Сбежал из страны и напугал власти: легенду СССР ловили по всей Азии
После завершения игровой карьеры Игорь Нетто быстро сменил футбольное поле на тренерскую скамейку. Для легендарного полузащитника «Спартака» и сборной СССР это был логичный шаг: за плечами — огромный опыт, авторитет и имя, которое знали далеко за пределами страны.
Но тренерская биография Нетто началась не с привычных советских клубов. Сначала он уехал на Кипр и работал с «Омонией», затем возглавил ярославский «Шинник», а в ноябре 1970 года оказался в совсем необычном месте — стал главным тренером сборной Ирана.
На бумаге это выглядело как интересная зарубежная командировка. Иран находился рядом с южными границами СССР, страна активно развивала футбол, а для советского специалиста это был шанс проявить себя на международном уровне. Но реальность оказалась куда сложнее.
Уже вскоре Нетто понял: нормально работать почти невозможно. Проблемы начались с самого простого — общения с командой.
«Во-первых, переводчик слабо владел русским языком, а в футболе и вовсе ничего не смыслил. Поэтому Нетто не мог донести до игроков свои установки, не было должного контакта с футболистами. Во-вторых, в дела сборной вмешивались все, кому не лень. Мог приехать представитель шахской семьи — просто так погонять мячик. Тренер об этом узнавал последним. Для Игоря Александровича было полной неожиданностью появление на тренировках солидного господина, который лез всюду и требовал исполнения всех своих капризов», — писали в своей книге «Гвардия советского футбола» журналисты Павел Васильев и Олег Лыткин.
Для человека советской футбольной школы, привыкшего к дисциплине и понятной иерархии, такая обстановка была тяжелым испытанием. Тренер отвечал за результат, но не всегда мог контролировать даже собственную тренировку. Одни вмешивались в процесс, другие не понимали требований, а третьи появлялись на занятиях просто потому, что им так захотелось.
Однако самым абсурдным испытанием для Нетто стали даже не иранские порядки, а реакция советских чиновников.
Осенью 1971 года сборная Ирана должна была отправиться в турне по Азии. Перед поездкой Нетто поступил как дисциплинированный советский гражданин: отправил телеграмму в Комитет по физической культуре и спорту СССР и сообщил о планах команды.
В маршруте значились Сингапур, Таиланд, Южная Корея и Гонконг. И вот тут в Москве занервничали. Сингапур и Таиланд еще можно было пережить, но Южная Корея и Гонконг выглядели для советской бюрократии крайне подозрительно. Первая страна считалась недружественной, со второй у СССР не было дипломатических отношений.
Информация дошла до ЦК КПСС, и там решили: поездку надо запретить.
Беда была в том, что запрет опоздал. Пока чиновники согласовывали бумаги, Нетто уже вылетел из Тегерана вместе со сборной Ирана. У команды был календарь, матчи, перелеты — ждать советского разрешения никто не собирался. Так легендарный футболист в глазах системы внезапно превратился почти в беглеца.
Дальше началась настоящая бюрократическая комедия. Советские власти попытались срочно вернуть Нетто, но даже не сразу разобрались, где он находится. Почему-то чиновники решили искать его через посольство в Таиланде. Туда ушла телеграмма с требованием немедленно вызвать тренера.
Но сборная Ирана к тому моменту еще не добралась до Таиланда.
Ситуация становилась все нервнее. Особенно после того, как о возможной поездке советского тренера в Южную Корею узнали северокорейские партнеры. Они тоже встревожились и направили в СССР телеграмму. Теперь история выглядела уже не как обычная командировка, а как потенциальный международный скандал.
Советская сторона стала активнее писать в посольства и искать Нетто по всей Азии. Но «нарушителя» все никак не могли найти. Лишь спустя несколько дней чиновники наконец раздобыли календарь матчей сборной Ирана и поняли неприятную вещь: в Южной Корее Нетто уже успел побывать.
Оставалось только сделать вид, что ничего страшного не произошло. Разрешение на поездку оформили задним числом — будто все с самого начала было под контролем.
Сам Нетто, вероятно, даже не знал, насколько бурно в Москве переживали его азиатское турне. Переписка между ЦК КПСС и спортивным комитетом была засекречена. Но с последствиями советской нерасторопности он все же столкнулся лично.
«Переполнил же чашу терпения советского тренера такой случай. Сборная Ирана прибыла в Гонконг, с которым у СССР не было дипломатических отношений. О визе никто не позаботился. И Нетто просидел несколько часов в аэропорту, пока дипломаты не добились разрешения на его въезд в британскую колонию», — писали Васильев и Лыткин.
После этого неудивительно, что иранский этап карьеры Нетто получился коротким. Он проработал там около года, больших результатов не добился и после окончания контракта вернулся в СССР.
