«После ЧМ наелся так, что идти было сложно, ел и ел». Русский чемпион мира о Джакарте и конкуренции в гимнастике
Главное событие 2025-го в гимнастике — возвращение российских спортсменов на международную арену. Одним из самых опытных гимнастов на чемпионате мира в Джакарте стал 30-летний Владислав Поляшов, занявший шестое место в финале на брусьях. В разговоре с корреспондентом Sport24 Анастасией Логиновой Поляшов рассказал, какие выводы сделал по итогам поездки в Индонезию, как будет менять стратегию подготовки в следующем сезоне и что мотивирует его продолжать карьеру. Бонусом — впечатления от Джакарты и история о том, чем Владислав порадовал себя после выступлений.
— Для вас чемпионат мира можно считать успешным?
— На самом деле, я думал, что попасть в финал — это уже победа. Для меня это пятый чемпионат мира, на трех я был запасным. В Японии в 2021-м чемпионат тоже был личным, а программы были намного сильнее, чем сейчас.
— Но тогда и правила были другие.
— Да, правила другие, плюс моложе я был на четыре года. Тогда планировал попасть в финал и бороться за медали. Здесь я понимал топ-8 оценок по сезону, рейтинг мировой за определенный срок проведения соревнований — этапы Кубка мира, другие международные турниры. Восьмое место на коне — 14,8 балла. А выиграл китаец с оценкой 14,6 и базовой сложностью 5,6, как у меня. О чем это говорит? О том, что на самом-то деле мы конкурентоспособны даже с такой базой. Выступая на чемпионате России, я понимаю: сделаю свою программу — чемпион. Но в рамках чемпионата мира, скорее всего, этой оценки будет недостаточно для финала.
К сожалению, в квалификации я упал. Когда смотрел результаты финалистов, немножко разочаровался. Стало обидно, что ставил не на коня, а на брусья. Не поверил я в себя на чемпионате мира. В России-то понятно все. Каждый год подтверждаю, что я чемпион страны.
В Джакарте почему-то ставил на брусья. Смотрел топовые оценки — было проще пробиться в финал. Но базовая оценка у меня не совсем сложная, потому что пару элементов пришлось убрать. Раньше ведь в комбинации было десять элементов, а сейчас восемь — ушли дорогие. Плюс руки постоянно трескаются, из-за чего не занимаюсь брусьями так усердно, как хотелось бы. Приходится ждать неделю-две, чтобы заросло. А вот коня можно тренировать.
— С другой стороны, конь — более рискованный снаряд. На нем много ошибаются, на брусьях все-таки грубых срывов меньше.
— Это правда. Однако во время просмотра финала чемпионата мира на коне пришло понимание, что гнаться за базовой сложностью нерационально. Чем выше сложность, тем сильнее элемент и больше сбавок. Тот же самый китаец просто вышел, открутил свою базу 5,6 на 9 баллов — золотая медаль чемпионата мира. А ребята, которые хотели удивить мир базой 6 баллов, к сожалению, упали. Вот к чему я клоню. Скорее всего, у них просто не накатанная комбинация. Они ее отработают к Олимпиаде. Олимпийские игры — совсем другие соревнования с особой подготовкой.
Очень доволен, что попал в финал на брусьях, и очень расстроился, что не получилось сделать их так, как я умею. Думаю, что если бы сделал так, как могу, судьи помогли бы мне залезть в тройку.
— Получается, у вас с Даней Мариновым была бы конкуренция за медаль.
— На самом деле, он хорошую базу сделал, 5,9. Это достойно третьего места. Но и я не из библиотеки как бы вышел — много где выступал, на Олимпийские игры отобрался через брусья, не будем забывать. Судьи это тоже не забывают. Я постоянно приезжал на этапы Кубка мира, выигрывал — они меня запомнили моим мастерством исполнения брусьев. Сейчас база, конечно, просела. После чемпионата мира есть понимание, что надо усиливать комбинацию и делать ставку на брусья.
— Есть конкретные планы по усложнениям?
— На коне будет сложно очень что-то добавить — это такой снаряд, где надо постоянно оттачивать комбинацию, накатывать. Как бревно у девочек: один-единственный новый элемент ставишь — и вся комбинация вообще по одному месту может пойти. Нужно годами нарабатывать одну и ту же комбинацию, ездить с ней.
Вот как сейчас молодые армяне вышли. Они ездили на этапы Кубка мира, пробовали новые комбинации, падали, проигрывали. Убирали «скользкие» элементы и выигрывали — и так поняли, как подходить к чемпионату мира. В принципе, они накатали ту комбинацию, которую можно делать стабильно: убрали сложный соскок, где оба упали на Кубках мира. Решили, что лучше не рисковать стабильностью. И вот в Джакарте Мамикон Хачатрян стал серебряным призером.
Все приходит с опытом. Учитывая то, что мы не выезжали на международные старты, я понимал, что конкуренция от молодых ребят в России будет не такая, как на международном старте. Я свою комбинацию годами обкатывал, у них все впереди. Конь — это «возрастной» снаряд, Давид Белявский в 33 года Кубок России выигрывает.
Я уже эту комбинацию накатал годами. Им еще придется столько накатывать, а у них международных стартов нет. Тут я в выигрышной ситуации.
— Тем не менее очень много молодых ребят появилось на коне, которые сразу заявили о себе.
— У итальянца сумасшедшая комбинация с базой 6 баллов. Не видел, как он ее сделал — может, грязновато. Гнался за базой, как Макс Уитлок. У него тоже была самая большая база в мире, но и исполнение достойное. Уитлок — мой кумир. Я за ним наблюдал, смотрел, как он тренируется.
— Подсмотрели что-то для себя интересное?
— Да, но рассказывать не буду. Секрет фирмы, ха-ха. Очень долго его «изучал», он мне нравится. Как он на Олимпиаде в Рио вышел на вольные, взял золото, а потом сошел с пьедестала и сразу же — на коне золото. Вольные и коня вообще разные люди должны выигрывать, так скажем.
Потом — Игры в Токио. Он выходил на коня первым, а тогда еще разминки не было. Пока построят ребят, это минут 30, пока выйдут все — считай, не размят. То есть минут 40–50 он просто стоял, еще же приветствие. Буквально минут 40–50 он вообще просто стоял, пока вывели, пока поприветствовали. Уитлок снял форму, руку поднял, самую большую базу сделал на хорошем уровне и выиграл. Вот это стабильность.
— На чемпионате мира в Джакарте кто-то из соперников удивил?
— На самом деле, все ребята одни и те же, делают то же самое. На коне, да, парни удивляют, а на других снарядах — не особо. В принципе, такую оценку и я мог получить со своим исполнением. Понимаю, что усложняться на коне — не тот возраст, наверное. Не хватит времени накатывать комбинацию, чтобы претендовать на мировую базу. Оценку-то можно получить хорошую.
— Но хватит ли ее, если остальные все делают?
— Самое главное — сделать для команды. У всех стран есть проблема с этим снарядом, чтобы найти трех человек, которые сделают комбинации на хорошем уровне. Команде нужен стабильный конь. Так что я планирую выступать за команду, делать стабильно своего коня, приносить в зачет хорошую оценку и, тем самым, медали. А что касается личных выступлений — можно, конечно, для себя накатывать. Допустим, если попал в финал, то можно попробовать усилить комбинацию.
— Из команды, которая поехала в Джакарту, вас можно считать самым опытным спортсменом — за плечами Олимпийские игры и несколько чемпионатов мира. Обращались ли ребята за помощью, какими-то советами?
— Да как-то ровно все было. Ребята быстро вообще адаптировались к чемпионату мира. Даже, может, не поняли, что где они находятся. Я особо не ощутил, что это чемпионат мира — на чемпионате России страшнее выступать. Почему-то вот так. Может, из-за того, что он в этом году не командный, а личный. Когда за команду выступаешь, настрой совершенно другой: все заряжены, уже поинтереснее.
— В квалификации вы выступали в одном потоке с американцами. Они чем-то удивили? Кажется, команда США подросла на мировом уровне.
— На самом деле, у них много хороших спортсменов. В Джакарту приехали два молодых коневика, хотя у них до этого был призер Олимпиады и чемпион мира на коне Стивен Недоросик. Так что на этом снаряде они хорошо готовы. Не знаю, может у них школа отдельно по коню создана, ха-ха.
Американцы очень эмоциональны — кричат, поддерживают. Как в голливудском фильме. Они дружелюбны, мы с ними на одной волне, в принципе. Удивил, наверное, Доннелл Виттенбург, который выиграл золото на кольцах. Мы ведь с ним еще в Рио готовились, оба были запасными и вместе тренировались в отдельном зале. Сейчас, спустя столько лет, выступаем на чемпионате мира. А он еще и золотую медаль взял.
— Ему ведь очень помог бонус за сложный соскок, который с 1 января будет ограничен 0,5 балла.
— В моем понимании, это неправильно, когда ребята делают, допустим, слабенькую комбинацию и за счет соскока уравнивают свои шансы с другими спортсменами или даже выходят вперед. Это очень странно. Я бы, на самом деле, десять элементов в зачет обратно вернул.
Возьмем, например, коня. Я делал десять элементов на чемпионате России — это база 6,4. А у других ребят получалось почти на целый балл меньше, максимум 5,7. Я был на голову выше, с приоритетом. Из-за новых правил я убрал два сильных элемента, а они — два легких, группы В, к примеру. И все, мы уравнялись. Справедливо ли это? Непонятно. Еще и надбавку за соскок добавили. Мы идем куда-то в сторону цирка, а не профессиональной гимнастики. Хотели, наверное, сделать больше зрелищности, но с ней пошли и травмы.
— С Олимпиады в Токио команды сильно обновилась, молодые парни набирают обороты. Что мотивирует оставаться в гимнастике?
— Если бы я был не конкурентоспособен, я бы, конечно, и не рыпался на международные старты толком. А когда понимаешь, что есть еще шансы помочь команде… Все равно обкатывать новую команду из молодых ребят требует большого количества времени. Как Ангелина Мельникова вышла, к примеру. Девочек молодых привезли — они достойно выступили, но все дрожат при виде Ангелины. И она забирает свое, то, что ей принадлежит — золотые медали, потому что ее знает мир, она опытный спортсмен. А в нашем спорте опыт стоит превыше всего.
— Знаю, что вы участвовали в некоторых медиапроектах. Сколько вообще времени ушло на подготовку к чемпионату мира?
— Перед чемпионатом мира провел месячный сбор, потом еще неделю — уже после чемпионата.
— Главный тренер сборной Дмитрий Андреев говорил, что в следующем году планируется участие в этапах Кубка мира чуть ли не с февраля. Есть желание?
— Уже сейчас начинаю готовиться. Конечно, хочется вообще на всех этапах Кубка мира выступить. У меня комбинации наработаны — хочется с ними ездить и показывать результаты. Если я все делаю, то, скорее всего, претендую на тройку лучших.
Когда слышишь, что с февраля мы точно готовимся ехать на международные турниры, уже планируешь комбинации, подготовку к ним. А не так, что у тебя в год два старта: выступил — три месяца в потолок смотришь, лежишь дома, отдыхаешь и восстанавливаешься. Есть понимание, что где-то можно пробовать новые комбинации. Потому что молодые ребята, к сожалению, четыре года никуда не выезжали и на чемпионате России показывали не всю сложность. Им нужно показать результат, нужны медали, а не обкатка программ. На тренировках-то они сумасшедшие трюки делают, Сергей Найдин вообще заоблачную комбинацию на перекладине собирает. Но на чемпионате России и кубке страны он показывает стабильный вариант, не такой сложный — нужно просто забрать медаль.
— В текущей ситуации это правильная стратегия?
— Конечно, спортсменам нужны медали. Это и зарплаты, и место в сборной. А рисковать на двух соревнованиях в год… Можно вылететь. Это никому не нужно.
Сейчас ребята понимают, что соревнований будет больше. А значит, больше и попыток показать сложность. Потому что на тренировках выполнять — это одно, а когда на соревнованиях руку поднимаешь, это уже совсем другое. Поэтому думаю, что на чемпионатах и на кубках России ребята будут показывать уже другой уровень — есть множество соревнований, где можно обкатать элементы.
— Какие впечатления остались от Джакарты? Девочки говорили, что они практически не выходили, только в зал ездили. А вы?
— Мы тоже особо не выходили, потому что понимали, что город не особо безопасный. Отель у нас очень хороший был, пятизвездочный. В нем было все необходимое — тренажерный зал, бассейн, сауна. Питались тоже в отеле, до зала организован трансфер. В принципе, нам никуда и не надо было выходить.
Магазин? Зачем он нужен, если у нас сумасшедшее питание. Так что никуда не хотелось выходить, тем более что в такой тропической влажности дышать было сложно. Ночами думаешь: «А смог бы я жить тут, допустим, год?» И сразу паника начинается, потому что не хватает воздуха. Хотелось нашего свежего холодного воздуха вдохнуть — там везде кондиционеры, с этим сложно.
— Многие участники чемпионата мира жаловались на питание, говорили, что некоторые отравились и не очень хорошо себя чувствовали. Как вы подходили к питанию? Старались что-то безопасное выбрать?
— Разнообразной еды было достаточно. Морских живностей полно, но они, в основном, сырые. Мы-то не привыкли сырое есть, опасались этого. В принципе, ели европейскую еду, пасту и все в таком духе. Половина кухни у них острая — это тоже старались минимизировать. Спрашивали: острое или нет? Нам говорили, что нет, а в итоге для них это не остро, а для нас — да. На утро плачевно потом. Так что старались есть то, что знали. Рисковать можно, когда уже выступил. Побаловаться всякими морскими живностями.
— Вы чем-то порадовали себя после завершения чемпионата мира?
— Наелся так, что идти было сложно. Не мог уже есть, но просто ел и ел. Хотя у меня проблем с этим нет: могу есть и не набирать вес.
