logo
Sport24109316, г. Москва, Волгоградский проспект, дом 43, корп. 3, этаж 6, пом. XXI, ком. 15Б+7 (499) 321-52-13logo

«Мы отворачивались и смахивали слезы». 19 лет назад умер великий тренер «Зенита» и ЦСКА Садырин

«Ему предлагали обезболивающие, но он отказался. Сильный был мужик!»

Футбол
1 декабря 2020, Вторник, 11:05
Фото из архива

Ровно 19 лет назад скончался один из самых авторитетных и известных российских тренеров Павел Садырин. В начале 2000-х он услышал страшный диагноз — рак, однако не опустил руки и вопреки сильным болям, хромоте и высокой температуре не расставался с футболом до последнего.

В этот печальный день, 1 декабря, вспоминаем самые интересные и забавные байки о великом тренере.

(Фото из архива )
Фото из архива

Садырин с юмором подходил к тренировкам. Футболисты тягали бревна и во время кроссов находили сюрпризы

Павел Садырин сочетал в себе прекрасное чувство юмора и невероятную изобретательность. Разумеется, эти его черты нередко отражались на тренировках.

«Он смешной человек был, с юмором. И, даже когда злился, это выходило весело. Мы как-то поехали на сборы, кажется, в Финляндию. И первая тренировка — 25 км кросса по снегу. Мы решили, что все бежать нет смысла, если можно срезать. А он это смекнул: «Чего-то вы быстро прибежали». Мы переглядываемся: «Да нет, Федорыч, нормально». «А сюрприз на горке видели? Не видели? Все понятно — вечером еще один кросс». В итоге вечером, под фонарями мы побежали нормальный круг, поднялись на горку. И видим, что там уложен небольшой холмик, на котором ветками выложено: «Ну что, тяжело, уроды?» — вспоминал бывший защитник «Зенита» и ЦСКА Максим Боков.

(Фото из архива )
Фото из архива

А так о тренировках Садырина вспоминает полузащитник Сергей Веденеев, который играл за «Зенит» в 1980-е.

«Все тренировки начинались с эстафет. Могли пойти в лес по снегу, делились на две команды. Садырин где-то приметил в сугробе сваленные деревья. Каждой команде по бревну — и сквозь сугробы тянут до финиша. Кто раньше. Вот этот эмоциональный подъем для людей, которые месяцами сидят на базе, очень важен. Садырин был в таком же восторженном состоянии», — признавался Сергей Веденеев.

«Вася, это тебе не «Зенит». В ЦСКА, если пьют, не закрываются»: знаменитая сценка в номере Иванова

Одна из самых известных историй с участием Садырина приключилась зимой 1991 года. Тогда полузащитник Василий Иванов только перешел в ЦСКА. Клуб находился на сборе в Испании, а новичок решил обмыть свой переход.

Иванов захватил бутылку вина из гостиничного ресторана, зашел вместе с Михаилом Колесниковым в номер и запер дверь. Как только они наполнили бокалы, услышали стук. С обратной стороны двери уже стоял Садырин.

(Фото из архива )
Фото из архива

«Спрашиваю: «Кто там?» Садырин из-за двери: «Вася, открывай». Ну, думаю, попал! Испугался страшно. Пал Федорыч зашел, осмотрелся и говорит: «Вася, это тебе не «Зенит». В ЦСКА, если пьют, не закрываются». Махнул стаканчик и ушел. Пал Федорыч ровно относился ко всем. Но умел создать атмосферу», — вспоминал Иванов.

«Потом он пошел дальше. К Масалитину с Брошиным — они напротив заседали. Масалитин начал жаловаться: «Пал Федорыч, почему все уже капитаны-лейтенанты, а я до сих пор прапорщик?» Садырин еще стаканчик махнул и говорит: «Завтра в Москву прилетим — будешь майором». В шутку, конечно», — говорил Колесников.

(Фото из архива )
Фото из архива

О том, что Садырин с пониманием относился к посиделкам, рассказывал и Борис Чухлов.
В 1984 году «Зенит» обыграл «Черноморец». После матча футболисты купили шампанское, фрукты и решили немного отдохнуть. Вдруг заходит Садырин, осматривается и говорит: «Троих нет. Будут наказаны!»

А вот известная история из раздевалки в «Лужниках». Тогда Садырин застукал футболистов, которые прятались от него со спиртным в «потайной» комнате.

«В «Лужниках» раздевалки были старые. Тесная душевая. А за дверью — здоровенная запущенная комната. В перерыве «агент» — чей-нибудь знакомый — втихаря заносил туда сумку: шампанское, пиво, сигареты, шоколадки, зажигалочки… Мы приходили — и туда, обсуждать игру. Садырин как-то заинтересовался: а где все? Раздевалка пустая. Аркадьич, Копейкин, отвечает: «В душ пошли, мыться». Федорыч в недоумении: «15 человек в душ пошли? Там же четыре соска всего». Заглянул — пусто. Потайную дверь заметил, распахивает — а там разлив идет! Вы че, говорит, козлы, одурели, что ли?!..

Мы ему в ответ: «Федорыч, садись. Все равно выиграли…» Присел. Но лавочку эту прикрыл. Мы в раздевалке и дни рождения отмечали. Что ни матч, кто-то шампанское приносит. Садырин однажды не выдержал: «Я не понял, календарь чемпионата СССР по вашим дням рождения составляли?»

Он нас часто «козлами» звал. Любимое было: «Ну что, козлы, когда играть будете?» Мы не обижались. Понимали, что это по-доброму. Садырин любил нас как детей», — рассказывал экс-полузащитник ЦСКА Дмитрий Кузнецов.

(Фото из архива )
Фото из архива

Садырин по-отечески относился к игрокам: возил Чухлова на базу и наливал пиво Дмитриеву

Футболисты «Зенита» и ЦСКА признавались, что Садырин к каждому находил свой подход: когда нужно, мог «напихать», и наоборот, стать мягче, помочь, если потребуется.

Когда Борис Чухлов выступал за дубль «Зенит», на тренировки он гонял на мотоцикле. Однажды Садырин это заметил и пригрозил отчислить, если что-то подобное повторится. Но затем смягчился и предложил возить футболиста на своей «Волге» — в итоге весь сезон Садырин заезжал за Чухловым на машине, а вечером вез его обратно.

(Фото из архива )
Фото из архива

«Садырин тонко чувствовал игроков. Когда надо — натянет вожжи, когда надо — отпустит», — рассказывал форвард ЦСКА и «Зенита» Сергей Дмитриев. «Как-то уже в ЦСКА на базе попарились в баньке, говорит: «Дмитриев, зайди!» Я в панике: что случилось? Вроде нигде не прокололся. А он холодильник открывает, вынимает бутылку пива. Наливает стакан и говорит: «Пей». Выпил. Спрашивает: «Хорошо?» — «Очень!» — «Иди ужинать».

Дмитриев говорил, что у него с Садыриным были доверительные отношения. Тренер не отвернулся от футболиста даже после того, как тот в 1987 году вместе с партнерами по команде подписал знаменитое письмо против Павла Федоровича в «Зените». Садырин махнул рукой и сказал: «Серый, я все понимаю».

Садырин настолько был близок к игрокам, что в честь одного из них даже назвал собаку.

«Павел Федорович очень любил собак. И тут он подобрал на улице одного пса. Мордатого такого, мохнатого. Привел домой и говорит: «Будем звать его Андрюхой». «Почему?» — спрашивает жена. «А он такой же большой и добрый. Пока не разозлишь», — вспоминал вратарь Андрей Новосадов.

(Фото из архива )
Фото из архива

После поражения Садырин загнал игроков ЦСКА на базу: «Пошли поцеловали жен — и в автобус»

Порой Садырин жестко наказывал футболистов за поражения. Но затем очень быстро отходил.

«Играли с кем-то на «Динамо». Влетели 0:1. В раздевалке Садырин говорит: «Так, пошли поцеловали жен — и в автобус. На неделю на базу — до следующей игры». Мы в шоке», — вспоминал Новосадов.

А у меня младший брат служил на базе в Архангельском. Ухаживал за полем, еще какие-то работы выполнял. Делаю «звонок другу». «Езжай, — говорю, — пивка привези». Потому что иначе невозможно, элементарно не заснуть. Сели с ребятами у меня в номере. Прилично посидели, часов до четырех. Больше не пили даже, а игру обсуждали. Не то чтобы пихали друг другу, но претензии высказывали. Такой разговор иногда нужен.

(Фото из архива )
Фото из архива

Будят в восемь утра. Спускаемся. У крыльца стоит Садырин: «Так, ребятки, давайте кроссик. 10 километров». Я, конечно, очень недобро на него посмотрел. А что делать? Побежали. Я, само собой, отстаю. Меня уже на круг обогнали. В итоге не выдержал. Вернулся к ступенькам базы». «Пошли вы к черту!» — говорю. И пошел наверх. А Садырин смотрит на меня и усмехается: «Андрюх, я думал, ты меня еще перед первым кругом пошлешь».

Вскоре Садырин остановил остальных, направил в баню и отпустил по домам.

«Но чтобы к 11 вечера все были в нормальном состоянии и на базе». Мы попарились, поехали по домам, отдохнули головой. Зато следующий матч выиграли», — говорил Новосадов.

«Он каждого из нас обнял и поцеловал. Прощался»

О своей болезни Садырин не распространялся, но игроки и так все понимали. Когда в 2000 году тренер упал с лестницы на базе, он повредил бедро и впредь ходил с тростью. Началось обострение, Павел Федорович стал угасать.

«Во втором круге чемпионата-2001 я перебрался в «Торпедо-ЗИЛ», и мы играли с ЦСКА. А Садырин вообще одним из последних узнал, что я ушел. После игры он подошел ко мне и спросил: «Ты зачем это сделал? Чего меня не дождался?» Я ответил: «Так было нужно», — рассказывал Андрей Новосадов.

«В следующий раз увидел его уже в больнице, за день до смерти. Нас приехало туда человек восемь — я, Гриня, Варлам, Олег Сергеев, Володька Кулик, Димка Хомуха… Понимали, что, по сути, прощаемся. Он уже почти не говорил. Мы сзади стояли. Он что-то шептал, а Татьяна Яковлевна озвучивала нам. А мы отворачивались и смахивали слезы. Потом он каждого из нас обнял и поцеловал. Прощался. Он тогда уже весь высох. Было видно, как ему больно. Яковлевна сказала, что ему предлагали наркотики, обезболивающие. Но он отказался. Представляете, какой сильный был мужик!»

Скачать приложение Sport24 для iOS

Скачать приложение Sport24 для Android