«2 часа валялась без сознания». Несчастный случай с Родниной в Канаде ознаменовал золотой этап ее карьеры
Весной 1971 года, после очередного победного сезона с Алексеем Улановым, Ирина Роднина объявила ему, а также тренеру Станиславу Жуку, что после Олимпиады планирует со спортом закончить. Уланов и Жук услышать такое не ожидали: да, фигуристы боролись с болячками, не все гладко было во взаимоотношениях, однако мыслей о решении проблемы разрывом все-таки не допускали.
Разговоры и возмущения ни к чему не привели, на Игры-1972 в Саппоро Роднина выходила с пониманием, что ее карьера подходит к концу. Олимпиаду Роднина/Уланов выиграли, выиграли они и постолимпийский чемпионат мира. Причем то золото фигуристка завоевала с травмой головы.
«За сутки до соревнований во время исполнения поддержки я упала с двухметровой высоты, сильно ударилась об лед виском и два часа валялась без сознания. Меня отвезли в госпиталь и там привели в чувство.
[Диагностировали] ушиб. Это еще хуже. Значит, под черепом большая гематома, кровоизлияние. Я всегда четко слежу за временем. Помню, как Жук сказал: «Сейчас последняя поддержка и заканчиваем тренировку». Глянула на табло: 9.45. Очнулась в больнице. На часах было без четверти двенадцать», — вспоминала спустя годы Роднина в интервью skisport.
Вернувшись в Москву, Ирина обратилась к врачам, но после одного укола магнезии отказалась их дальше ставить — оказались слишком болезненными. Отлежавшись дома, фигуристка возобновила учебу. Но вместо жизни после спорта в один момент к ней приехал Жук и предложил ей попробоваться с новым партнером. Им оказался в то время мало кому известный Александр Зайцев.
«Оказывается, пока я лежала с пробитой башкой дома, Жук поехал на кубок Советского Союза в город Барнаул. И там он увидел Зайцева. Хотя Зайцев тогда в Барнауле занял, по-моему, чуть ли не десятое место. А когда я пришла на каток, то была, конечно, поражена — действительно, Жук был прав, парень прыгает по высоте под бортик.
Я в свою травмированную голову и не брала, что Жук его для меня присматривал. Но отметила: худой, молодой. А Жук мне говорит: ну попробуй. Мы и попробовали», — рассказывает Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
Спустя три дня совместных тренировок Жук пригласил главных лиц федерации и презентовал им новую пару. Увиденное чиновникам понравилось, уход Родниной из спорта перенесся — аж на восемь лет.
Началась серьезнейшая работа. Уровень партнеров был совершенно разным, без трудностей не обошлось. Но все было не зря — за годы совместной карьеры Роднина/Зайцев ни одного старта не проиграли.
«Отношения с Зайцевым с самого начала складывались нелегко. Он был такой перепуганный. Он не шутил, это все пришло потом. И он сильно заикался. И сейчас, если волнуется, но тогда волновался, похоже, все время. Потом, ему было тяжело. Опыта такой работы, такой нагрузки он никогда не знал. Он уставал, все время ходил с опухшими губами, и глаза у него сходились буквально на кончике носа. Жук ему вообще не давал ничего говорить. А когда я у него о чем-то спрашивала, он начинал, волнуясь, мне объяснять: де-де-де… Я ему: все поняла, поехали.
Должна заметить, что до перехода к Тарасовой Зайцев почти не разговаривал. И когда он у Тарасовой вдруг открыл рот и начал нам, в первую очередь мне, а потом ей, лапшу на уши вешать, как говорил Жук, я была буквально в шоке», — пишет Роднина в своей книге «Слеза чемпионки».
В 1975 году Роднина/Зайцев поженились, у них родился сын Александр. Но после завершения карьеры в спорте разошлись и их пути.
