logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13

Платье как у Загитовой, дружба с Липницкой, тренировки по ночам. Интервью чемпионки Армении

Анастасия Галустян в шоу «Фигурка» на Sport24.

Другое
30 сентября 2019, Понедельник, 19:30
Getty Images

Новые гостем шоу «Фигурка» на ютуб-канале Sport24 стала трехкратная чемпионка Армении Анастасия Галустян. Спортсменка и ведущая Эмма Гаджиева выбрали ткань для нового костюма, а также поговорили о трагедии с Денисом Теном, тренировках по ночам, дружбе с Юлией Липницкой, Олимпиаде и многом другом.

— Далеко от катка живешь?
— На МЦК мне ехать полчаса, живу на Варшавском шоссе. Я там рядом учусь в университете имени Плеханова.

— Многие спортсмены учатся в РГУФКе. Ты не хотела?
— Моя мама училась в РГУФКе, папа в МГАФКе, они были категорически против того, чтобы я туда поступала. Еще я не люблю биологию, много пропускала ее. И подумала: «Раз ничего не складывается, еще и родители против, буду сдавать обществознание». Выучила его, более-менее сдала. Там была нужна еще профильная математика, а с ней у меня проблемы. Сдала на минимальный порог, и он дал мне возможность поступления.

— Какие у тебя соревнования в планах?
— Первый старт будет в Казахстане, поеду на мемориал Дениса Тена, я очень хотела. Мы не очень близко были знакомы, но катались вместе. Эта история, произошедшая прошлым летом, очень всех потрясла. Я тогда работала в шоу «Hot Ice», три месяца жила в Англии.

Пришла на утреннее шоу и увидела эту новость. Сначала подумала, что утка, такого не может быть. А потом позвонил папа. Я начала вчитываться, поняла, что это правда. Тяжело было выходить работать после этого, ты должен блистать, улыбаться, сверкать, быть позитивным. Тогда вечером нас собрали, был тридцатиминутный разбор шоу и нам сказали: «Давайте сегодня прокатаемся для Дениса».

Помню, закончила свой сольный номер, у меня была обычная лирика, но слезы прямо подходили. Трудно поверить до сих пор, что такого светлого человека больше нет. Я уже чувствую, как тяжело будет ехать туда и выступать. Я буду впервые в Казахстане. Тяжело рассказывать сейчас, столько мыслей сразу в голове. Я никогда не была ему близкой подругой. Одно время каталась у Николая Морозова, тогда в Новогорске была я, Денис и пара Андрей Багин и Аннабель Морозов. Возможно, после того как я увидела, как Денис работает, я начала к фигурному катанию относиться, как он. Сложно даже говорить в прошедшем времени, но он жил фигурным катанием.

— У тебя нет в этом году этапов Гран-при?
— Пока нет, но я надеюсь, что все сложится, я не буду сильно падать, у меня не будет никаких инцидентов. И наступит тот день, когда у меня действительно получится показать хоть что-то. Пока что такое было только на Универсиаде.

— Ты думала на эту тему? Почему так происходит? Я сейчас была на такой тренировке и не увидела ни бабочек, ни падений, ни срывов. Ты делаешь сложные элементы, сложные каскады.
— В этом-то и проблема. Тяжело рассказывать, что у тебя все хорошо на тренировке, на соревнованиях много факторов. Я привыкла кататься, когда много народу, а когда выхожу одна, то это стресс для меня. Я привыкла, что делаю прыжок лучше, когда мне кто-то мешает. То есть я захожу и, например, лежит моя сестра, я ее объеду и сделаю прыжок лучше, чем в прокате.

— А если попробовать на тренировке попросить буквально на три минуты всех людей встать у бортика?
— Да, я так и катаю. Получается чуть лучше, чем на соревнованиях, но все равно. На тебе нет макияжа, костюма, тебя не объявляют так, как это делают перед прокатами. Ответственности добавляет, ведь я одна. Я бы очень хотела, чтобы еще кто-нибудь был, например, моя сестра, правда, это невозможно, ей всего шесть лет. Она занимается теннисом профессионально, учит китайский, английский, ходит на танцы. Везде понемногу.

— А что ей больше всего нравится?
— Когда я последний раз спрашивала, это был теннис.

— Помню, зимой пришла на «Локомотив» на массовое катание, и увидела тебя. Я так удивилась, сначала не поверила. Думаю, ну, нет, ей же на чемпионат Европы ехать. Это был поздний вечер.
— Да, как раз была подготовка к нему. Это мое основное месторасположение тренировок. И хорошая тренировка зависит от того, сколько на льду человек. Я как бабушка в общежитии: знаю, кто, где катает, кто кого тренирует, во сколько.

В основном я катаюсь в ночные часы, когда я спокойно могу прокатать программу, когда немного народа и в основном катаются любители. Редко приходят тоже какие-то спортсмены.

— Получается, у тебя вообще нет режима?
— Да.

— А как же пресловутый спортивный режим?
— Нет, я встаю утром, часов в 8-9, иду в парк на пробежку, разминаюсь. Иногда, если тренировка с шести вечера, утром могу сходить в бассейн.

— Сколько часов в день тебе удается кататься?
— Всегда по-разному. Иногда бывают дни, когда сильно много льда. Есть и утром массовое, и вечернее, и ночное, у мамы с папой лед с детишками. Но сейчас большой спрос на лед: много людей, мало свободного времени.

— Удивительно. Анжелика Крылова говорила то же самое: в Москве нет льда. Хотя катков в принципе очень много.
— Да, катков много. Есть такие катки, где только танцоры. У нас часто катаются хоккеисты, портят лед (смеется).

— Ай-яй-яй им!
— Фигуристы тоже любят портить лед зубцовыми прыжками или долбить пяткой со злости. Сегодня не пошло — нужно лед ударить.

— Если мы так били лед, Елена Анатольевна Чайковская однажды за ведерком со снегом отправила, которые у заливщиков. И идешь латать дырочку, которую сделал.
— В принципе, это правильно. Я смотрела репортаж с японских тренировок, где спортсмены тренировались. Они сами берут ведерко, и заделывают дырки, которые они сделали.

— Поговорим о тренировках с родителями. Я часто слышу, что дети не слушаются, тренировать они их не могут.
— Как ни странно, в детстве я была послушной. Да и сейчас тоже. Много фигуристок, гимнасток и других людей, которые тренируются у родителей. Так у меня мама с папой были фигуристами. Ну, как были, они и сейчас стоят на коньках каждый день, мне некуда было деваться. Как и моей сестре.

(Getty Images)
Getty Images

— А вот выбрала бы другой вид спорта, задумывалась об этом?
— Да. Я хотела быть или балериной, или гимнасткой.
— 
— Друзья, Настя следит за художественной гимнастикой не меньше, чем за фигурным катанием.
— Да, вчера закончился чемпионат мира.

— Вот, пожалуйста, новостная сводка для вас.
— Наши гимнастки прелестно, прекрасно, суперски выступили, забрали все свои награды. Особенно хочется выделить Катю Селезневу, которая тоже тренируется у своей мамы. Она взяла историческое для себя золото, ведь ей уже 24 года, с обручем.

— На чемпионате мира, на который она вообще изначально и не планировала ехать.
— Вместо Саши Солдатовой. Она заслужила, вероятнее всего. До этого она выступала на Универсиаде, где взяла очень много золотых медалей. Жизнь — бумеранг, все вернулось. Саша пусть выздоравливает. У нее вроде травма, никто не знает. Всем здоровья.

— Дома тренерская работа родителей продолжается?
— Конечно. В большинстве случаев все говорят, что тренировки — и все, после все забыли, дома мы семья. Все равно едем в машине, приходим домой — давайте все обсудим. Везде все продолжается, обсуждается 24 на 7. С одной стороны это полезно: постоянно тебя контролируют, тебе говорят ошибки, вы обсуждаете. Но иногда это перебор. Мам, пап, привет (смеется).

(Getty Images)
Getty Images

— Программы уже поставлены у тебя?
— Да.

— Что это будет?
— Короткую мы оставили с прошлого сезона, так как мы ее поставили за пару дней перед Универсиадой.

— Как можно поставить программу за пару дней до соревнований?
— Как мы уже обсуждали с папой и мамой, если душа ведет к этой музыке, тебе проще кататься. До этого у меня была Испания, испанские мотивы. Я ее вкатывала почти год.

— По ритму?
— Очень быстрая. У меня не получалось прокатать. На тренировках катала, на соревнованиях выходила — Таллин, Минск, Европа, другие соревнования — везде что-то срывала. Не моя музыка.

Однажды ко мне подошел представитель федерации Армении и говорит: «Давайте поменяем музыку». Ну не идет. Я красилась красной помадой, вроде неплохо, костюм хороший сшили, но не пошло. Я люблю лирику. Где-то затянуть, помедленнее. Слушала Аллу Пугачеву «Не отрекаются любя», мне очень нравится эта мелодия. Еще момент с Юлей Липницкой, не хотела повторяться. Эта программа за ней больше. Бывает такое — спортсмен катает программу с определенной музыкой, потом у всех ассоциируется.

— Особенно такой спортсмен, как олимпийская чемпионка.
— Да. То же самое, как «Не отрекаются любя» и «Список Шиндлера». Это — за Юлей. Юля, привет (смеется). У меня было два выбора, остановились на Ларе Фабиан «Je t’aime». Достаточно популярный выбор, но в тот сезон никто почти не катался под нее.

Произвольную решили поставить интересную. Игровую, мимическую программу «Труп невесты». Мама и папа были не очень за, потому что детская музыка. Когда мы включили Лару Фабиан, все сказали «да». Я просто покатила, мы начали ставить шаги, влилась в музыку.

— Музыка ложится под конек, есть такое. Кто предложил музыку?
— Я. Все искала, все резала.

(РИА Новости)
РИА Новости

— Ты еще монтируешь сама?
— Я приблизительно нарезала. Потом написала своему другу, он тоже раньше катался, Паша Игнатенко.

— Паша — тот человек, который нарезает музыку всем фигуристам еще с тех времен, когда я сама каталась. А это было в прошлом веке, между прочим.
— Прошлый век — это было совсем недавно.

— Музыка есть, программы есть. Программы ставили с родителями, да?
— Ставил постановщик Илья Гурылев. Ему спасибо, что взялся за меня. Сейчас сложно найти постановщика, все заняты. Или очень большой бюджет говорят.

— Мы можем озвучить бюджет? Сколько стоит поставить программу в фигурном катании?
— Думаю, постановщики берут примерно от 2500 долларов.

— Сейчас фигурное катание не то чтобы набирает обороты…
— Оно очень популярно.

— Да, очень популярно. Тебя узнают, у тебя есть болельщики по всему миру…
— Да, я смогла отобраться на юниорские Олимпийские игры, Универсиаду.

— И мне казалось, что у таких спортсменов в фигурном катании наверняка должен быть спонсор, который финансово поддерживает фигуристов. Ты задавалась целью получить этого самого спонсора, чтобы элементарно иметь нормальный лед, не ломать голову и не тратить энергию на составление режима дня?
— Спонсора, к сожалению, нет. Только мама с папой меня поддерживают и я сама, сколько могу, работаю. Но мне всегда хотелось бы иметь такого человека, который бы финансово помогал, и в какой-то степени мотивировал на результат. Когда есть спонсор, ты знаешь, что за тебя переживают не только зрители и федерация, но и этот человек, который смотрит и видит, во что он вкладывает свои деньги.

— Ты сейчас сказала очень правильную мысль: спонсорство — это своего рода дополнительная мотивация.
— Мне бы действительно очень хотелось не бегать по массовым катаниям, иметь постоянный режим, место тренировок, не кататься по ночам, в шесть утра или в толпе. Я не жалуюсь, я просто так выживаю.

— На самом деле сейчас мы вам рассказываем будни фигуристов, выступающих не за Россию. Я уверена, многие из них в нашем разговоре узнают себя.
— У кого-то лучше условия, у кого-то хуже. Все выступают за разные страны.

— Я знаю, ты смотришь все соревнования. Какие ты уже успела увидеть в новом сезоне?
— Я смотрела абсолютно все юниорские Гран-при. На днях я выходила со льда, и одновременно с этим смотрела этап Кубка России в Сызрани, потом юниорское Гран-при, выступления мальчиков и пар. Одновременно с ними шел еще «челленджер» Американская классика.

— И кто же тебе понравился?
-Я обычно никого не выделяю, стараюсь судить объективно, чтобы потом ко мне не было никаких претензий. На самом деле проще говорить о тех, кто уже завершил свою карьеру.

Сейчас мне действительно тяжело что-либо делать. Тяжело даже думать о фигурном катании. Такое было после чемпионата мира. Нелегко осознавать, что я, будучи хорошо подготовленной, заняла 39-е место. Я приехала из Японии абсолютно опустошенной. Мне просто не хотелось вставать с кровати и идти на тренировку. Тогда моя жизнь будто остановилась, но сейчас я понимаю, что нужно идти дальше.

Два раза перед Олимпиадами в Сочи и в Ванкувере я становилась первой запасной. Причем я помню, у нас мальчик, будучи запасным, все-таки поехал на Олимпиаду. От этого перед Играми в Корее мне стало еще обиднее. Всем известно, первые 24 девочки чемпионата мира обычно проходят автоматически на Олимпийские игры. Так было и в Сочи, и в Ванкувере. На том чемпионате мира я сумела отобраться в произвольную и стать 23-й.

Все радовались: я, федерация, мои родители. Примерно сутки у меня было приподнятое настроение. Потом на банкете вывесили списки стран, отобравшихся на Олимпиаду. Тогда прошло 22 девочки. Получилось так, что некоторые страны взяли дополнительные квоты. Тогда я была в каком-то странном состоянии. Меня будто кипятком облили.

Шанс еще был. Я понимала, что все, что я могла сделать, уже сделала, и дальше мне оставалось лишь ждать. Дополнительный отбор проходил в сентябре. Тогда-то у меня начался период взросления. Я все растеряла: координацию, вес. Я делала все возможное: бегала с утра до вечера, постоянно тренировалась. У меня до сих пор от волнения рука трясется. Потом мы приехали в Германию. На лед я вышла одна, без поддержки. В целом, откатала неплохо, но заняла лишь шестое место, став дважды запасной на Олимпийских играх.

— Прошло уже два года, а ты до сих пор вспоминаешь об этом.
-Я вспоминаю всю эту ситуацию, чтобы мотивировать себя и никогда такого не повторять.

Блиц

— Кого из фигуристок ты пригласила бы на пижамную вечеринку?
-Юлию Липницкую.

— Почему именно Юлю? Вы с ней дружите?

— Да, мы с ней познакомились на Кубке Ростелеком в 2016 году.

— С кем из звезд спорта ты сходила бы на обед?
— Может быть, с Нэтаном Ченом.

— Кому из звезд шоу-бизнеса ты бы приготовила поесть?
— Сережа Лазарев, я бы покормила его овощным салатом.

— Кому из фигуристов ты сшила бы костюм?
— Мне было бы интересно шить и девочкам, и мальчикам. Я очень хочу сделать платье для своей сестренки Ангелины Галустян. Она бы вышла в каком-нибудь тигровом платьице. На самом деле все мои костюмы будет носить она. Некоторые я, конечно, выставляю на продажу.

— Чей костюм тебе больше всего нравится?
— Саши Степановой, с той юбкой для ритм-танца и новое платье Вики Синициной для короткой программы.

— Я читала, что ты хочешь быть дизайнером.
— Я не могу сказать, что я хочу. Мне это просто интересно, делаю в удовольствие.

— Это как раз то под испанскую музыку?
— Да, которое не очень…

— Которое сравнивали с платьем Алины Загитовой.
— Но оно менее богатое.

— Нет, просто на нем меньше декоративных деталей.
— Да, это я и имею ввиду.

— Ты сама обклеиваешь все?
— Вообще идея была такой, что есть уже узоры и платье должно было быть без камней, но все стали настаивали, чтобы оно хоть немножко блестело. А это старое, еще под музыку из «Анастасии».

— Тут еще такие силиконовые штучки — вот почему плечики не спадают.
— Самая запоминающаяся девочка в желтом платье.

— Это откуда пошло?
— Желтый цвет особо не популярен у фигуристов — лучше более темное.

— Почему? Знаю что белое не желательно, потому что лед белый и для телевизионной картинки это не очень хорошо.
— Да. Вот, кстати, белое. За этот костюм все боялись, потому что слишком не будет видно. Но вроде неплохо смотрелось

— Я заметила, что многие спортсмены в жизни ходят в черном и чтобы пошире. Почему? У вас же идеальные фигуры.
— На льду носим все, чтобы обтягивало, чтобы было проще прыгать и вращаться, а в жизни хочется отдохнуть от этого. В основном спортивные костюмы, но сегодня я решила побыть красивой.

— Видела у тебя на фотографиях такой какой-то откровенный комбинезон. Это было на шоу в Англии?
— Да, впервые когда я его надела, я плакала.

— Потому что ты в нем как голая?
— Почему «как»? Это не мое амплуа, и у меня все всегда закрытое.

— Как родители отреагировали?
— Не очень, но я была обязана его надеть, сказали: «если не ты — то другая».

— Тебе дали задание в ателье подобрать ткань?
— Выбрать, посмотреть, познакомиться. Сначала нужно найти ткань бифлекс, которая хорошо тянется, чтобы было все удобно. Бархат полнит, и фигуристы никогда не берут его.

— Какого цвета будет платье на произвольную?
— Будет двух цветов. Мне нравится когда серый с розовым градиентом.

— Мне кажется, нужно взять перевертыши. Помнишь у Алины Загитовой была такая ткань на «лебеде», но не все поняли эту фишку.
— Да, не очень видно было, я обратила внимание на это только из интервью. Может, ткани мало было и это не очень в глаза бросалось. Я бы тоже использовала что-нибудь с перевертышами.

— Какие цвета тебе идут?
— Под лицо? Мне все к лицу! (смеется)

— А почему ты вообще выбираешь ткань? Ателье рисовало уже тебе эскиз?
— Он в процессе — почти готов. Теперь надо выбрать, какие предпочтительны цвета.

— Я думала, они покупают ткани и шьют платье.
— У них есть половина тканей, просто я проявила инициативу съездить посмотреть. И так проще будет, а не как сразу увидеть конечный результат. Ты надел и тебе не очень нравится.

— А ведь такое было?
— Было. Я нашла себе кумира — Лили Коллинз.

У нее было красивое нежное розовое платье, на нем были кружева, будто на теле. Сеточку под кружевами было не видно, и от этого создавался эффект легкости. Я пришла с фотографией в ателье, я нашла ткань, кружева из которых вырезались цветочки, но мы не могли найти бежевую ткань, которая была бы эластичной и не казалась темной, и в итоге платье не получилась таким, какое бы я хотела.

Я бы взяла что-то такое ядовито-красное, чтобы юбка как бы была ободранная.

— Как у Саши Степановой?
— Да, но мы уже обговорили это и приняли решение, что все-таки в танцах немного все по-другому и такая юбка утяжеляет визуально и для одиночников она не стабильна. Ее практически не используют, она неудобна для прыжков, а главное — это комфорт.

— Плохая примета шить платье золотого цвета — отбирает победу.
— В основном у меня костюмы все классические, но с интересными историями и хочется уже как-то, чтобы и интересная история была, и костюм.

— Камни — те, что ты клеишь на свои костюмы. Сколько уходит времени, чтобы наклеить камни на платье?
— В основном клею после тренировок, когда вечером прихожу и так до ночи. Точное время я не могу сказать, сколько уходит. Где-то примерно 6 часов.

— Сейчас фигуристки меньше камней стали использовать.
— Сколько я сейчас смотрю, все уходят к классике, к минимализму.

— Учишь ли ты тройной аксель?
— Почему этот вопрос сейчас у всех спрашивают и все отвечают «да»? А я отвечу — Нет.

— Тебе очень много пишут. Сколько сообщений в день?
— Чаще всего после соревнований, и я все не успеваю прочитать. Я каждому отвечаю от инстаграма до фейсбука.

Подписывайтесь на канал Sport24 в Яндекс.Дзене