«Бобровский признался, что ему не верится в переход в «Торонто». Большой хоккейный разговор с Иваном Тугариновым
Хоккейная карьера Ивана Тугаринова — это новокузнецкий «Металлург» времен Суперлиги, клубы «вышки», чемпионат Чехии. Повести коньки на гвоздь, он начал свой путь в региональном отделении «Газпромнефти», позже занимал пост вице-президента «Авангарда», был директором по развитию Хоккейной Академии омского клуба.
Сегодня Тугаринов развивает проект «Атмосфера». О том, чем он может быть полезен российским игрокам и клубам, Иван рассказал в интервью Sport24. Также в этом разговоре — звезды НХЛ, «Матч года», громкий переход Сергея Бобровского, инвестиции и многое другое.
— Как вы пришли к созданию «Атмосферы» после работы в «Газпром нефти» и омском «Авангарде»?
— «Атмосфера» появилась не в один момент. Это результат всех предыдущих работ и накопленного опыта: деятельности в крупной компании, управления внутри большого хоккейного клуба, общения со спортсменами на разных этапах карьеры. Я поддерживаю связь со всеми ребятами, с которыми играл в детстве. Когда я еще работал в СКА, ко мне обратились друзья из «Газпром нефти» и попросили помочь одному хоккеисту, который сейчас выступает в ВХЛ. Я подключился, разобрался в ситуации и понял, что у игрока есть психологические проблемы. Он немного выгорел от хоккея и всего, что происходило в его жизни.
Я нашел ему психолога, мы разобрались в ситуации, помогли со сменой клуба. После этого его карьера пошла вверх. К сожалению, позже он получил травму, но сам этот опыт для меня оказался очень важным. Я понял, что есть ребята, которые на определенном этапе карьеры остаются один на один со своими проблемами. Это не самые известные игроки, не те, кто блистает на обложках. Обычные хоккеисты, которые когда-то были такими же, как я. У меня тоже был период, когда был агент, был интерес со стороны клубов, но не было человека, который в критический момент мог бы подставить плечо. Мне пришлось многое осваивать самостоятельно и приобретать уверенность.
Сейчас я могу уверенно сказать, что жизнь в спорте существует и без карьеры игрока. Вокруг спорта тоже есть жизнь: можно заниматься менеджментом, создавать продукты, оставаться очень близким к спорту и при этом жить прекрасно.
— Чем этот проект отличается от классического спортивного агентства, которое занимается преимущественно контрактами игроков?
— «Атмосфера» действительно не просто агентство. Это среда вокруг спортсменов. Отсюда и название — атмосфера, в которой мы все находимся и живем. Это наставничество, развитие личного бренда, коммерческие проекты, клубный мерч. Это также подготовка к жизни после спорта.
Я не хочу заменять своей площадкой агентов или тренеров. Наоборот, мы можем быть друг другу подспорьем. Скорее мы соединяем все, что должно существовать в органичной спортивной среде. Есть клуб, мерч, реклама, игроки — между этими направлениями я стараюсь выстраивать взаимовыгодную коммуникацию.
— Почему решили выйти за пределы хоккея и начать работать с представителями других видов спорта?
— Я давно знаком с людьми из разных сфер — культуры, бизнеса, спорта. Почему мы вышли за пределы хоккея? Потому что, помимо хоккея, есть много интересного. Мы можем учиться у других видов спорта, у людей из культуры и бизнеса. В целом жизнь намного шире и не ограничивается только хоккеем.
— Как сегодня строится работа с личным брендом и коммерческими возможностями топовых хоккеистов — Сергея Бобровского, Дмитрия Орлова и Арсения Грицюка?
— Спортивная карьера ограничена по времени, это нужно понимать. С Сергеем Бобровским мы близкие друзья с самого детства. Я вижу, что мы не молодеем, время постепенно идет вперед. Карьера может закончиться, а твое имя может жить десятилетиями. Поэтому личный бренд — это не только количество публикаций и постоянная реклама. Это ответ на вопрос, кем был этот человек за пределами хоккейной площадки.
Для меня личный бренд строится вокруг того, какие ценности спортсмен представлял и что он принес своему виду спорта.
— У каждого хоккеиста свой характер. Сергей Бобровский, например, не слишком открыт для СМИ. Арсений Грицюк, наоборот, самостоятельно ведет свой телеграм-канал. Как помочь более закрытым хоккеистам развивать личный бренд?
— У Сергея был период, когда он был максимально открыт для СМИ. Потом он понял, что это не для него. И в этом нет ничего страшного. Если спортсмену сложно самостоятельно работать с медиа, можно обратиться за помощью к специалистам. Если же ему совсем этого не хочется, тоже ничего страшного. Есть много ребят, которые не хотят афишировать личную жизнь.
Как вы правильно заметили, есть и такие игроки, как Арсений Грицюк. Я сам радуюсь, когда вижу, что Арсений что-то выкладывает. Особенно когда это идет от первого лица и видно, что все не наиграно. Болельщикам интересно смотреть, что происходит за кулисами. Особенно когда речь идет о жизни российских хоккеистов в Северной Америке.
— Зачем состоявшемуся игроку НХЛ развивать свое имя и медиаприсутствие за пределами хоккейной площадки?
— Потому что хоккейная карьера скоротечна и когда-нибудь заканчивается. А дальше нужно жить. Кто-то не видит себя в медиа или спорте после завершения карьеры. А кому-то, наоборот, интересно продолжать находиться рядом с хоккеем. Например, Дмитрию Орлову было бы интересно оставаться рядом со спортом. Он умеет говорить, хорошо выглядит в кадре и понимает специфику спортивной жизни.
Есть много ярких примеров, когда человек сегодня известен, а завтра о нем могут быстро забыть, если он не занимался собственным именем за пределами спорта. Для меня в этом плане икона — Дэвид Бекхэм. Он был абсолютной звездой футбола и сумел сохранить этот статус уже в медиапространстве.
— Во что сегодня инвестируют профессиональные хоккеисты и насколько изменилось их отношение к финансовому будущему?
— Современные профессиональные спортсмены значительно раньше начали задумываться о жизни после карьеры. Мы знаем успешные примеры, например Максима Сушинского, когда хоккеисты создавали собственный бизнес, который продолжает приносить деньги после завершения спортивной карьеры.
Наверное, сейчас большой интерес есть к коммерческой недвижимости, но по-прежнему популярна и жилая недвижимость. Купил квартиру, сдаешь ее и получаешь пассивный доход, на который можно рассчитывать после окончания карьеры.
— Еще одно из направлений вашей деятельности — мерч. С какими клубами контактировали здесь?
— Есть ряд клубов, которые настолько гибкие и открытые к подобным проектам, что у них действительно большое будущее. Отмечу «Торпедо». Расскажу историю. Команда играла матч со «Спартаком», а генеральный менеджер клуба Евгений Забуга сразу после матча со своей командой приехал на производство поздно вечером. Он все посмотрел, проверил качество продукции и даже самостоятельно протестировал вещи. Только после этого дал согласие на реализацию проекта.
Уже вышел первый дроп линейки с «Торпедо». Хочу также сказать спасибо новокузнецкому «Металлургу», который поддержал инициативу в реализации мерча. К проекту подключились «Буран», «Динамо-Алтай», «Ижсталь», «Крылья Советов» и ряд других клубов. Также выделю ФНЛ и его исполнительного директора Александра Атаманенко, он сильный менеджер и сразу включился в предложение. Я убежден, что большинство наших клубов обладают огромной и богатой историей, на которую стоит опираться. У каждого есть своя аудитория, традиции и визуальный код. Это можно интересно переносить в современный мерч.
— Почему в наставничестве вы решили сфокусироваться именно на юных хоккеистах?
— Сначала я хотел работать со спортсменами разных возрастов, но постепенно понял, что один из самых уязвимых этапов — возраст 14–17 лет. У нас небольшая команда, которая занимается конкретным игроком. Вокруг хоккеиста выстраивается группа специалистов, которая помогает ему со всех сторон. То же самое есть у Сергея Бобровского. Вокруг него работает целая команда: физическая подготовка, работа на льду и другие направления.
У молодых игроков в этом возрасте очень важно подтянуть детали. Есть несколько фундаментальных ошибок, которые встречаются практически у всех. Первая — потери шайбы на всех участках площадки. И соперник за это сильно наказывает. Чем выше уровень игры, тем серьезнее к тебе требования по потерям. В 11–12 лет это можно нивелировать катанием и догнать контратаку, в 15 это уже гораздо тяжелее.
Вторая — неправильная игра в позиционной обороне. Из-за этого игрок может потеряться на площадке и начать допускать одну ошибку за другой. Третья — отсутствие осознанности в игре. Это отдельный разговор и очень упорный труд через обретение навыка. К сожалению, большинство игроков слишком поздно это понимают.
Также бы отметил критически низкий уровень физической подготовки. Этим летом я спросил у Сергея Бобровского совета для молодых игроков, он ответил: если ты хочешь повысить силу, не нужно идти к тому, кто силен в быстроте, как специалист в скорости и наоборот. Поэтому общая физическая подготовка крайне слабая у 8 из 10 атлетов. Из-за плотного графика они могут недосыпать, неправильно питаться, испытывать физическое и эмоциональное истощение. На это накладываются проблемы в школе, социальной жизни, неудачи в хоккее и травмы.
Мне интересно помогать ребятам, которые не являются фаворитами, скорее относятся к андердогам и еще имеют шанс пробиться в профессиональный хоккей.
— Не стало ли сегодня слишком много родителей, которые с раннего возраста пытаются построить карьеру своему ребенку вместо него самого?
— Думаю, так было всегда и так будет дальше. У родителей есть собственные нереализованные амбиции, и иногда они слишком сильно вовлекаются в карьеру ребенка. Особенно меня поражают ситуации, когда родитель думает, что может решить любую проблему за ребенка: если тот не попадает в состав, не может найти контакт с тренером или ему не подходит команда, родитель пытается все изменить.
Но, если ты поменяешь клуб, сам от этого не изменишься. Если поменяешь тренера, тоже ничего автоматически не поменяется. А вот если поменять себя, тогда можно стать другим игроком, человеком и более зрелой личностью. Это тяжело принять, тяжелее осознать, но к этому надо идти. Юниорам же просто необходимо слушать специалистов и тренеров, что помогают в этом нелегком пути. В спорте ты гораздо быстрее взрослеешь, нежели в обычном социуме. Иногда нужно где-то подстроиться, где-то стиснуть зубы, где-то потерпеть. Тогда ты начинаешь меняться как игрок. То же самое касается родителей.
Если начать с малого, например с режима, физической подготовки, питания, чтения, отношения к тренировкам, то постепенно начинаешь расти. И если ребенок к этому прислушивается, между нами возникает хороший контакт, который помогает двигаться вперед. Такие родители были и раньше, есть сейчас и будут в будущем. Человек устроен так, что видит в своем ребенке продолжение себя и уверен, что у него обязательно получится. Но иногда попытки помочь превращаются в медвежью услугу. Бывают ситуации, когда мы просто понимаем, что нам не по пути.
—Вы сами прошли через профессиональный хоккей. Как собственный игровой опыт повлиял на ваше отношение к молодым игрокам?
— Безусловно, повлиял. Я не играл на самом высоком уровне, но всю жизнь занимаюсь хоккеем и продолжаю оставаться внутри этого спорта. Например, я часто говорю молодым игрокам, что перед приемом шайбы нужно смотреть по сторонам и понимать, где находятся партнеры и соперники. Многие концентрируются только на шайбе и не видят, что происходит вокруг. Нужно постоянно сканировать площадку, заранее понимать, куда можно отдать передачу и где находится соперник.
Я не так давно смотрел интервью футбольного тренера Пепа Гвардиолы, где он рассказывал про Лионеля Месси. Казалось бы, в очередной раз об одном и том же, но все-таки: Пеп обратил внимание на то, как Лионель постоянно сканирует площадку и смотрит по сторонам, поэтому ему можно ходить пешком.
Когда я говорю с игроками на такие темы и они начинают понимать, о чем речь, я стараюсь подобрать ключ к их мышлению, чтобы они действительно прониклись этой идеей. Мой опыт здесь очень помогает. Я понимаю тренеров, потому что много с ними общаюсь. Понимаю родителей, потому что сам им являюсь. Понимаю игроков, потому что сам был на их месте.
Прекрасно понимаю молодых ребят: хочется погулять с девочками, посмотреть ролики в социальных сетях, отдохнуть, не хочется учиться. Все это проходили и мы. Хороший пример для меня — Дмитрий Орлов. В детстве у него практически не было свободного времени. Он постоянно тренировался или помогал отцу.
У каждого был свой путь. Я вырос в спортивном интернате в Новокузнецке, Сергей Бобровский — в своей семье, у Димы Орлова были свои условия и воспитание. Но мы видим результат его работы: он стал чемпионом мира и обладателем Кубка Стэнли. Поэтому мой собственный опыт юношеского и молодежного хоккея действительно помогает мне понимать нынешних игроков.
— Вы хорошо знаете Сергея Бобровского и других известных российских хоккеистов. Что объединяет игроков, которые добиваются большого успеха независимо от поколения?
— Страсть. Дальше идут желание преодолевать и не сдаваться, а также трудолюбие. Если ты хочешь чего-то достичь, тебе нужно полностью погрузиться в свое дело. Это касается не только спорта. Мы сейчас видим много примеров игроков, которые буквально живут хоккеем. В СКА я слышал то же самое об Иване Демидове: люди говорили, что он полностью погружен в хоккей.
То же самое можно сказать о многих великих спортсменах. Они постоянно изучают свой вид спорта, смотрят матчи, работают над деталями. Нужно влюбиться в игру. Если хоккей для тебя просто одно из нескольких увлечений, то добиться больших результатов будет сложно. А если ты по-хорошему одержим хоккеем, изучаешь детали, смотришь матчи, анализируешь игру и постоянно хочешь становиться лучше, вероятность добиться успеха значительно выше.
— Недавно в Санкт-Петербурге проходил «Матч года». Там было много российских хоккеистов. С кем-то удалось познакомиться или пообщаться?
— Сама организация мне очень понравилась. Мы еще раньше общались с организаторами, и я предлагал провести мероприятие на «СКА Арене», потому что это очень крутой стадион, а Санкт-Петербург любит хоккей. Для меня особенно запомнилась встреча с Сергеем Федоровым. Это легендарный человек и большая икона для российского хоккея.
Когда мы сидели в раздевалке с Артемием Панариным, я поднял глаза и увидел Сергея Викторовича. Для меня это был особенный момент. Мне также удалось пообщаться с Олегом Знарком, Игорем Никитиным и другими представителями старшего поколения российского хоккея. Интересно было просто посмотреть, как они работают и общаются. Из игроков я давно знаком с Владиславом Гавриковым. Мы сейчас также начали работать вместе и готовим несколько проектов.
Кроме того, удалось пообщаться с Ильей Сорокиным, Кириллом Капризовым и Артемием Панариным. Вообще, все ребята большие молодцы. Для многих это был короткий отпуск, кому-то пришлось преодолеть большое расстояние, но они приехали и сыграли. Для Санкт-Петербурга это было огромное мероприятие. По городу было видно, насколько большой интерес вызвал матч, за день до игры видел кучу людей в джерси Панарина, Кучерова, Овечкина.
—На матче было много воспитанников новокузнецкой школы. Насколько приятно было увидеть их всех вместе?
— Безусловно, очень приятно. Я слежу за всеми этими ребятами и желаю им удачи в новом сезоне. Но особенно меня поразила реакция болельщиков. После первого периода Сергей Бобровский и Кирилл Капризов не могли пройти в раздевалку, потому что вокруг них постоянно собирались люди, просили автографы.
Было видно, насколько сильно болельщики соскучились по этим хоккеистам. Для меня особенно тепло было видеть, насколько востребованы и интересны болельщикам ребята, с которыми мы когда-то вместе играли в детстве.
— Этим летом Сергей Бобровский покинул «Флориду», где стал настоящей иконой, и перешел в «Торонто». Делился ли он своими переживаниями или ожиданиями перед сезоном?
— Наверное, он не был готов к тому, что история с «Флоридой» закончится. Все-таки он провел там много лет, выиграл два Кубка Стэнли, сформировался большой коллектив. Когда состоялся переход, он признался мне, что ему просто не верится. Столько лет прошло, а теперь нужно ехать в другой город, менять привычную жизнь, перевозить семью. Он говорил, что чувствует себя так, будто снова омолодился. Появилось определенное напряжение, но вместе с ним есть и интерес.
«Торонто» — совершенно другой рынок. Там огромное внимание к хоккеистам и большая ответственность перед болельщиками. Сергей приехал вместе с семьей, а клуб сразу помог с бытовыми вопросами. Чувствуется поддержка организации. Сейчас он уже готовится к сезону. Многое будет зависеть от тренера Джима Хиллера. Если ему удастся выстроить надежную оборону, это может быть очень хорошая и боеспособная команда.
В «Торонто» есть опытные мастера и молодые игроки, которые еще будут развиваться. Поэтому за командой интересно наблюдать.
— Мы много говорим о двух Кубках Стэнли Бобровского, но вспомним период, когда у него во «Флориде» ничего не получалось. Статистика была плохой, пресса давила. Как ему удалось не сломаться?
— Наверное, лучше всего было бы спросить об этом самого Сергея. Но по моим ощущениям, он человек, который верит в себя и, несмотря ни на что, продолжает идти вперед. Здесь важны несломленный дух, страсть к игре и понимание, что бывают черные и белые полосы. Нужно продолжать работать и верить в себя. Сергей именно так и шел к результату, который мы сейчас видим.
— Вы — воспитанник новокузнецкой школы. «Металлург» остается одним из грандов ВХЛ, но регулярно появляются разговоры о возвращении клуба в КХЛ. Чего ему не хватает для этого?
— Думаю, основные составляющие у клуба есть. Я недавно был на арене, видел подготовку к новому сезону. Все выглядит гораздо лучше, чем раньше: арена, раздевалки, подтрибунные помещения. Здесь вопрос скорее в готовности самого клуба и в финансовой модели. Мы понимаем разницу между бюджетами команд ВХЛ и КХЛ, но при этом есть клубы с относительно небольшими бюджетами, которые стараются эффективно использовать имеющиеся средства.
Поэтому важно, насколько сам «Металлург» готов к возвращению и насколько к этому готова лига. Сейчас есть пример «Лады», которая вернулась в КХЛ и проходит период становления. Новокузнецку в первую очередь нужна стабильность и четкая стратегия. Если все это будет, надеюсь, однажды «Металлург» снова вернется в КХЛ.
Все, кто живет в Новокузнецке и Кемеровской области, этого очень ждут. Хочется, чтобы «Металлург» снова стал клубом КХЛ.
— Вы успели посмотреть на хоккей с разных сторон. Что, по вашему мнению, больше всего мешает российскому хоккею развиваться?
— Я бы сказал, что это требование результата здесь и сейчас. Это проблема, которую я вижу на разных уровнях. Сейчас приходит человек, и от него сразу требуют результат. Потому что тот, кто требует результат, сам боится потерять свое место. И эта система идет по цепочке. Мы все хотим результата сразу: тренер требует его от игроков, игрок — от себя и команды. Но так не работает.
Нужно запастись терпением. Все процессы требуют времени. Нельзя поставить перед тренером задачу и ждать, что уже завтра команда будет идеально играть. Слишком много процессов происходит одновременно. Главная проблема нашей системы — желание сделать все здесь и сейчас. Быстрого результата в спорте практически не бывает.
Нельзя прийти в зал и сразу поднять большой вес, каким бы физически подготовленным ты ни был. Нужно подготовиться, выстроить план и постепенно к этому прийти. Все происходит поэтапно. И это понимание пришло ко мне только с годами.
