«По беспределу». Как из «Динамо» Махачкала убирали его президента Гаджи Гаджиева: история его словами
Махачкалинское «Динамо» скоро начнет подготовку к своему третьему сезону подряд в Премьер-лиге. Прошлый команда закончила 14-й, а в стыковых матчах дважды победила «Урал».
Зимой в «Динамо» упразднили должность президента, которую до того занимал Гаджи Гаджиев. Ему доверили формальный пост почетного президента, отодвинув от управления клубом. Гаджиев участвовал в возрождении «Динамо» пять лет назад, но сейчас даже не упомянут на сайте в разделе «История».
Чего добился дагестанский клуб с Гаджиевым и кто виноват в том, что теперь заслуженный 80-летний тренер и руководитель лишен полномочий? Об этом Гаджи Муслимович рассказал в интервью Sport24.
«Спросил главу Дагестана: «Вы хотите меня убить?»
— Как вышло, что в «Динамо» упразднили вашу должность?
— Ничего нового здесь нет. Ноль спортивных мотивов. Клуб и команда за короткое время здорово выросли. У «Динамо» появилась стоимость, заработанная по́том и кровью. А вместе с ней обозначились корыстные интересы людей, которые имеют к проекту косвенное отношение. Если вообще имеют.
Мы создали клуб в буквальном смысле на пустыре и подняли его не с нуля даже, а из подвала. И своими силами, без трансферных расходов довели до РПЛ. Есть в истории российского футбола аналоги?
— Об упразднении должности вы заговорили только в июне.
— В марте у меня состоялся разговор с руководителем Дагестана Сергеем Алимовичем Меликовым. У команды были турнирные проблемы, и я решил: до окончания сезона неправильно выносить сор из избы. Не переговорив с главой республики, как можно было озвучивать беспрецедентно циничную историю?
Мне хотелось понять, на чем основано решение заблокировать деятельность президента, присвоив ему странный «титул»? Слишком быстро зашли в РПЛ составом из Второй лиги без трат на покупку игроков? Ну да, так и было. Если бы мы тратились щедро, клуб бы быстро лопнул.
Государственных наград у меня больше, чем места на пиджаке. И статусов хватает: кандидат наук, заслуженный тренер, олимпийский чемпион, дважды лучший тренер года в России. Теперь вот появился еще один — почетный президент махачкалинского «Динамо». Честно говоря, за 54 года, которые я прожил в профессиональном футболе, ничего похожего видеть и слышать не приходилось. Как говорят в определенных кругах — история по беспределу.
Встреча с Меликовым откладывалась, как я понимаю, именно по этой причине: дискомфорт испытывал и сам глава республики. Возможно, впрочем, ошибаюсь.
— Что дал разговор с Меликовым?
— Не отлегло, скажем так. С тяжелым грузом зашел в кабинет — с ним же и вышел. Ни на один вопрос ответа не получил. В целом я понимаю, конечно, состояние Сергея Алимовича. Он осознает: пафосно презентованное прощание с президентом «Динамо» — крайне сомнительный сюжет. Единственное «утешение» — сохранившееся доверие к экспертному мнению: «Мы по-прежнему рядом, Гаджи Муслимович. Вы будете говорить мне, а я — требовать!»
— Ваши вопросы, видимо, Меликову не понравились?
— Вопросы-то очень простые. Первый: за что? Как у моего друга Саши Розенбаума, помните: «Мешковина да кайло за фронты да седло. За три дырки беляков — ночь без снов».
Второй вопрос: сколько сейчас стоят футболисты, которые совсем еще недавно не стоили ничего? Их поднимали тренеры, а не генеральный директор Шамиль Газизов.
Третий и четвертый вопросы: для чего конкретно «Динамо» нужен Газизов? Почему профильный работник, создавший и продвинувший клуб, задвигается на задний план, а нефутбольные люди остаются у штурвала? Потому, вероятно, что собрать мальчишек, как следует их погонять и заставить прыгать выше головы — это же так просто! А вот чтобы продать футболиста, нужен, видимо, особый талант.
Бесполезный был, по большому счету, разговор. В ходе которого, правда, выяснилось: агентская выплата за трансфер Эгаша Касинтуры в «Ахмат» не санкционирована главой республики, а присвоена Газизовым самовольно. Получается, у клуба нет полутора миллионов рублей для обследования мальчишек из академии — зато есть деньги на агентский откат. И это только про одну сделку речь.
— Вам хоть что-то объяснили?
— Ничего. Да я и сам понимаю: внятных аргументов быть не может. Настолько доверительные, профессиональные отношения, какие были у нас с Сергеем Алимовичем, ничто, казалось, не могло испортить. Ничто, кроме интриг, корысти да их родной сестры — зависти. За моей спиной дважды поменялся устав — то есть втихаря, в течение полугода, если не больше, сооружалась новая управленческая конструкция. Но все тайное рано или поздно становится явным.
Если кому-то казалось, что в «Динамо» назрели радикальные перемены, можно ведь было переговорить открыто, обсудить возможные варианты, разве нет? Я вменяемый человек, всегда готов выслушать оппонента. Но неловко, неудобно, видимо. Решили: лучше потянем до Нового года, а там — пауза, каникулы, страсти как-то улягутся. Но, слушайте, мы же в одной лодке плывем. «В будущее — с историей» — один из девизов клуба. Нужно обязательно помнить, что было вчера, иначе завтра может и не наступить. История «Анжи» — яркое тому подтверждение.
Но нет. На очередном совещании Сергей Алимович зачитал тщательно маскируемое решение на тему «За спортивный блок отвечает Газизов» — и покинул зал, по пути согласившись разделить со мной, если есть такая необходимость, рабочий кабинет. Зная, конечно: у меня никаких кабинетов отродясь не было.
— Что было дальше?
— Сразу пообщаться с Меликовым не удалось. Да и не хотелось, честно говоря. Поговорили только в марте. О главном я рассказал, остальное — эмоции. Прямо спросил: «Вы хотите меня убить? Как я могу жить без своего ребенка, без «Динамо»?» Напомнил: когда мы создавали клуб, он стоил ноль рублей ноль копеек. Сегодняшняя оценка — что-то около 100 миллионов долларов. Поинтересовался: «Вы знаете подобные примеры?» Сергей Алимович промолчал.
Да, «Динамо» — мой ребенок. За «Динамо» играют парни, которые вышли в РПЛ из Второй лиги. Их совсем еще недавно даже на тренировочное поле бесплатно не пускали: утром деньги — вечером стулья, и никак иначе. Игроки звонили мне, жаловались, я платил.
«Газизов опытный манипулятор. Умеет находить уши, через которые удобно доносить информацию до нужных людей»
— Как в «Динамо» попал Шамиль Газизов?
— На первых этапах у нас было много проблем. Стройка с нуля — целина: ты неустанно пашешь и сеешь. Хорошо, если есть трактор, который поможет. Но у нас ведь ничего не было. В том числе — специалистов по направлениям. Когда Шамиля летом 2023 года позвали в Махачкалу, он находился в сложной ситуации: был «персоной нон грата» в Уфе, судился в Москве. Мы протянули человеку руку помощи. Посчитали, что он может стать хорошим помощником в вопросах организации и финансовой чистоты. Тем самым «трактором», полезным в поднятии целины.
Поначалу, в общем-то, неплохо работали — пока денег было в обрез, пока гендир не стал вдруг «незваным гостем, который лучше татарина». До сих пор не пойму, почему он переделал поговорку.
Сергей Алимович верно говорит: «Это же вы привели Шамиля в клуб». Все так. Но люди часто меняются — в зависимости от статуса, от времени, в котором живут, от обстоятельств, в которых действуют. Газизов пришел к нам испачканный. Был тенью, а стал горой после того, как мы — каюсь, в первую очередь я — отмыли его, подняли и поставили на ноги. Осмотревшись, увидел на доске интересную позицию и начал двигать фигуры в личных интересах.
— О ком речь?
— В частности, о коммерческом директоре Савелии Козлове, крестном сыне главы республики. Савелий — нормальный, казалось, парень. Играл в футбол, даже в РПЛ отметился (в составе «Оренбурга», ранее играл в «Тюмени» и молодежке ЦСКА; сейчас Козлову 29 лет. — Sport24). Пришел в клуб менеджером по экономическим вопросам, довольно быстро стал коммерческим директором, а сейчас — еще и учредителем (на сайте махачкалинского «Динамо» Козлов указан как коммерческий директор. — Sport24). На каком основании? Кто сможет ответить на этот простой вопрос?
Все это время Савелия обрабатывал Газизов. Шамиль — опытный манипулятор, умеет находить уши, через которые удобно доносить информацию до нужных людей. Он сам мне об этом говорил, когда у нас были нормальные отношения. То есть охотно делился с окружающими своей «изобретательностью».
Ну да ладно. Дело не в Савелии, в конце концов. А в том, что клуб под влиянием чужих для него персонажей отходит от законов, правил и норм, позволивших ему стать реальной силой. Почему среди учредителей нет людей, которые верны «Динамо» с первых дней его существования? Почему из клуба выдворяется квалифицированный тренер, работавший на его благо со дня создания, а привлекается тот, кто бежал с корабля в трудные годы, бросая на землю капитанскую повязку?
Только по одной причине: решения принимает гендиректор, которому нужно собрать вокруг себя верных соратников. И соответственно, оппонентов экс-президента.
«Без помощи Керимова «Динамо» не смогло бы играть на «Анжи Арене»
— Примерно в одно время с Газизовым в «Динамо» пришел Курбан Бердыев.
— Весной 2023-го Курбан ушел из «Сочи», и я подумал: это шанс.
— Еще какой.
— Пригласил Бердыева в Кисловодск, где мы работали на сборах, — пообщаться за чашкой чая. В психологически сложной для тренера ситуации это была хоть какая-то отдушина, шанс разгрузиться. В итоге Курбан принял команду. Приехав в Махачкалу и увидев Шамиля, безмерно удивился: «А этот что здесь делает?»
— Но уже через полгода Бердыев ушел в отставку.
— Как договаривались, так и ушел — цивилизованно, без спешки, в полном объеме передав дела своему наследнику Хасанби Биджиеву. И оставив команду на первом месте перед зимней паузой. Курбан должен был расстаться с «Динамо» в самом начале 2024-го, но я попросил его поехать на турецкий сбор. Рассчитывал, честно говоря, что в конце концов договоримся. Но решение главного тренера было твердым и обоснованным. И связанным с трансферной политикой, которую продвигал Газизов.
— Как команда вообще добралась до РПЛ без Бердыева?
— После ухода больших тренеров всегда сложно работать. Хорошенько подумали, со многими знающими людьми посоветовались — в частности, с Юрием Семиным — и решили пригласить Биджиева. Семин решение поддержал. Заместитель министра спорта Будун Будунов — тоже.
— Сложный момент.
— Конечно, сложный. Тем более что стартовал Хасанби не очень удачно. Газизов нервничал, суетился. Уже после двух-трех матчей начал мутить воду, говорить о том, что пора менять тренера. Менять не стали — потому что самые разумные мысли приходят тогда, когда уходят эмоции. Падение команды в турнирной таблице, наоборот, сделало меня по-спортивному злее. Куда ее деть, эту злость? Нужен контакт с тренерами и с игроками. А ты, президент, сидишь дома, проживая не самый веселый отрезок жизни после операции на коленном суставе.
Тренеры, слава Аллаху, у нас были крепкие, психологически устойчивые. С Хасанби работал классный помощник Артем Радьков — очень толковый специалист, максимально аккуратный в вопросах, касающихся игры и подготовки. Ни одной мелочи не упускал, все хранил в своем ноутбуке.
После очередного визита ко мне Шамиля и просьбы: «Гаджи Муслимович, надо ехать к команде» — я взял да и рванул. Между капельницами, которых было назначено по четыре штуки в день. И на душе стало легче, и колено не особо возражало. С тренерами — один разговор, с игроками — другой. Поправили кое-какие детали, договорились, что мы в любом случае сделаем дело. И сделали. После успешного окончания сезона снова лег на операцию.
— Насколько знаем, вы встречались с Сулейманом Керимовым.
— Сулейман Абусаидович приезжал на стадион, который он отдал в управление. В один из дней сообщил его охране, что хотел бы коротко увидеться. Керимов пришел к раздевалке, мы очень хорошо поговорили. Он поинтересовался, в частности, выйдет ли «Динамо» в РПЛ. Я почувствовал тогда его интерес к футболу.
— Керимов участвует в финансировании «Динамо»?
— В прошлом году перечислил серьезную сумму. Очень значимая поддержка, равнозначная тому, что дает «Динамо» регион. Без помощи Сулеймана установку системы Fan ID на «Анжи Арене» мы бы не осилили. Стало быть, и играть на ней не смогли бы.
— Обсуждали с ним ситуацию, связанную с кадровыми перестановками?
— Нет. После той встречи разговоров не было.
«Евсеев говорил, что раньше «Динамо» играло скучно, а теперь ярко. Какая глупость!»
— С Газизовым вы после зимних решений не общались?
— Ну почему. Были беседы о вечном. О том, в частности, что не согласовываются цены на игроков. Траты свыше десяти миллионов рублей подлежат обязательному согласованию с Минспортом и с попечительским советом клуба. В полной мере, до последней копейки. Но, например, сделка по Миро (перешел из португальской «Тонделы» в сентябре 2025-го за €1,5 млн, забил в РПЛ один гол «Локомотиву» и один в стыках «Уралу». — Sport24) в этом смысле выходит за границы добра и зла.
На одном из заседаний попечительского совета случился принципиальный разговор между заместителем министра спорта Будуновым и Газизовым — как раз о том, что цены на игроков требуют не только тщательной проработки, но и обязательных согласований. Сергей Алимович тогда разрядил ситуацию, не решив при этом проблемы.
300 тысяч евро агентских выплат за Миро — как и агентские за Эгаша, о которых я уже говорил, — не могут не возмущать. Самодеятельности в этом вопросе допускать нельзя! Мы изначально выстраивали работу на других принципах, с другими интересами и планами. И вообще не собирались серьезно работать с агентами.
Будун спрашивал у Газизова: «Ты агент или гендиректор? Если агент — занимайся агентской деятельностью». Но глава Дагестана отрезвил: «Газизова в обиду не дам». Вопрос — почему?
— Почему?
— Тогда и созрело предложение: заберите купленных на бюджетные деньги игроков — а мы поплывем дальше сами. Наши тренеры работают с игроками, которые прогрессируют вместе с командой, на которых растет цена. Бердыев за полгода вывел на новый уровень многих футболистов, включая Касинтуру, — а его вместе с тренерским штабом даже не рассчитали по контракту. Эгаша кто знал до Махачкалы? Риторический вопрос.
Биджиев Пальцева поднял до национальной сборной России. Касинтура, Пальцев, Абакар Гаджиев — ребята ушли «на повышение», принесли клубу деньги. А гендиректор агентские получает? Не понимаю, как это возможно.
Есть у меня и другие вопросы.
— Какие?
— Например, почему клуб не в состоянии заплатить 1,5 миллиона рублей за медобследования мальчишек из академии — но легко находит 300 тысяч евро на оплату агентских? Важный вопрос? Безусловно. Требуется парням обследование или нет, решают, получается, Газизов и Козлов — пара «крутых экспертов» в области игры и подготовки, уделяющих немножко личного времени агентским делам, организации сборов и состоянию клубных финансов.
Два тренировочных дня спланировать не могут, оценить любое измерение — тоже, но «обследование не требуется». Не понимают: управление подготовкой есть управление состоянием. Когда, зачем и что надо измерять, им просто не дано знать. Сосредоточьтесь, раз уж так удачно все для вас складывается, на очередном изменении устава. Ведь результаты пятилетней работы научной группы и достижения игроков не имеют никакого значения.
Есть также вопрос по Вадиму Евсееву.
— А что Евсеев?
— Его я в свое время вытаскивал в Пермь из ивановского «Текстильщика», где он помогал Дмитрию Парфенову. Потом Евсеев уходил, чтобы поработать самостоятельно, снова возвращался. Но ладно, дело прошлое. Характерно: с момента его назначения мы ни разу не разговаривали. Даже по телефону. При этом все слышали высказывания нового главного тренера о том, что раньше команда играла плохо и скучно, закрываясь в обороне, а теперь, оказывается, играет хорошо и ярко: забивает, побеждает.
Какая же это глупость! Биджиев правильно сказал: Евсеев, наверное, не видел игру «Динамо». А если видел, то мало что в ней понял. Мы с самого начала сформулировали принципы, на которых построен наш футбол: правильная спортивная агрессия, уважение авторитетов — но не страх перед ними, прессинг по всему полю, вне зависимости от времени и места проведения матча.
Давление «Динамо» испытали на себе все команды РПЛ — в том числе «Краснодар», «Зенит» и «Спартак». Соперники высоко оценивали уровень организации игры команды, в которой нет звезд и звездных зарплат. В первой части чемпионата мы, по данным «Рустата», чаще всех в лиге играли в высокий прессинг.
— Почему Евсеев так высказался?
— Считается как дважды два: он действительно не видел толком нашу игру, ничего не знает про клуб, не слышал, что говорили об игре «Динамо» Юрий Семин, Мурад Мусаев, Валерий Газзаев, Сергей Семак, Деян Станкович и многие другие специалисты. Евсеев транслирует мнение Газизова, которому это выгодно для оправдания своих действий. Поэтому и вкладывает нужные слова в уста не только стремительно растущего коммерческого директора, но и тренера.
Так вот, ни один из прежних наставников «Динамо» не позволял себе принижать работу предшественника. Это одно из самых жестких табу в профессиональной среде. Абсолютное взаимное уважение было, есть и должно оставаться одним из главных требований клуба. Точно так же, как остальные ориентиры, касающиеся ментальности, критериев отбора игроков, подготовки собственных воспитанников, направлений игры, основанной на агрессии и максимально высокой динамике, методов подготовки.
Тренеры приходят и уходят — это нормально, такова футбольная жизнь. Различия во взглядах — не самая глубокая проблема, когда ментальность соответствует требованиям. Примером в этом плане могут служить элитные европейские клубы, а также ЦСКА времен безраздельного правления Евгения Гинера или «Спартак» времен Олега Романцева. И конечно, сегодняшний «Краснодар».
Если предавать собственную идеологию, концом пути станет тупик. Со временем, правда, Вадим успокоился и начал исполнять реверансы: дескать, разделяет успех с Хасанби. Не понимаю, о каком успехе речь. О победе над «Уралом» в стыковых матчах? Извинений от Евсеева как таковых не было — были потуги хоть как-то сгладить впечатление от дикой чуши, высказанной прежде. Но опять невпопад: оказывается, «мы разделяем успех». То есть 10 матчей из 12 без побед, 5 голов с игры и 14-е место, на которое команда съехала наигранным составом, — достижение?
Считаю результаты сезона неудовлетворительными — и первой его части, и второй. Биджиев, кстати говоря, поставил себе такую же оценку. Потому и подал в отставку, вызвав удивление у многих экспертов — полагавших, что команда играла в свою силу.
«Жалею, что доверял людям, которые не были достойны этого»
— «Динамо» возродилось во Второй лиге в 2021-м — и уже через три года поднялось в РПЛ. Чем обусловлен такой взлет?
— Точным выбором вектора развития, полагаю. Правильная ментальность и выверенная программа подготовки — основа для достижения результата. Футболисты должны понимать: подготовка — это не только тренировка. Все здесь важно: от питания до сна, от четкого понимания своих функций в игре до основ профилактики травматизма. Мелочей в нашем деле быть не может.
Мы задумали проект, опираясь на стремление развивать футбол в масштабах Дагестана, но на первых порах столкнулись с непробиваемой бюрократической стеной. Я тогда полетел в Москву на встречу с президентом РФС Александром Дюковым. Обсудили важные вопросы, и в итоге родилось четырехстороннее соглашение, которое подписали министерство спорта Дагестана, глава республики, РФС и «Динамо». Сейчас под Махачкалой строится великолепный центр подготовки, в школьной лиге Дагестана играют 320 тысяч ребят.
А команда, собранная из футболистов, которые никому не были нужны, вышла в РПЛ и закрепилась в ней. За честь клуба бьются парни, с которыми мы прошли тяжелый путь, путь из ниоткуда. Благодаря им стадион, пустовавший в течение шести лет, обрел новую жизнь, а от пацанов, желающих стать футболистами, теперь отбоя нет.
В конце того разговора, кстати, Дюков добавил: такому спортивному, такому футбольному региону обязательно нужен яркий ориентир, каким в свое время был «Анжи». Разве не факт, что «Динамо» за короткое время действительно стало маяком для тысяч и тысяч мальчишек? Так что высказанная президентом РФС мысль в значительной мере реализована.
Когда мы вышли в Первую лигу, созвонились в очередной раз. Я поблагодарил его за поддержку. В конце разговора Дюков поинтересовался: какие зарплаты в команде, если не секрет? Ответил: например, в матче с «Аланией», которым открывался наш сезон в Первой лиге, на поле выйдет человек с зарплатой в 40 тысяч рублей. Сказать, что Дюков удивился, — ничего не сказать.
— Его можно понять.
— Повторяю: мы дошли до Премьер-лиги без единого трансфера, опираясь на правильный менталитет, на характер, на убежденность в реальности поставленных целей. В течение первых двух лет за все платили сами: Будун Будунов, гендиректор «Дагнефти» Муслим Гиндиев, я. Затраты были немалые, распределяли их поровну. Мало кто верил, что мы куда-то придем с таким подходом. А мы пришли. От тех, кто ставил личное эго или финансовые интересы выше интересов команды, избавлялись. Хотели, чтобы сохранялся на груди логотип благотворительной организации «Чистое сердце», которая в свое время оказала нам очень серьезную поддержку.
Такой подход и помог «Динамо» попасть в РПЛ. У нас было чистое сердце, воистину чистое. Мы знаем, почему фортуна в трудные моменты играла за нас. Иначе не видать бы Махачкале 13 побед подряд в 2022 году, когда команда рвалась в Первую лигу и смогла во второй части сезона отыграть 6 очков отставания от ростовского СКА. Для меня именно эта серия побед — в том числе над лидерами, укомплектованными куда лучше нас, — самый тяжелый и самый классный отрезок на пути в РПЛ.
— О чем вы сейчас сожалеете?
— О потерянных шести месяцах. Об изменившихся отношениях с Сергеем Алимовичем Меликовым, с которым мы плечо к плечу прошли за короткое время большой путь. О том, что доверял людям, которые не были достойны доверия.
— Если резюмировать: что дальше?
— Хочу одного: поставить клуб и команду на прежние рельсы, чтобы двигаться только вперед.
