Футбол
6 сентября 2017, среда, 13:00

«Перед матчем говорили: выиграем — в нас выстрелят из лука прямо на стадионе». Самая дикая лига глазами Одемвингие

Питер Одемвингие теперь играет в Индонезии и рассказывает 8news, как испугался анаконды, чем опасны выездные матчи и как во втором дивизионе судью избили обе команды.

Питер Одемвингие уже полгода играет в Индонезии. В интервью 8news он рассказал, как испугался анаконды и встретил в отеле обезьяну, чем опасны выездные матчи и как во втором дивизионе судью избили обе команды.

Анаконда, гольф

— Из «Стока» вас арендовал «Бристоль Сити», затем вы перешли в «Ротерхэм» и неожиданно уехали в Индонезию. Как это вышло?

— В январе я ушел из «Ротерхэма» с травмой икроножной мышцы. Восстанавливался три месяца! Пока лечился, на меня выходили клубы из низших английских лиг, но я не хотел подписывать контракт, потому что не мог играть. Мышца зажила только к апрелю, когда сезон везде заканчивался. Найти команду было нереально.

Когда позвонил агент, мы с семьей отдыхали в Дубае. Я поднял трубку и услышал: «Есть предложение из Индонезии». Честно говоря, никогда там не был, но подумал, что это лучше, чем сидеть все лето дома и ждать, пока меня куда-то пригласят. Хотя отец жены меня предупреждал: «Сначала слетай и все посмотри!» И знаете, если бы я так сделал, то ни за что не согласился бы.

— Почему?

— Медосмотр я проходил в Джакарте, в семизвездочном отеле подписал контракт и думал, что все отлично. Но в Сурабаю, где я сейчас живу, и на остров Мадуры, где базируется команда, не полетел. Семья еще пару дней была в Дубае, и мне хотелось вернуться к ним, проводить их в Англию, а самому полететь в Индонезию. Но когда я вернулся в расположение команды, то был шокирован: все тренировки проходили прямо на стадионе. То есть базы нет, тренажерного зала и медицинского центра — тоже.

Первые 2-3 недели было непросто — условия напоминали те, что я уже видел в Африке. Но когда вышел на первый матч и увидел полный стадион, подумал: «Вау!» Помогло еще и то, что в команде играл парень из Нигерии, с которым мы подружились, а также австралиец, приучивший меня к гольфу.

Я начал забивать в каждой игре, мы вышли на первое место. Плюс здесь очень вкусная кухня, много фруктов и недорогой массаж — все это быстро перечеркнуло минусы и тот негатив, который был в самом начале.

— Стоп, вы живете в Сурабае, а команда — на острове. Как добираетесь на тренировки?

— До Мадуры построили огромный мост — Сурамаду. Весь путь до стадиона занимает час. Я сначала жил прямо возле моста, но переехал в район получше. Сурабай — второй по значимости город в стране после Джакарты. Здесь, как и во многих странах третьего мира, есть районы для обеспеченных людей и бедные кварталы. На дорогах часто пробки. Но там, где я живу сейчас, очень красиво. Здесь всегда солнечно, много бассейнов — есть, где расслабиться после тренировок.

— Вы сказали, что в команде нет медицинского центра. Если травма — что делать?

— У нас в клубе есть массажисты и обычный доктор. Но они не специалисты, поэтому если на поле что-то случится, они тебя отведут в госпиталь к врачу. Хороших клиник в городе много, все оборудование там есть: ультразвук, МРТ. Я и сам только что вышел с рентгена — в последней игре ушиб палец. Съездил в госпиталь, сделал снимок — оказалось, что связки повредил. Хорошо, что нет перелома.

— Российский вратарь Денис Романов, игравший в Индонезии, рассказывал, что на полях для гольфа много крокодилов.

— Мне рассказывали, что в этих местах их полно. Недавно, кстати, играл в гольф с англичанином и увидел, как из озера высунулась голова. Я закричал: «Это что, анаконда?» А он спокойно ответил: «Здесь кто угодно может быть, все нормально». Поэтому если мяч улетит куда-нибудь в кусты, нужно быть очень осторожным. Но сказать, что тут опасно, не могу. По крайней мере, крокодилов я точно не встречал — только огромных ящериц, которые забегали в озеро. А еще — обезьяну, однажды она залезла к нам в гостиницу на Бали. Причем отель был дорогой, Hilton, кажется.

Как мне потом объяснили, из-за стройки там вырубали деревья, и обезьяны остались голодные — вот и прибегали в поисках еды. В общем, природа дикая, но очень красивая.

— Самое необычное место в Индонезии?

— На Бали меня впечатлил The Monkey Forest — лес с обезьянами, где ты гуляешь прямо среди них. И если достанешь банан, они тебе запрыгнут на плечи и заберут его. Дети были в восторге! Вокруг — красивые деревья, храмы. Очень атмосферно! А еще недавно ездил играть в гольф в Маланг — это такой город в горах, где просто потрясающие виды.

— Вы так часто играете в гольф — не думали начать профессиональную карьеру?

— Мысли есть. Потому что все, кому нравится гольф, мечтают об этом. А у меня к тому же неплохо получается! Я брал пару уроков и уже выступаю в классе Single figures — это совсем близко к профессиональному уровню. Сейчас даже подумываю о том, чтобы выступить на европейском туре от России!

Папуасы, офсайд

— Я читал, что 8 лет назад в индонезийском футболе творился хаос: местный миллионер создал свою лигу, пригласил туда клубы и добился от ФИФА статуса главной лиги страны. Но проект просуществовал два года — и все вернулось обратно. После этой неразберихи ФИФА наложила санкции, а правительство запретило проводить чемпионат из-за проблем с налогами. Что происходит сейчас?

— В этом году ФИФА приняла их обратно, но они все равно продавливают свои правила. Например, каждый клуб был обязан выпустить трех игроков до 21 года в стартовом составе. Причем отыграть они должны минимум 45 минут. На деле это выглядит так: в каждом матче в перерыве молодежь меняли и выпускали взрослых игроков. Всего разрешены пять замен. Но, представляете, после первого круга они эти правила отменили! Короче говоря, им еще работать и работать, чтобы привести лигу в порядок. Но они стараются: зовут футболистов, которые выступали в Европе, приглашают иностранных судей.

— Кстати, судейство там как?

— В последнем матче был смешной случай. Работали арбитры из Туркменистана — все говорили по-русски, помнили меня по «Локомотиву». Мы всю игру с ними общались! Но однажды свистнули офсайд, когда я принял мяч на своей половине поля. Я побежал спорить: «Эй, я же на своей половине был, какой офсайд?» Судья ответил: «Открой интернет и почитай — новые правила вышли». Ну, я сразу извинился.

— Только офсайд на своей половине поля не фиксируется даже по новым правилам.

— Хм… Знаете, он был так убедителен, что я ему поверил! Еще про себя подумал: приехал, называется, профессионал из английской премьер-лиги — даже правил не знает! Но теперь-то ситуация выглядит еще смешнее. Ха-ха!

— Самая дикая история про футбол Индонезии — как команды «Слеман» и «Семаранг» не хотели выходить в полуфинал из-за связей будущего соперника с мафией и забивали в свои ворота. Итог матча: счет 3:2 (все автоголы) и пожизненная дисквалификация 12 игроков и менеджеров. Сейчас такого нет?

— Нет-нет! Новые боссы в футбольной федерации — люди серьезные, чуть ли не с армией Индонезии связаны. Они хотят все изменить и борются с такими вещами. Хотя мне рассказывали, что не так давно игроки брали деньги и сдавали матчи, а судьи боялись работать — потому что когда побеждала команда гостей, их просто избивали. Сейчас все меняется к лучшему, я сам это чувствую. Но некоторые вещи остаются. Например, четыре дня назад у нас была игра на острове Папуа. Я не полетел из-за травмы, но перед игрой мне рассказывали, что там до сих пор остались аборигены, которые ходят с луками и стрелами. Так что стрелу в спину можно получить на стадионе прямо во время матча. Ну, или после — если выиграешь. Ха! Некоторые говорят, что это чушь, смеются, но, говорят, потом сами же едут туда с опаской и ходят по острову, оглядываясь назад.

— Вы сами в это верите?

— Нет дыма без огня. Поверьте, именно на этом острове такие вещи могут происходить, я уверен. Потому что даже здесь, в Сурубае, местные уверяют: да, на Папуа до сих пор все это возможно! Да и наш босс, кстати, рассказывал, что там даже поздние матчи не проводят, потому что не могут гарантировать безопасность команды гостей. А один клуб там просто не транслирует свои матчи. Представляете?

— Но при этом 25-тысячный стадион там заполняется на каждую игру. С фанатами у вас проблем не было?

— Однажды после игры наш автобус забросали камнями. Один прилетел прямо на то место, где я сидел. Но я не стал обращать внимания — в сборной Нигерии все это уже проходил, даже стекла автобуса разбивали. Между фанатами столкновения здесь тоже случаются. В прошлом году, кажется, болельщики подрались — погибли люди. Но это каждая футбольная страна переживала. В целом индонезийцы очень приветливые. Ко мне на улицах все время подходят, узнают, фотографируются, никаких проблем.

— Болельщики «Аремы» однажды избили судью и подожгли ворота.

— В меня камнем попали как раз после матча с «Аремой» — мы там 1:1 сыграли. Я знал, что «Арема» — «Мадура» — принципиальная игра, очень опасная для фанатов. Команду гостей всегда серьезно охраняют, дают сопровождение. Но за полгода я больше ни с чем таким не сталкивался — значит, чемпионат меняется в лучшую сторону. Хотя рассказывают разное. Например, недавно друг прислал видео, где избивали судью. Причем, кажется, обе командаы! Я смотрел на это и не мог понять: что же он такого сделал, раз все недовольны остались? А друг ответил: «Это вторая лига, Питер. Здесь происходит то, что только недавно убрали из первой». Я выдохнул: «И слава Богу!»

— Самый памятный выезд в Индонезии?

— На матч с «Борнео» — очень далеко! Сначала летишь на самолете, а потом добираешься на автобусе через джунгли. Мы с ними играли после летнего перерыва — вся команда уже была там, а я летел из Англии на день позже и ехал на такси. Вся дорога идет зигзагами, вокруг — заросли. Страшно! Вообще, выезды тяжело переносятся. Даже если едешь на автобусе — спать невозможно, потому что вокруг полно мопедов, которые сигналят, не переставая. Да и водят здесь так, что иногда сердце замирает. Помню, ехали на матч с «Аремой» и попали в пробку — автобус начал объезжать по правой стороне, снес несколько зеркал у мопедов и даже не остановился! Я был шокирован: а вдруг у человека нет страховки — что тогда делать? Здесь ведь далеко не все богатые, а ремонтировать мопед надо.

Окурки, 450 тысяч

— Главные матчи в Индонезии собирают по 90 тысяч зрителей. Какие там стадионы?

— Некоторые — отличные! Здесь ведь будут проводить чемпионат Азии в следующем году. Но главная проблема в Индонезии — поля. Конечно, есть неплохие — как у нас, например. Но 70 процентов футбольных полей в стране — просто кошмар. Недавно играли на выезде с командой «Гресик»: там зарплату не платят месяца три, поле в окурках, за ним просто никто не следит! Перед нами там играли молодежные команды — даже пришлось ждать, пока освободят раздевалку.

Я нашим боссам говорил: вы пока не готовы к тому, чтобы к вам приезжали игроки из Европы. Хотя, как я уже сказал, здесь все улучшается — например, уровень местных игроков. Есть очень талантливые ребята! На днях мне даже смс пришла из Англии — пишут, что скауты собираются на наш следующий матч. Не знаю, правда, кого хотят просматривать. Точно не меня! Ха-ха!

— Вы говорили про индонезийскую кухню. Футболистам разве все это можно есть?

— То, как игроки питаются в команде, никто не контролирует. Бывает, заходишь в раздевалку, а там булочки лежал, еще что-то. Местные кушают, что попало! За полчаса до матча могут наесться до отвала, но бегают 90 минут, как ни в чем не бывало. Здоровье такое, плюс все продукты натуральные.

— К чему было сложнее всего привыкнуть на Мадуре?

— Не то, чтобы это было очень сложно, но, например, на стадионе нет нормального душа. Иногда он просто не работает! Поэтому я после тренировки выливаю на себя две бутылки воды, вытираюсь полотенцем и сажусь в машину, а уже дома нормально моюсь. Местные к этому уже привыкли — они после занятий сразу садятся в автобус и принимают душ в отеле. Но я бы не сказал, что такие вещи сильно напрягают. Потому что после тренировки ты играешь в гольф, чего в Европе я бы не смог себе позволить, греешься на солнце и проводишь время с семьей — в такие моменты все недостатки полей, раздевалок и остальной инфраструктуры отходят на второй план. Ты просто отдыхаешь.

— Переехав в Индонезию из Англии, вы сильно потеряли в деньгах?

— Так как я был без клуба, терять было особо нечего. Конечно, здесь я зарабатываю не так, как в Европе, но я к этому был готов. Все-таки мне уже не 25 лет, а 36 — карьера потихоньку заканчивается. Но меня подписали как звездного игрока — Эссьена, например, тоже — и у таких здесь самые высокие зарплаты в клубах: от 300 до 450 тысяч долларов в год.

— С Эссьеном виделись?

— Только во время матча. Но он играет в особом клубе. «Персиб Бандунг» здесь очень популярен. У них на некоторые тренировки по 20 тысяч зрителей собирается, а на матчи — 80 тысяч. Стадион всегда переполнен.

— Сейчас вам 36, вы уже полгода в Азии. Что дальше?

— Меня зовут два индийских клуба, но вряд ли я соглашусь. Да, там, как и в Индонезии, тоже все быстро развивается — слышал, что Тедди Шерингем сейчас в Индии, Димитар Бербатов, другие звезды. Но я пару месяцев назад подписал новый контракт на следующий сезон и, думаю, что здесь завершу карьеру, если не будет интересных предложений. Хочется, конечно, остаться в игре до чемпионата мира в России. Но вообще в планах — попробовать себя в агентском бизнесе: у меня два языка, есть связи в Африке, Европе, а теперь еще и в Азии. А также получить лицензию и начать тренерскую карьеру. Сначала стать помощником, но постепенно учиться, развиваться и расти, чтобы однажды стать хорошим тренером.

© ООО «8 Ньюс», 2015–2018