«Дзюба в «Спартаке» — это будет круто для всего российского футбола». Первое интервью Тедеева после «Акрона»
Заур Тедеев возглавил «Акрон» в 2023 году и сходу поднял команду в РПЛ через стыковые матчи. Ворвавшись в элиту, клуб из Тольятти всех удивил не только результатами (9-е место по итогам сезона), но и подписанием главного нападающего России Артема Дзюбы. Тедееву удалось найти подход к Дзюбе, и вскоре их отношения из рабочих переросли в дружеские.
Перед сезоном-2025/26 «Акрон» не смог вовремя усилиться новыми игроками. Это привело к публичной критике клуба со стороны Дзюбы и смене спортивного директора — на место Антона Чистякова пришел Алексей Буртовой.
Зимой «Акрон» и вовсе купил лишь молодого вингера Кевина Аревало из Уругвая — вкупе с плохими тренировочными условиями по весне команда рухнула в стыки. Пиковой точкой стало разгромное поражение от «Крыльев Советов» (1:4) в последнем туре и немедленная отставка Тедеева сразу после матча.
Корреспондент Sport24 Андрей Бабич созвонился с Зауром Эдуардовичем и обсудил причины неудачного сезона «Акрона», проблемы с трансферами и будущее Артема Дзюбы.
«Я возмущался: «Зачем предлагать игроков, которые для нас недоступны?!»
— Мы говорим спустя неделю после вашего ухода из «Акрона». Как она прошла?
— Это была лучшая неделя за последние несколько лет. Накопилась психологическая усталость — хотелось просто разгрузить себя.
— Но стыковые матчи наверняка смотрели.
— В эти дни отключиться не получилось, конечно. Болел за «Акрон», был на связи с тренерским штабом — несмотря на то, что случилось. Когда команда сохранилась в РПЛ, выдохнул.
— Уже проанализировали, что у вас пошло не так?
— Ключевую роль сыграл эффект накопленных ошибок. Хотелось, чтобы это было не настолько критично, чтобы не привело к вылету «Акрона» из РПЛ. Господь помог нам в этом.
— Главные ваши ошибки?
— Ключевым фактором стали трансферы. Понимали: второй сезон будет намного сложнее первого — команды из нижней половины таблицы серьезно усиливались и успели нас изучить. Мы тоже хотели стать лучше, был план селекции. К сожалению, абсолютно ничего не сработало.
— Почему?
— На счет порядка 15 футболистов тренерский штаб определился: «Мы их хотим». Понятно, что сразу всех не взяли бы. Например, на позицию крайнего нападающего нужны были два футболиста, и они значились в списке. Но каждый раз что-то не складывалось. Я возмущался и переживал внутри себя: «Зачем предлагать игроков, которые для нас недоступны?!»
— Часто это слышали?
— Гораздо чаще, чем хотелось бы. Слово «недоступность» стало самым нелюбимым из всех, что я когда-либо слышал. Два последних трансферных окна — сложнейшие периоды за все время работы. Когда дело доходило до одобрения тренерским штабом кандидатов, отобранных спортивным блоком, всякий раз складывалась ситуация, что клуб не мог взять этих футболистов. Все понимаю: цены растут, агенты ведут себя неправильно, вмешиваются другие клубы. Но мне было крайне грустно, когда в итоге мы не смогли никого взять
— Летом трансферы у «Акрона» все-таки были: Марадишвили, Бистрович, Севикян, Роча, Гудиев, Хосонов и Фернандес.
— Большинство из них появились только в конце трансферного окна — предсезонку они пропустили. Только к 19 сентября мы укомплектовали команду — так, как смогли. К сборам привлекались молодые игроки, которых брали вопреки. Какая тут конкуренция в тренировочном процессе? Да никакой! Это тоже возмущало и отнимало много сил. Я понимал: команда и близко не может подойти к сезону в оптимальном состоянии.
— Такое чревато не только плохими результатами, но и травмами.
— Мы с тренерским штабом даже писали аналитику на эту тему. Понимали: на основных футболистов упадет большая нагрузка, и могут возникнуть травмы. Так и случилось. Особенно острым получился август — там много игр чемпионата и Кубка России. Поэтому к зимней паузе «Акрон» подошел не так, как ожидалось.
— При этом октябрь и ноябрь прошли хорошо: шесть матчей без поражений, ничьи с «Зенитом» и «Локомотивом», победы над «Пари НН», «Ростовом», «Динамо» и «Сочи».
— К этому отрезку мы привели футболистов к общему знаменателю. Новички адаптировались. Увидев это, подумал: клуб сделает выводы и исправит ситуацию зимой. Декабрьское совещание было для меня многообещающим.
— Но?
— В зимнее трансферное окно снова не взяли ни одного футболиста, способного усилить команду. Молодой Аревало из слабого чемпионата Уругвая — трансфер на перспективу. Параллельно я еще в январе объявил некоторым футболистам, что с ними будем расставаться.
— Подразумевая, что на их место придут новые игроки?
— Конечно. Не мог скрывать от футболистов планы. По прошествии времени понял: зря мы отпустили того же Солтмурада Бакаева.
Но помимо селекции были и другие сюрпризы.
— Так.
— У «Акрона» слабый уровень инфраструктурных возможностей и организации тренировочного процесса — не дотягивает до Премьер-лиги. Мы боролись с этим и выходили из ситуации благодаря большому профессионализму медицинского и тренерского штабов. И футболисты молодцы — более тщательно подходили к своему здоровью.
— Слабая инфраструктура — это вы о чем?
— Когда команда вернулась со сборов, было четкое понимание: начнем тренироваться на натуральном поле стадиона «Торпедо». Но вышли на него только спустя два месяца. Пока тренировались на искусственном, снова пошли травмы. Не все футболисты были готовы к переходу между покрытиями. Эти факторы и повлияли на то, что «Акрон» стал бороться за выживание.
«Чистяков вел себя трусливо. Мое негативное отношение к Антону — это неверие в его способности»
— За летнюю селекцию «Акрона» отвечал Антон Чистяков. Он признался: коннект между вами не сложился. Почему?
— Антон — нормальный парень. Но какой коннект мог сложиться, если спортивный директор не может привезти футболистов, о которых сам и говорит? Зачем рассказывать о Жемалетдинове (25 июня покинул ЦСКА, в сентябре перешел в «Ахмат». — Sport24) и еще некоторых игроках, которые априори стоят других денег и зарплат? Зачем связывать меня по телефону с Исламом Чесноковым из «Хартса», предварительно не обсудив возможности нашего клуба с гендиректором Константином Клюшевым?
Антон Чистяков
— Непонятно.
— Спортивный директор должен быть волком, голодным до футболистов, и постоянно находиться внутри тренировочного процесса, все время общаться с тренерами. Чистяков этого не делал — в отличие от Арама Задояна, которого он сменил. Антон вел себя трусливо с точки зрения инициативности. Я ему об этом говорил и был готов поддержать.
— Каким образом?
— Чистяков говорил, что не дают денег. Я отвечал: «Пойдем вместе спросим, почему не дают. Давай на совещаниях говорить все как есть. Если проблема в гендиректоре, нужно это обсудить при владельце клуба». Но я уверен: проблема была в самом Чистякове.
— Еще Чистяков говорил, что в общении вы постоянно искали негативные моменты.
— По своей сути не могу негативно относиться к людям, честно и профессионально выполняющим свою работу. Но если на протяжении долгого времени слышу сплошную ложь и вижу недееспособность при реализации трансферных планов, перестаю доверять человеку.
Чистяков работал не на тренера Тедеева, а на «Акрон». Мое негативное отношение к Антону — это неверие в его способности. Но я нигде об этом публично не заявлял. Зато можно спросить у руководителей «Акрона», как они относятся к деятельности спортивного директора Чистякова в период его работы в клубе. Не думаю, что они в восторге, как и я.
Владелец «Акрона» Павел Морозов
— После поражения от ЦСКА в шестом туре Дзюба раскритиковал селекцию «Акрона»: «Где футболисты, усиление? У нас другие задачи? Мы хотим вылететь в ФНЛ? Мы не дадим этого сделать, но как играть, когда у нас выступают 17–19-летние». Чистяков намекнул: это могло быть сделано с вашей подачи.
— Наиглупейшее мнение. Оно унижает достоинство человека, сказавшего эти слова. Дзюба никогда не был ни от кого зависим и всегда говорил то, что считал нужным. Возможно, в данной ситуации Артему не следовало высказываться в таком формате. Но в России сегодня всего два футболиста, которые могут сказать почти все: Дзюба и Акинфеев — легенды. У них колоссальнейший опыт нахождения внутри российской футбольной реальности и высокий уровень патриотической самоотдачи. Поэтому Дзюба и высказал свое мнение. Очень глупо рассуждать, что Тедеев мог на это повлиять, когда я сам неоднократно заявлял, что есть проблемы. Мне не нужно было усиливать это мнение, используя Дзюбу в качестве инструмента.
— С Алексеем Буртовым, который сменил Чистякова в «Акроне», стало лучше?
— Хороший парень. Разбирается в футболе, старался постоянно быть рядом со мной и командой, много внимания уделял молодым футболистам. Буртовой был погружен в процесс, что делало меня спокойным и счастливым. Но относительно трансферов на вход, к сожалению, ничего не случилось.
— Почему?
— Есть объективные причины. Буртовой долгое время не находился внутри России. Это могло сказаться на переговорных процессах с агентами и представителями клубов.
«Ребята чувствовали мою тревогу и тоже переживали. Сожалею об этом»
— Вы назвали внешние факторы неудачного сезона «Акрона»: слабые трансферы, плохие условия. Какие ошибки допустили лично вы?
— Моя основная ошибка — внутреннее неспокойствие в моменты принятия решений. Раздражительность накапливалась, не хватило свежести ума. Сейчас вспоминаю тактические нюансы и выбор состава, которые в итоге оказались неправильными. Старался вести себя спокойно, чтобы нервозность не отразилась на футболистах. Но у нас была близкая связь, ребята чувствовали мою тревогу и тоже переживали. Очень сожалею об этом.
— Можно сказать, что вы поплыли?
— Откровенно скажу: не плыл, потому что оставался спокоен по отношению к футболистам. Мы со штабом продолжали вести работу и целиться в результат. Возьмем содержание, даже когда мы проигрывали: кроме матчей с «Ростовом», «Крыльями Советов» и «Локомотивом», команда выглядела достойно, несмотря на сложности. Кстати, хотите интересный факт?
— Конечно.
— На матче с махачкалинским «Динамо» я задался мыслью и посчитал молодых футболистов на скамейке «Акрона». На тот момент их было пять. Потом сложил количество их матчей в РПЛ. Так вот, у каждого запасного Махачкалы было больше игр в Премьер-лиге, чем у пяти молодых футболистов «Акрона» в сумме!
— Сильно.
— Я понимал: это молодые футболисты, к ним нужен особый подход с точки зрения психологии. Они не были готовы в такой ситуации тащить лямку. Да, могли сыграть хорошо одну-две игры — но потом неизбежен сбой. Поэтому сильно переживал: «Вдруг мы убьем этих футболистов?!» А мы ведь так много сделали, чтобы «Акрон» оказался командой, больше всех доверяющей молодым. За два сезона у нас было больше 10 дебютов в РПЛ. И я благодарен «Акрону», что клуб так относится к молодым футболистам.
— Знаю, первые мысли о возможном уходе из «Акрона» у вас возникли после мартовского разгрома от «Локомотива». Как это было?
— Еще зимой я сказал: сам не уйду из «Акрона». Есть и профессиональное отношение, и контрактные особенности. А на следующий день после «Локомотива» состоялась добрая беседа со спортивным директором: «Для меня «Акрон» — больше, чем команда, где я просто зарабатываю деньги. Это мое счастье, моя боль. Но, может, настал момент, когда нужно переключить тумблер на другую волну?» Думал, эмоциональный скачок позволит новому тренеру и команде посмотреть на ситуацию с другой стороны. Для меня было важно, чтобы «Акрон» сохранился в РПЛ.
— Почему в итоге остались?
— Состоялся разговор с владельцем клуба Павлом Морозовым и гендиректором. Я понял: нет искомого кандидата, который мог бы меня заменить, и надо пробовать самому исправлять ситуацию. Благодарен и Морозову, и Клюшеву. Они поддерживали меня во всех направлениях. Вместе мы проделали огромную работу, которая позволила «Акрону» стать узнаваемой и интересной командой.
«Объективно «Акрон» должен был вылететь. Прыгнули выше головы»
— Как опишете произошедшее в последнем туре с «Крыльями Советов»?
— Все произошло как надо. Я перед игрой сказал: «Сегодня полностью доверю себя Господу». Понимал: «Крылья» — сильная команда, в игре с которой может произойти что угодно. «Акрону» была нужна только победа, мы максимально сориентировали себя на атаку. В первые 15 минут матча должны была забить минимум один мяч. А потом игра перевернулась, и мы четыре раза пропустили.
— Что испытали в тот момент?
— Спокойствие. Надо было настраиваться на следующий матч. Уже в перерыве думал, как готовиться к «Ротору» и что сказать в раздевалке. Убивать футболистов не мог. Важно было с честью закончить второй тайм. В этой ситуации стало неожиданностью, когда после моего методического разговора о подготовке к следующему матчу, не предупредив меня, президент объявил о расставании.
— Как восприняли новость?
— Спокойно, потому что умею держать удар. Я даже поддержал это решение. Оно было самым верным здесь и сейчас.
— Неожиданно.
— Потом мы зашли в тренерскую и долго разговаривали. Президент поблагодарил меня за то, что я нашел слова, которые поддержали его. Хотя поддерживать, по идее, нужно было меня.
— Уволили только вас. Что вы сказали перед уходом штабу, который остался на стыки?
— Попросил и тренеров, и футболистов максимально подготовиться к «Ротору»: «Вариантов нет, мы не вылетим. Даже не сомневаюсь». Своим решением владелец клуба убил двух зайцев: случился мощный эмоциональный эффект от увольнения тренера — но при этом все сохранилось, как было.
В этом сезоне «Акрон» прыгнул выше головы, учитывая все проблемы, с которыми мы столкнулись.
— То есть объективно «Акрон» должен был вылететь?
— К сожалению, это так. Зимой открыто заявлял внутри тренерского штаба: «Пацаны, не расслабляемся. Будем бороться за выживание».
— Получается, вы отлично справились с работой.
— Посудите сами: не может же тренерский штаб, который по итогам прошлого сезона номинировали на звание лучшего, через год стать худшим в лиге? Не бывает такого.
«Дзюба с травмой был готов сыграть с «Крыльями». Великий поступок профессионала»
— Как к вашему увольнению отнесся Дзюба?
— С непониманием. И прямо высказал мнение — чтобы я сохранил должность. Но я обнял Артема и сказал, что об этом даже речи быть не может: «Решение уже объявлено. Нужно уважать себя. А тебе не нужен старший друг, который себя не уважает». Безмерно Артему благодарен. И хотел бы отдельно отдать ему должное.
— За что?
— Артем с травмой прилетел после реабилитации из Москвы, чтобы попробовать сыграть с «Крыльями Советов». А потом пришлось выходить с «Ротором». Великий поступок профессионала. Мало кто способен на такое действие. Дзюба — человек-легенда, у которого есть все в этой жизни. Артем больше всех сделал для того, чтобы «Акрон» третий сезон подряд играл в РПЛ.
— Безусловно.
— Вспомните, как Дзюба приходил в «Акрон». На последней секунде трансферного окна нашелся клуб и, в первую очередь, тренер, который захотел Артема в команду, не побоясь его авторитета и популярности. Я знал, как с ним работать. Рад, что вместе с Дзюбой мы добились максимума из того, чего мог добиться «Акрон».
— Помимо результатов, это что?
— Мы воспитали футболистов, которые выросли в трансферной стоимости с сотен тысяч в большие деньги. Это актив «Акрона» здесь и сейчас.
— Победу над «Ротором» в первом матче Дзюба посвятил именно вам.
— Это приятно. Помимо Артема, мне звонили и другие футболисты, которые говорили то же самое. Безмерно благодарен. Главная гордость за время работы в «Акроне» — мои футболисты. Да, я хотел видеть в команде кое-кого еще. Некоторые в период дозаявок меня не устраивали. Но всегда говорил ребятам: «Как только закрывается окно, вы для меня — самые лучшие. Верю в каждого». Мы относились друг к другу с большим уважением, говорили откровенно. Пользуясь случаем, благодарю каждого за проделанную работу. Футболисты — единственные люди, кому могу сказать: «Простите, если где-то был неправ и груб».
— Дзюба «Акрон» тоже покинул. Что ему пожелаете?
— Для всего российского футбола будет круто, если Артем перейдет в «Спартак». Реально в это верю и убежден, что Дзюба сделает команду сильнее. Артем — спартаковец до мозга костей по своему духу и пониманию футбола. Мечтаю, чтобы карьера Дзюбы завершилась в амбициозном клубе. Даже если бы я остался в «Акроне», пожелал бы Артему двигаться дальше. Дзюба уже сделал для клуба то, что никогда в жизни больше не сделает ни один футболист. И такого уровня игрок, скорее всего, в «Акроне» тоже больше не появится.
— Вы говорили Дзюбе, что мечтаете о его переходе в «Спартак»?
— Да. Артем молча воспринимал мои слова. Но, думаю, он был бы счастлив, если бы появилась возможность вернуться в «Спартак».
— После ухода Дзюбы владелец «Акрона» Морозов заявил: «Хотим уйти от футбола, который был слишком сосредоточен на фигуре одного форварда. Хотим найти нового главного тренера, который поставит «Акрону» более целостный, разнообразный и комбинационный футбол. Хотим перестроить нашу игру, показывать быстрый и современный атакующий футбол, больше играть через пас, комбинировать и играть от себя». Удивлены этим словам?
— Максимально. Это звучит как некое оскорбление тренерского штаба. Как можно говорить, что Дзюба — это про примитивный футбол? Артем сохраняет все мячи у чужой штрафной, отдает любые передачи и повышает уровень игроков вокруг себя. Павлу Анатольевичу, наверное, в этой ситуации стоит пересмотреть голы «Акрона». Не надо слушать чудо-экспертов, которые сидят на диване и видят отдельно взятые эпизоды, а не игру целиком.
Знаю, Морозов был восхищен футболом, который мы показывали. Как он мог такое сказать?! Я не верю. Дай Господь, чтобы в будущем «Акрон» обрел форварда, который будет способен хотя бы на 20 процентов делать то, что умеет Дзюба. Тогда у команды появится хороший нападающий.
— Думаете, еще поработаете с Дзюбой в связке тренер-игрок?
— Моя мечта, чтобы это случилось в московском «Спартаке». Для меня было бы великой историей поработать в таком клубе. Лучшее, что было в моей жизни — противостояния «Спартака» и «Алании».
Что дальше?
— Уже успели восстановить силы, чтобы вернуться к работе?
— Разлука с моими тремя прекрасными детьми из-за работы — самое тяжелое для меня. Я был один, а они не могли ко мне приезжать. Сейчас я рядом с детьми, родителями и семьей, и мне хорошо.
Но мне достаточно короткого времени, чтобы снова обрести силы и уверенность в себе. Готов работать дальше. Хотелось бы попасть в интересный проект, который даст мне возможность реализоваться. Надеюсь, в ближайшее время найдется такой клуб.
— Были новость об интересе к вам со стороны «Пари НН».
— Из этого клуба лично мне или агенту никто не звонил. Возможно, это чьи-то домыслы или желания. Дыма без огня не бывает.
— В Первую лигу готовы пойти?
— Я приземленный человек. Важно, чтобы команда была с амбициями относительно своих перспектив и чтобы у меня была возможность принимать участие в жизнедеятельности академии. Если это клуб Первой лиги, то важно ставить задачу повышения в классе с возможностью работать на благо клуба — развивать академию и молодых футболистов. Я показал, что у меня это получается.
