Как в СССР взялась традиция на Пасху ходить на кладбище: так стали делать неслучайно — уже после войны
Пасха в православной традиции — это день торжества жизни над смертью, праздник радости и надежды. Но для миллионов людей, выросших в СССР, этот день долгое время ассоциировался еще и с поездками на кладбище, поминками и своеобразным празднованием с ушедшими. На первый взгляд такая практика противоречит церковному уставу, но у нее есть вполне объяснимые исторические причины.
Исследователь Алексей Горбатов в работе «Празднование Пасхи: тревоги советского государства (середина 1940-х — середина 1980-х годов)» отмечает, что привычка посещать кладбища именно в пасхальное воскресенье закрепилась в СССР уже в послевоенные годы. При этом с точки зрения православия это считается неправильным: для поминовения усопших существует отдельный день — Радоница, которую нередко называют «Пасхой для усопших». До революции на Пасху ходили исключительно в церковь, а никак не на кладбище.
Почему же возникла эта традиция? Историки и священнослужители называют сразу несколько причин.
Дефицит церквей
Одной из главных причин возникновения традиции стал острый дефицит действующих церквей. К середине XX века количество храмов сократилось в десятки раз. Те немногие приходы, что оставались открытыми, в пасхальную ночь физически не могли вместить всех желающих. Кроме того, это было зачастую небезопасно и общественно порицаемо Люди, лишенные возможности попасть на службу, искали иное сакральное пространство.
Алексей Горбатов описывает этот процесс так:
«Можем объяснить эту появившуюся практику в советское время некой заменой «прихода к Кресту» из-за отсутствия храмов и возможности их посещения в послевоенные годы… На могилу умершего после похорон устанавливают крест. Данный атрибут свидетельствовал, что покойный исповедовал христианство. В тех условиях посещение кладбища на Пасху стало своеобразным напоминанием о божественном и воскресении».
Кладбище как территория «легальной» свободы
В эпоху атеизма кладбище оставалось местом, где религиозные проявления воспринимались властями снисходительно. Посещение могил родственников считалось глубоко личным, семейным делом, «гражданским долгом» памяти.
А еще, здесь отсутствовал надзор. Если за прихожанами у храмов могли следить дружинники или комсомольские патрули, то контролировать миллионы людей на кладбищах было невозможно. Кладбище стало «демократическим пространством», где человек мог проявить свои чувства, не опасаясь выговора на работе.
Интересно, что само государство в какой-то момент начало поощрять эту подмену. Власти понимали: полностью запретить Пасху нельзя, а значит, религиозную энергию нужно направить в безопасное русло. Постепенно праздник из торжества духовного превратился в ритуал бытовой. Руководство городов выделяло дополнительные автобусы до кладбищ, превращая воскресенье в день массового субботника.
«Кладбище оставалось единственным местом, куда можно было выплеснуть пасхальную радость, канализовать ее, как говорят психологи. «Пусть они лучше туда придут, — мыслило руководство. — Водочки выпьют, яичком закусят. Благополучно чувства свои канализируют»", — объяснял священник Петр Коломейцев на сайте «Православие и мир».
Бытовое восприятие
Нельзя сбрасывать со счетов и народную психологию. Для многих советских граждан, плохо знакомых с церковным уставом, Пасха была праздником весны и обновления. Про Радоницу далекие от церковного уклада граждане атеистического государства и не слышали. И на Пасху приход на кладбище воспринимался как способ «христосоваться» не только с живыми, но и с ушедшими близкими.
Традиция оказалась настолько живучей, что сохраняется и в XXI веке. Для поколения, выросшего в СССР, Пасха — это не только (и не столько) радость Воскресения, сколько день единения семьи, включая тех, кого уже нет рядом. Несмотря на то что сегодня церквей много и ходить туда можно свободно, многие по старой памяти отправляются на кладбище не в родительскую субботу или на Радоницу, а именно на Пасху — как делали с детства
