Русофоб из Канады издевался над чемпионом из Казахстана! Кузнецова заставляли играть с переломом ноги
Защитник Максим Кузнецов сделал то, что не удается даже многим легендам Национальной хоккейной лиги — поднял над головой Кубок Стэнли. Уроженец Павлодара стал первым казахстанцем, взявшим главный трофей клубного мирового хоккея. Он проделал этот трюк в составе легендарного «Детройта» в сезоне-2001/02. Однако хоккейный путь Максима завершился очень рано. Особенно по современным меркам. Кузнецов повесил коньки на гвоздь уже в 31 год. И в таком не самом приятном исходе виноваты в первую очередь травмы, от которых оборонец страдал на протяжении всей карьеры.
Первые проблемы со здоровьем появились у защитника уже в 14-15 лет. Возможно, что это было связано с резким ростом — Максим очень страдал от болей в коленях и менисках. Одно из коленей его беспокоило и по ходу всей карьеры. Так что со временем это повреждение приобрело хронический характер. Даже после того, как Кузнецов ушел из большого хоккея, он не мог себе позволить просто поиграть с любителями — слишком сильно болели колени. И без того непростую ситуацию усугубила игра защитника в лучшей лиге мира. С одной стороны, НХЛ подарила ему главное достижение в карьере — Кубок Стэнли. Однако при этом за океаном заставляли Максима выходить на лед с повреждением. Такая практика существовала в «Лос-Анджелесе». Туда защитника обменяли из «Детройта».
«Наверное, заезженная фраза — тренер-русофоб. Хотя Фролов играл в «основе» «Кингз». Но это на самом деле так. Коуч «Королей» Энди Мюррей не любил игроков из нашей страны. По крайней мере, Игоря Ларионова точно ненавидел. И меня тоже зажимал. Вспоминается такой случай. Мне сломали ногу. Тренировку докатал. Сделали в гостинице снимок — перелома нет. А я даже ботинок не могу надеть. Приехали на выезд в Калгари, говорю Мюррею: «Играть не могу». Он говорит: «У тебя нет перелома». Объясняю, что даже в конек ногу не могу заправить, тем более, кататься. Слышу в ответ: «Русский, ты должен»!», — рассказывал обладатель Кубка Стэнли в интервью.
Даже после того, как снимок не выявил перелома, Кузнецов понимал — с его ногой что-то не так. И эта боль не была похожа на обычное растяжение или трещину. Защитник имел обширный опыт различных повреждений и уже мог самостоятельно определять их серьезность. Максим продолжил тренироваться, но настоял на повторном обследовании. И после нового снимка его слова подтвердились — перелом был обнаружен. Тем не менее, даже это обстоятельство не изменило отношения тренерского штаба к уроженцу Павлодара. Как результат — контракт с ним не был продлен. Получается, что Кузнецов зря рисковал своим здоровьем и выходил на лед с серьезнейшим повреждением.
«Доволен ли тем, как сложилась карьера? Наверное. И хорошие моменты случались, и — не очень. Легко точно не было. Недоволен, что не доиграл — в 31 год закончил. Два года не хватило как минимум. Если бы вовремя ходил на операции… Связку надорвали, а мне — подожди, потом мы прооперируем. Нужно на операцию, а там — тренировки, надо играть…», — заключил бывший защитник «Детройта».
