«Мы не были лучше». Даже Роднина считает, что нечестно выиграла Олимпиаду?
Достижения великой советской фигуристки Ирины Родниной вряд ли когда-то кто-то перекроет: у нее три олимпийских золота, десять побед на чемпионатах мира, одиннадцать на чемпионатах Европы. Всех своих главных успехов спортсменка добилась с двумя партнерами: сначала с Алексеем Улановым, потом с Александром Зайцевым.
В сезоне 1968/69 Роднина и Уланов стали третьими на чемпионате СССР: их опередили Тамара Москвина/Алексей Мишин и Людмила Белоусова/Олег Протопопов. Мало кто тогда предполагал, но это поражение для Родниной оказалось вообще последним в карьере.
Сегодня золотая серия Ирины Константиновны действительно шокирует и, возможно, создает ощущение, что Родниной/Уланову, а затем и Родниной/Зайцеву все давалось легко, конкуренции у них не было. Но это не так.
Например, на чемпионате СССР-1970 москвичи, будучи действующими чемпионами мира и Европы, завалили короткую и шли лишь восьмыми. Только ошибки конкурентов и собственный отличный прокат произвольной позволил фигуристам взять золото. В это же время начала раскрываться ленинградская пара Людмила Смирнова/Андрей Сурайкин.
На всех очных встречах Роднина/Уланов оказывались ленинградцев выше, но победы были как и безоговорочными, так и достаточно спорными. Главным же раундом данного противостояния стала Олимпиада 1972 года в Саппоро. Чисто откатать Ирине с Алексеем не удалось.
«Мои первые Игры в Саппоро в 1972 году были одним из самых тяжелых соревнований в моей жизни. Психологически я не очень была к ним готова, да и в качестве самого катания явно наблюдалось наше медленное сползание вниз. Короткую программу мы откатали с ошибкой. Но и в произвольной тоже натворили всякого. Я потом не раз убеждалась: на Олимпийских играх никогда нельзя идти на понижение класса, нельзя упрощать программу. Если идешь на повышение, это тебя в десять раз больше мобилизует, и ты выигрываешь. Я знаю много примеров, когда спортсмены стабильно катаются и считают так: мне бы только отстоять Олимпийские игры. Чемпионат мира можно с таким настроем выиграть, и чемпионат Европы, а Олимпийские игры — нет. На Олимпийских — дерзают.
Мы пошли явно на понижение, потому что [тренер пары Станислав] Жук не хотел рисковать. Вместо двойного акселя мы прыгали двойной риттбергер. И в первой части программы мы в комбинации наших прыжков напортачили, нечетко они были выполнены. В середине программы у Леши руки и ноги обвисли. Мы катались не только очень тяжело, но еще и не совсем чисто. Но первое место отдали нам.
Сурайкин со Смирновой произвольную программу откатали явно лучше нас, правда, по набору элементов они нас не догнали. Если брать техническую часть программы, они нам сильно уступали. А в показательной части они выглядели выигрышнее. Настроение было поганое, но я для себя решила: да, я четыре года к этому шла. Через все — через болячки, через проблемы с партнером, проблемы с тренером, через все преграды. Я заслужила на этих Олимпийских играх победу. Но еще раз признаюсь, по катанию мы не были в тот момент лучшими», — рассказывала спустя годы Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
