы это все понимаем.
Арина: У нас разное мнение на эту ситуацию. Я хотела ответить просто по-человечески, но понимала, что может начаться конфликт. А родители нас как бы учили с детства, что порой иногда лучше промолчать, чтобы не раздувать. Дина мне говорила: «Ариша, ты молчи». Дина меня сдерживала, и, наверное, спасибо ей за это, потому что я бы там наговорила много всего. И порой иногда надо остыть, обдумать свое решение и уже что-то говорить.
— Могла ли это быть постановочная история?
Арина: Когда люди не выспались, голодные, уставшие, на эмоциях можно сделать все что угодно. Не знаю, просто, видимо, это ее задело и решила предъявить.
Дина: Мы не ожидали услышать это.
Арина: Мы просто сидели, что-то обсуждали, как день прошел, и тут раз, и Марго это выдает. Мы с Диной в ступоре были.
Аверины про жесткость Ирины Винер
Дина: У Ирины Александровны разный подход к разным гимнасткам. Если говорить про меня, то Ирина Александровна больше поддерживала. Могла меньше гонять, чем Аришу, потому что понимала, что у меня там травма либо спины, либо нога болит. И она говорила: «Можешь вполсилы, можешь не прыгать, можешь не гнуться». Говорят, что Ирина Александровна очень жестко обращается, но опять же, смотря к кому. Когда ты попадаешь в сборную, уже борешься за медали, должен не подвести страну, то там уже другой подход.
Например, наш личный тренер Вера Николаевна Шаталина очень редко повышала на меня голос. Потому что она понимала, что, если на меня повысить голос, я вообще могу обидеться и уйти из зала. И я всегда слушала, с первого раза все могла выполнить. Также Ирина Александровна знала какой подход, да, она могла прикрикнуть. Ну, а как по-другому? Результатов ты не добьешься. Другое дело, если ты маленький человек, только-только пришла в спорт, начинаются первые успехи, первые шаги, и на тебя кричат или даже избивают, я против этого. На меня никогда руку не поднимали.
Арина: На меня больше повышали голос, строже относились, но мне такой подход был нужен. Если бы мне постоянно говорили, какая я молодец, я бы вообще ничего не делала. Меня никогда не били, я тоже против этого. Если бы меня ударили, я бы просто взяла вещи и ушла. Я не помню моментов, когда на меня настолько сильно орали, чтобы вывести из себя.
— Что самое жесткое могла сказать Ирина Винер тебе?
Арина: Естественно, на соревнованиях прикрикнуть с матом. Но это даже не то, что она ругалась, а хотела подбодрить и настроить на выступление. Поэтому у меня (ее крики проходили) мимо ушей. Она крикнула — а я забывала сразу. Либо у меня просто такой характер. Я понимала, что это делается не для того, чтобы меня обидеть, а чтобы меня настроить. Каждый человек относится по-разному к критике, к крикам. Это нормально, когда тренер повышает голос на спортсмена.
— По вашему мнению, возможно ли без жесткости, которая даже граничит с жестокостью, воспитать олимпийского чемпиона?
Дина: Смотря что подразумевается под этим словом. Если просто крики, иногда матом, то это нормально. Может быть, потому что я привыкла. А бить — я всегда против этого. У нас не было такого.
Арина: Да, нас не били, и все равно мы смогли достичь каких-то результатов. Да, голос повышали, иногда ругались, как Дина сказала, матом, но это в пределах разумного.
Аверины о беременности Дины
Дина: Мы с Димой подходили осознанно и подстраивались под график, потому что и он понимал, что мне надо часто летать, какие-то проекты мы уже знаем заранее. Ариша первая вообще догадалась, что я беременна, потому что у меня один день был просто жор. Потом Дима тоже стал догадываться, но в итоге, когда я сделала тест, рассказала всем, все обрадовались. Первый месяц вроде нормально прошел, потом мой любимый токсикоз начался. Потом мы полетели на мастер-класс в Вену, меня Ариша там прям выручала. Мне было тяжело, но я делала вид, что все хорошо, потому что я никому не говорила. А так все прекрасно. Отдышка, это понятно, потому что скоро последний месяц, уже остается совсем ничего.
— Вы же близнецы, наверняка Арина только по жору поняла. И как в целом рассказала о беременности?
Арина: Не знаю, мы как-то сидели за ужином. Я как-то почувствовала — то ли ее поведение в тот день поменялось, то ли она сама начала меняться. И просто я сказала: «Дин, мне кажется, ты беременна». Но она еще тогда не знала, не делала тест. И она говорит: «Нет, я не беременна, успокойся». Но я как-то почувствовала.
Дина: После этого я прилетела в Москву, утром сделала тест, Диме только вечером сказала. Я подготовила заранее коробочку. Он думал, что будет плакать, но просто стоял в ступоре. Он просто стоял, молчал, радовался, обнимал меня и не мог поверить. От гендер-пати решили сразу отказаться, потому что я не могла терпеть, уже на десятой неделе знала, кто у нас будет.
Арина: Я, кстати, и пол тоже отгадала.
— Расскажи про подготовку к родам.
Дина: Решила рожать в Нижнем Новгороде, потому что мы часто приезжаем в дом, где у нас родители, мы все вместе там собираемся и проводим лето. Там свежий воздух, мне будут помогать мама, папа, Ариша с Полиной, Дима, естественно. Я подумала, что в Нижнем будет намного проще, чем в Москве, и очень хороший врач, который 30 лет уже занимается своим делом, преподает в институте, его посоветовал мой папа.
— Как изменилась Дина за период беременности?
Арина: Наверное, больше стала плакать. Мы куда-то собираемся, уже практически выходим, и она просто берет и плачет.
Аверины о реакции Ирины Винер на съемки в «Ледниковом периоде»
Арина: Мы сами не говорили, она узнала, когда пригласили ее судить. Я провела ее за судейский стол: «Тут темно, тут холодно. Зачем вы пошли вообще на этот проект?» Но после проката, когда заливка была, она подошла и сказала «Ариша, извини, я была неправа, я вижу, как тебе это нравится, как ты катаешься». И как-то она отпустила уже эту ситуацию, но все равно переживает.
Дина: Она сказала: «Спасибо, что не сказали заранее, потому что я бы вас не отпустила».
— Как она отреагировала на ваш союз с Димой?
Дина: Когда Ирина Александровна узнала, она мне написала, поздравила. Я ее пригласила на свадьбу. Именно на свадьбе она сказала: «Я вижу, как вы смотрите друг на друга. Ты в надежных руках, я не переживаю. Поэтому тебя я отпускаю, я за вас счастлива». Я очень обрадовалась, потому что в любом случае она меня много лет тренировала. И она меня знает и чувствует. Ее одобрение меня успокоило.
Аверины про Олимпиаду
Арина: 5 лет прошло, и я спокойно могу говорить, потому что первые 2 года мы вообще в семье не поднимали эту тему. Скажу просто то, что три вида (обруч, мяч, булавы) я сделала идеально, это мне потом наши судьи говорили. Оценки поставили немного низкие, но я понимала, что от меня по факту уже ничего не зависит. Это уже дело судей, как они там поставят. Оглядываясь назад, понятно, переделала бы только ленту, и то, мне кажется, было бы обиднее, если бы я сделала ленту чисто, и меня бы поставили на четвертое место. Но все равно, да, я немного не согласна с четвертым местом.
Дина: Это сейчас моя история, я выступила чисто, и меня поставили на второе место. Я сейчас тоже могу спокойно говорить, потому что спорт закончился, началась личная жизнь. Я поняла, что спорт остается в прошлом, и я рада, что смогла сделать без потерь, без ошибок, на свой максимум. Мы же не можем изменить эту ситуацию, поэтому поменяли подход к этой ситуации.
Аверины про соперничество
Арина: У меня было ощущение, что я в тени Дины. Сначала меня это задевало, что говорили: Дина тащит нас, я всегда вторая, благодаря Дине я нахожусь в сборной. Но потом я посмотрела на это с другой стороны. Мне хотелось доказать, что я тоже могу выигрывать, быть первой. Я сама выхожу на ковер, сама показываю результаты. Каждый сам по себе. И я завоевала сама себе это место. Когда Дина выигрывала, я получалась как в тени. Но когда я на чемпионате Европы занимала первое место, говорили про меня, и Дина была в тени. Кто выигрывает — про того и пишут. Я просто прямо Дине говорила, что ты везде, про тебя везде говорят, а меня как будто не замечают. Дина отвечала: «Да нет, Ариш, ты тоже хорошая гимнастка».
